Брошенный жребий

      Год спустя.       — Ни-сан! Бака! Вставай!       — Имото… Дай мне ещё пять минут…       — Обито! Твою мать! Экзамен через десять минут!       — Хэй, откуда ты знаешь такие сло… Что?! Как через десять минут?! Имото? Имото, подожди меня!       Именно так началось наше сегодняшнее утро. В восемь утра состоится экзамен на генина, который я и Обито сдаём в этом году. Хокаге дал мне разрешение сдать его вместе с нынешним выпуском. Знатно он тогда потрепал мне нервы. Нас с Цуки-чан снова вызвали на ковёр. И этот старый маразматик вновь задавал свои глупые вопросы. Как, куда, зачем, что. Приходилось вдумчиво отвечать и следить за каждым своим словом, чтобы не сболтнуть лишней информации обо мне, которой другим пока что не следует знать. К тому же меня напряг подслушивающий Данзо, что скрывался в тени. Я бы его и не заметила, если бы не моя эмпатия, которая пробудилась полгода назад после того, как я попала в госпиталь с сотрясением. Ничего серьёзного. Просто Цуки-чан решила, что неплохо было бы мне научиться орудовать и катаной на случай, если тэссэнов не окажется рядом. Когда я выучила основные стойки и ката*, мы начали устраивать с Рю-саном спарринги с боккэнами. И на одной такой тренировке я отвлеклась, и мне прилетело этой деревяшкой по голове. Да так прилетело, что боккэн сломался пополам, а я потеряла сознание! Какого чёрта?! Этот засранец меня на тот свет собрался что ли отправить?! Но, в какой-то степени, мне стоит поблагодарить Рю-сана, ведь я смогла попасть в своё подсознание.       Не знаю, чего я ожидала, но встретило меня абсолютно белоснежное пространство: белые стены, потолок и пол. Причём эти сами стены в высоту достигали порядка десяти метров. Побродив немного, вспомнила, что человек силой воли способен изменять своё подсознание. Но… ничего не вышло. Единственное, я при более пристальном осмотре стен обнаружила в углу трещинки, но не обратила на них внимания. Ушла я оттуда ни с чем. Хотя, в свете нынешних событий — с очень полезным приобретением. Благодаря эмпатии я теперь могу улавливать чужие эмоции и ясно чувствовать, когда мне лгут. Я не говорила о данном открытии Цуки-чан, поэтому пришлось разбираться самой. Не думаю, что она или кто-то другой обрадуется, если я скажу, что чую ложь.       Вместе с эмпатией пришли и некоторые ответы. В частности, я в какой-то степени сомневалась в Цуки-чан. Но все её действия оказались искренними. В них не было никакой подоплёки. Она никогда мне не лгала. И это заставило меня чувствовать стыд. Мне было зазорно, что я могла ставить под сомнение доброту этой женщины, но до сих пор мне непонятны некоторые её решения. И это вызывает подозрения. Эх… Такими темпами я скоро превращусь в параноика.       В тот момент в кабинете Хокаге я почувствовала арктический холод. Именно этот эмоциональный фон исходил от Данзо. И мне просто хотелось как можно скорее убраться оттуда. Но, не имея такой возможности, мне приходилось стойко держаться и пытаться отгородиться от этих чувств, или… их отсутствия. Не знаю, что Данзо вынюхивал, но сам факт заставил меня насторожиться. Не могла же моя скромная персона вызвать его интерес?       Но гордо перенеся все невзгоды, я смогла добиться досрочного экзамена, который начинается сегодня в восемь. Но, как у нас завелось, Обито проспал. Не буду себя оправдывать, я тоже проспала. Поэтому сейчас в скоростном темпе одевалась, криками пытаясь дозваться до ни-сана. Почему же я проспала? Всё очень просто. Вчера Цуки-чан устроила мне тренировку на выживание, после которой мои очи прозрели. Нет, серьёзно! У меня прорезалось третье томоэ! А ещё я узнала, что у Цуки-чан имеется призыв. И, кажется, я поседела. Мда.       