Как из моих снов

      Шёл дождь. Капли с бешеным темпом барабанили по крышам машин, по асфальту, по деревьям.       — Насколько я помню, прогноз погоды не обещал такого ливня. И теперь у меня даже зонта нет, — жаловалась девушка в телефон, подбегая к проезжей части. — Я очень надеюсь, что успею посушить голову в туалете до того, как начнётся собеседование.       — Кей, нос кверху! Приди ты хоть в одних трусах с мусором в голове, я бы всё равно не упустила такой талант! — поддерживал собеседник на том конце трубки.       — Ох, Эмили, я надеюсь, очень надеюсь, — сказала Кейтлин и, закончив на этом разговор, продолжила бежать вперёд. Время. Сколько времени?       — Только бы не опоздать, — прошептала она себе под нос, убирая телефон в карман и поднимая руку, на запястье которой красовались золотые часы, подаренные ей отцом на 18-летие. Обычно девушка проводила много времени, сидя на диване в гостиной и рассматривая эти часы; она следила за стрелочками, осматривала корпус, но главное — читала гравировку «Никогда не взрослей. Люблю тебя, детка. Твой папа».       Из-за дождя Кейтлин не смогла увидеть время издалека, и ей пришлось поднести руку ближе к лицу, перед этим протерев стекло от капель. Несмотря на все опасения, на часах было всего лишь 18:49. «Отлично! В запасе ещё 11 минут», — подумала Кейтлин, после чего подняла голову на возвышающееся неподалёку от неё здание. Улыбнувшись тому, что, вопреки всем трудностям, она успевает на собеседование в компанию своей мечты, девушка поспешила дальше, вспоминая все неприятности, свалившиеся на неё с утра. С самого начала день не задался: фен сломался, завтрак подгорел, таксист опаздывал на 20 минут, поэтому пришлось отменить заказ и бежать. Теперь Кейтлин мчалась настолько быстро, насколько могла, уже представляя, как она вихрем залетает в туалет, наскоро сушит волосы сушилкой для рук и бежит в кабинет директора, но вдруг…       Шум. Что за шум? Череп словно раскалывается на несколько частей. Кто-то кричит? Боже, что случилось?       Яркий свет, и внезапно полная тьма. Снова свет, и снова тьма. Все кругом.       — СКОРУЮ ПОМОЩЬ! ЗВОНИТЕ ЖЕ В СКОРУЮ!       «Кому-то плохо? Кому? Где я?» — пронеслось в голове.       — Она жива! — донеслось до Кейтлин, когда кто-то прикоснулся к её шее. Резкая боль пронзила все тело, и девушка ощутила себя так, словно её разобрали по частям… разорвали по частям.       Снова крик. Что же происходит? Кейтлин попробовала вдохнуть, но легкие онемели.       Крик. Оглушающая боль, и снова крик.       Горло саднит, голова раскалывается от чьего-то крика. Чей же он?       О Боже. Это кричит она.

Год спустя

      — Пришло время отключать её от АИК. Немного позже я пойду к главврачу, чтобы подписать все бумаги, — говорит врач, оглядывая комнату и останавливая взгляд на девушке, сидящей рядом с пациенткой, после чего присаживается рядом, на второй стул. — Как ваши поиски?       — Мы уже нашли, по крайней мере, трёх людей с этим именем, уже написали им и ждём ответа.       — Чонгук… — задумывается доктор, закрывая глаза и глубоко вздыхая.       — У неё правда нет шансов? — спрашивает девушка.       — Шансы есть всегда, Сара. Просто ей нужно оплачивать дорогостоящее лечение, а страховка его не покроет, — доктор в последний раз смотрит на пациентку, поднимается со стула и направляется к выходу.       У этой девочки есть два дня. Последние два дня.

***

      На следующий день Сара ворвалась в кабинет врача с радостным визгом. После нескольких настоятельных просьб доктора успокоиться и наконец-то сказать, в чем дело, девушка все же объяснила причину своего хорошего настроения:       — Мы нашли Чонгука, и он согласился приехать! Возможно, мы нашли того самого!       На лице доктора появилась улыбка, а под глазами — морщинки от усталости. Он быстро обнял Сару, и они вышли из кабинета.       Все-таки у неё есть надежда. У неё есть шанс.