Она попросту призвала волков и заставила их за мной бегать. Всё бы ничего, но они были ростом под два метра и с огромными зубищами! Меня чуть сердце не хватило! Сама же эта тренировка была направлена на проверку моих «шпионских» навыков. Мне нужно было прятаться, скрывая чакру, и с помощью гендзюцу обманывать волков, постоянно меняя положение. Справилась бы я на отлично, если бы в конце не спалилась. Меня тогда один волчара цапнул за задницу. И именно в тот момент у меня прорезалось третье томоэ. Думаю, это войдёт в историю. Да я прямо уверена, что за всё существование Учих, такого казуса никогда не бывало. Или история об этом умалчивает. В конечном счёте, домой я вернулась изрядно потрёпанная, в лоскутах вместо одежды и со следами зубов на правой ягодице. Время было за полночь, поэтому я просто завалилась на кровать без сил, моментально уснув.       Что же касается моих достижений, то уже год я изучаю шотон и достигла в этом хороших результатов. Каких-то результатов… Хоть что-то у меня получается как надо, а не через… кхм, одно место. Смогла выучить такие техники, как Кристальные иглы и Кристальная стена. Чакры жрут как не в себя. И хоть смотрятся не так уж эффектно, зато эффективны! Но самый мой большой прорыв — это тэссэны. У меня стало получаться гораздо лучше, так что я начала комбинировать приёмы, которым меня научила Цуки-чан, с приёмами из моего прошлого мира. И вообще, преобразовывать в свой собственный стиль, в котором мне наиболее комфортно. А с шаринганом дела обстоят неладно. Мне не удаётся долго его поддерживать, и я длительное время пытаюсь решить эту проблему.       Начала изучать фуиндзюцу. Ну как начала… Да ничего подобного! В Конохе из нормальных мастеров фуина есть только Узумаки Кушина. Но не могу же я к ней в ученицы напроситься! Я запаслась книжками и свитками, парочку взяла из библиотеки. В общем, на этом поприще никакого продвижения и дело стоит на мёртвой точке.       — Обито, шевели булками! — прикрикнула я, пока мчалась по крышам в сторону академии. Обито, запыхавшийся, прыгал за мной.       Всё-таки от спартанских тренировок есть огромная польза. Успели до звонка. Когда мы зашли в кабинет, то все разом обратили внимание на мою скромную персону. На меня хлынул поток удивления и заинтересованности. Я не могу полностью отгородиться от эмоций, поэтому всегда ощущаю некие их отголоски. Иногда это напрягает. Надо будет ещё раз наведаться в подсознание. Может там что-то удастся исправить.       Я с невозмутимым видом прошла на свободное место, а Обито сразу ускакал к своей Рин. Как только я уселась, пошли шепотки. Боже, как бабки на базаре. Неужели им совсем нечего обсуждать? Подав чакру в уши, я стала внимательно прислушиваться к сплетням.       — Кто это?       — Что она здесь делает?       — Я слышал, что это младшая сестра Обито.       — Обито?       — Да. И ей сам Хокаге дал разрешение сдавать экзамен досрочно.       — Да ну?       — Она, наверняка, талантлива.       — Не тупи, просто какая-то глупая малолетка. Да что она может?       Я, прикрыв глаза, слушала эту бесполезную болтовню. Кто-то был явно раздражён, а кто-то так и фонил любопытством. И когда уже подумала, что ничего интересного более не будет произнесено, позади меня раздался голос.       — Пфф, она, наверняка, слабачка, как и её старший брат. Обито ведь такой придурок, — затем последовал смех. Я распахнула веки, сжимая кулаки под партой. Скользнув взглядом вбок, увидела, что ни-сан не услышал этого. Ну и хорошо. Повернувшись назад, я разглядела белые глаза. Хьюга, значит.       — Тебе стоит следить за своим языком. Я не позволю какому-то отребью вроде тебя так отзываться о ни-сане, — холодно проговорила я, приправив слова небольшой порцией ки. И хоть мои глаза выражали ледяное спокойствие, внутри я хотела начистить этому белоглазому морду. Пацан заметно побледнел, но, когда он захотел мне что-то ответить, дверь распахнулась, и в кабинет зашли два учителя.       — Так! Инузука перестань доставать Хьюгу и займи своё место! Нара Энсуи, проснись! — начал наводить тишину и порядок один из учителей, а я засмотрелась на пейзаж за окном. — Майто, хватит кричать о силе юности! Абураме, убери своих жуков! Акимичи, хватит есть! Юхи, отлипни от Сарутоби! Яманака и Учиха, заткнулись! Обито, это в первую очередь касается тебя! Учиха, отвлеклась от созерцания природы!       В ответ на замечание, я лишь лениво перевела взгляд на учителя. На кончиках пальцев чувствовалось небольшое покалывание. Волну-у-юсь… Как бы я не была уверена в своих знаниях и силах, внутри всё же чувствуется небольшое волнение.       Прошло десять минут, прежде чем был наведён порядок, и настала тишина. Ученики академии внимательно слушали речь сэнсэя. Кто с замиранием сердца, кто со всей отдачей, а кто, как я, вполуха. Скоро всех этих детей отправят на войну. Некоторые пойдут на пушечное мясо, некоторые её просто не переживут. А кому-то повезёт, и они вернутся домой. И не все вернутся целыми и здоровыми. Я помню отчаяние на лицах совсем молодых парней, у которых оторвало конечности. Им приходилось постоянно чувствовать на себе эти взгляды, полные жалости. Что может быть хуже? Беспомощность… Её было много. А эти дети даже не представляют, что их ждёт.       Я знаю… Знаю не понаслышке. Много хороших ребят полегло в моей прошлой жизни из-за войны. И ради чего мы сражались? Во славу родине? Или же из-за ненасытных правителей, которым всегда мало власти? Я знаю. И от этого не лучше.       — Сначала вы ответите на письменные задания, затем будет практическая часть, — объявил учитель, и нам принялись раздавать листы с вопросами.       Я перевела задумчивый взгляд на бланки и, прочитав вопросы, хмыкнула. Легче лёгкого, что даже подозрительно. Но теорию я учила на совесть, так что можно быть спокойной.       — Вам даётся сорок минут. Начали!       И стал раздаваться стук и скрип карандаша. Кто-то с умным видом что-то писал, кто-то не мог собраться и нервничал, а кто-то пытался беспалевно подсмотреть шпаргалки. Я же медленно и вдумчиво отвечала на вопросы. Хоть вопросы и простые, но мало ли? Вдруг будет с подвохом. И тут я натыкаюсь на интересную строчку: «Кем был Учиха Мадара?» Я с поганенькой улыбкой стала строчить ответ, что экзаменаторы даже как-то странно на меня поглядывали. С чувством выполненного долга и блаженной улыбкой я убрала карандаш. Да, а ответ мой был таков: «Мудаком». Время как раз вышло, и наши бланки стали собирать.       — Следующий этап пройдёт во дворе. За мной! — все повставали со своих мест. Значит, будем сдавать метание.       Я быстро нагнала Обито и Рин. За ни-сана я особо не волновалась, потому что посвятила целую неделю на его подготовку. Да, он ещё надерёт задницу этому Какаши. Мы встали кучкой недалеко от мишеней.       — Я буду вызывать вас по очереди. Кидаете по 10 сюрикенов и кунаев. От количества попаданий зависит число ваших баллов, — объяснял сэнсэй. — Те, кто закончат здесь, могут пройти в кабинет 115 для сдачи следующего этапа. Первый идёт Хьюга Хохето!       И вышел тот самый пацан, который оскорбительно отзывался о моём ни-сане. Типичный Хьюга с белыми глазами и каштановыми волосами, закреплёнными в узел, в традиционной светлой одежде. Особенно ярко у него выделялись складки под нижними веками. С видом собственного превосходства он вышел вперёд. Сюрикенами попал 8 из 10, а кунаями — 10 из 10. Неплох. Он высокомерно посмотрел на всех, задержав свой взгляд на мне, и, хмыкнув, ушёл. Я же отреагировала на всё это спокойно. Ууу, тяжёлый случай. Надеюсь, я не попаду с ним в одну команду. Боже, упаси! Я же его закопаю на первой же миссии.       — Удачи, Обито, — послышался голос Рин, который отвлёк меня.       Что? Уже очередь Обито? Найдя ни-сана в толпе, улыбнулась ему и показала большой палец.       Он воодушевлённый с широченной лыбой вернул мне знак.       7 из 10 и 7 из 10. Ну, могло быть и хуже. А так — очень даже неплохой результат.       — Ни-сан, ты молодец, — похвалила я Обито. — Надеюсь, с ниндзюцу ты также справишься.       — Конечно, имото! — с улыбкой заверил меня он.       — Следующий — Хакуи!       И тут моё внимание привлекла девочка с очень интересными бровями. Точнее, с двумя точками на лбу вместо бровей. У неё были шоколадного цвета волосы с прямой чёлкой. Хм… Похоже, что она бесклановая. Но её результат меня очень сильно поразил. 10 из 10! В обоих случаях! Вот это да! Включив сенсорику, я смогла почувствовать её слабый очаг. Слишком мало чакры. Наверное, из неё получился бы отменный ирьенин A-ранга. Перспективная девочка. Вот мой потолок — это максимум C-ранг. И то, если постараться. Моя чакра очень специфична, и не особо подходит для этих дел. Но благодаря курсам ирьенинов, на которые я ходила некоторое время, я научилась перевязке ран и разбираться в растениях. Контроль у меня превосходный, может даже шосен когда-нибудь получится освоить. Как по мне, оказание первой помощи — это важный пункт. И права была Цунаде, когда стала выступать в поддержку включения ирьенинов во все отряды. Очень многие шиноби погибают, лишь из-за того, что им не успевают оказать медицинскую помощь.       — Учиха Сэцуко!       О, меня зовут. Когда я вышла к мишеням, на меня обратилось море взглядов. Хе, я покажу вам, что не стоит недооценивать других. Сперва я принялась за кунаи. Их метание — самое простое. Взяв в каждую руку по пять, я метнула в мишени. Попадание. 10 из 10. В яблочко. Настала тишина, и все с удивлением на меня поглядывали. С сюрикенами повторилась та же ситуация. Учихи всегда славились своим сюрикендзюцу, поэтому многие выходцы из нашего клана в этом профессионалы. С абсолютно отстранённым выражением лица, а-ля «ничего не произошло», я пошла на следующий этап.       115 кабинет нашёлся быстро. Когда я подошла, из него как раз выходила та самая девочка с круглыми бровями, Хакуи. В её руках поблёскивал металл, отражающий солнечные лучи. Это был протектор. Значит, она сдала.       — Удачи, — пожелала мне Хакуи, мило улыбаясь.       Я слегка опешила. Чего это она? Мы даже с ней незнакомы.       — Спасибо, — кивнула я, вернув себе невозмутимый вид, и открыла дверь.       В комнате сидел другой учитель и ещё один человек. Я спокойным шагом подошла к столу, на котором лежали различные бумажки и протекторы с символом Конохи.       — Тяни билет, — сказал один из экзаменаторов.       Я слегка нахмурилась. Это… очень похоже на университетские годы в моей прошлой жизни… Так! Отставить! Я вытянула несчастную бумажку и, посмотрев в текст, крепко задумалась. Показать технику теневого клонирования или нет? Хм… Лучше не стоит. Выпендрёж ещё никогда не заканчивался чем-то хорошим. Я сложила необходимые печати и тихо произнесла.       — Техника клонирования, — рядом со мной возникли мои точные иллюзорные копии, которые удивлённо друг с другом переглядывались, но при этом сохраняли морду-кирпич. Мда. Чуунины внимательно осмотрели каждого, и один из них после махнул мне рукой. Я прервала дзюцу и уставилась на экзаменаторов, которые о чём-то шептались. От обоих так и шли волны разочарования. Э? Что за чертовщина? Я ведь всё нормально сделала. Я нахмурилась, начав просто пожирать глазами чуунинов. Вы же не хотите сказать, что я…       — Ты сдала. Отличный результат. Вот твой протектор, — начал говорить парнишка и протянул мне железку. — Тебе нужно будет сделать регистрационное фото.       Я заторможено кивнула и, приняв из руки протектор, вышла из кабинета. И лишь когда дверь захлопнулась, лицо моё осветила лёгкая улыбка. Да! У меня получилось! Я теперь генин! Только зря себя накручивала. Но в миг меня поразило отчаянием. Вот чёрт! Я и забыла, что первые генинские миссии будут в стиле «поймать кота» или «прополоть огород».       — Эх, — тяжко вздохнула, выходя из академии. У ворот меня ждали Обито и Рин. Оба о чём- то переговаривались, но, заметив меня, топчущуюся на месте, помахали рукой.       — Я сдала! — радостно выкрикнула я, прыгнув на Обито с широко расставленными конечностями, повиснув на нём, а потом переключилась на Рин. Всё-таки она действительно милашка, что хочется затискать её. Но, увы, в данном случае всё будет с точностью да наоборот.       — Молодец! — воскликнул Обито, а я, присмотревшись, заметила, что они оба уже завязали повязки на лоб.       — Да, мы все хорошо постарались, — мило улыбаясь, вскинула руку Рин.       — Хм… — я задумчиво уставилась на протектор в своей руке, размышляя, куда бы его нацепить. Прикинув в голове, я просто также повязала его на голову по принципу ободка. Потом можно будет что-нибудь придумать, а пока и так сойдёт.       — Предлагаю сходить куда-нибудь и отметить это событие, — широко улыбнулся ни-сан.       А мысля-то хорошая. А то потом начнутся миссии, что ни встать и ни сесть времени не будет.       — Неплохая идея, — согласилась Рин.       — Можно пойти в кафе-данго, — выдвинула я идею.       — Идём, — махнул Обито, и мы втроём двинулись в путь.       Ни-сан шёл, закинув руки за голову, и громко переговаривался с Рин, постоянно улыбаясь. Вечно на позитиве. Рин с таким же воодушевлением болтала с ним. За последний год они сильно сдружились. Уж я об этом позаботилась и надеюсь, что они смогут быть вместе. Ба-чан рассказывала мне, что Учиха влюбляется лишь раз. Никто не способен так открыто и чисто любить, как выходец из проклятого клана. Если Рин отвергнет Обито… Ну уж нет. Я не позволю ни-сану страдать! Единственная проблема — этот Хатаке… Может грохнуть его? А что, нет человека — нет проблем… Что-то я не о том задумалась. Хотя… Нет, лучше не стоит. Он птица не моего полёта. Не уверена, что я хотя бы поцарапаю его. Вот уж воистину — гений.       Я шагала чуть позади и глубоко задумалась о том, что будет дальше. Обито и Рин попадут в один состав с Какаши под руководством Минато. Это хорошо, у них получается достаточно сбалансированная и сильная команда. Но с кем попаду я? Надеюсь это будет не тот говнюк Хьюга. И кто станет моим сэнсэем?       — Как думаешь, Рин? Мы будем с тобой в одной команде? — смущённо задал вопрос Обито.       — Я была бы рада, — мягко сказала Рин, но потом задумчиво добавила. — А как же Сэцу-чан?       — Двух Учих не поставят в одну команду в любом случае, — ответила я, опередив Обито. — О, мы пришли! — заметила я, прерывая последующий вопрос: «А почему?» Да потому что силы команд должны быть равны, и каждый должен иметь свою основную специализацию.       — И вправду, — изрекла Рин.       В кафе было достаточно много народу, но, заприметив свободный столик, я скорее потянула за собой остальных. Место нам попалось комфортабельное. Оно расположилось прямо у окна, и мягкие солнечные лучи, проникающие сквозь тонкие занавески, уютно освещали глянцевую поверхность мебели, отражаясь бликами танцующих зайчиков. К нам подошёл официант и протянул меню. Я частенько здесь бывала, поэтому сразу открыла нужные мне страницы и начала диктовать заказ с постным выражением лица.       — Мне, пожалуйста, две порции ан-данго, три — боттян данго. Хм… Дайте ещё по четыре порции гома, кинако, митараши. О, а ещё вот эти вот. И десять порций ханами данго…       С каждым моим последующим словом глаза официанта расширялись. Хн, новенький. Обито уже давно обронил свою челюсть. А Рин, кажется, вообще не понимала, что здесь происходит. Да, обычно я никогда не заказывала столько сладостей. Но сегодня ведь праздник! Да и ни-сан сам предложил отметить. И ничего у меня не слипнется.       — И напоследок — пятьдесят вагаси, и столько же дайфуку, — закончила я и с чувством истинного умиротворения откинулась на спинку стула, закрыв меню. Официант ещё с минуту на меня таращился, а потом в шоковом состоянии покинул нашу компанию. Я же, счастливо улыбаясь, наблюдала, как двое работников несли аж четыре подноса, доверху забитые тарелками.       — Имото, — неуверенно протянул Обито. А я посмотрела на него, вопросительно изогнув бровь.       — Тебе не станет плохо от такого количества, Сэцу-чан, — обеспокоенно спросила Рин вместо ни-сана.       — Нет. Мой желудок покрепче барьеров Узумаки будет, — с улыбкой ответила я. На моё заявление Рин только посмеялась. — Угощайтесь, — решила я проявить широту души. Я не жадная… если это ни-сан и Рин-нэ. И мы приступили к трапезе, прерываясь на разговоры и смех.

***

      — Эх, хорошо посидели! — выдал Обито, когда мы вышли из кафе, широко улыбаясь.       — Да, — немного грустно проговорила я, потирая своё пузо. Всё-таки не стоило есть ту последнюю штучку данго.       — В чём дело, Сэцу-чан? — спросила Рин, с беспокойством на меня поглядывая. Такая заботливая. Жаль, но весёлые деньки закончились…       — Теперь нечасто получится вот так посидеть, ведь начнутся миссии, — кисло обронила я.       — Да, — согласился Обито, но потом с восторгом продолжил. — И благодаря им у меня точно получится стать Хокаге, — с блеском в глазах воскликнул он.       — Ага, ты стал ближе к своей мечте, — пряча усмешку в рукаве кимоно, выпалила я. Хэ, он ещё даже не представляет, какие миссии его ждут. В моих глазах заплясали чертята. Представляю его разочарование и недовольство, когда он узнает с кем оказался в команде. — Кстати, Рин-нэ, — позвала я девочку. — Во сколько завтра распределение?       — Хм… В девять будет речь Хокаге, а в десять — само распределение, — ответила Рин, но, внезапно, остановилась. — Мы пришли, это мой дом, — и рукой указала на многоэтажное каменное строение.       Интересно, а она живёт вместе с родителями?       — Пока, нэ-чан, — проговорила я, а потом прижалась к ней с объятьями.       Или у неё их нет? Я никогда не спрашивала Рин об этом. Да и не стоит лезть в чужую душу. Захочет — сама расскажет.       — До завтра, Сэцу-чан, — погладила она меня по спине. — До завтра, Обито-кун, — обратилась к ни-сану.       — Ага, до завтра, Рин, — помахал рукой Обито, и мы пошли дальше.       Сейчас было часов пять, и солнце пока висело в зените. Но жары не чувствовалось. Повсюду сновали люди, спешащие куда-то. На детской площадке раздавался детский смех и весёлые крики. По крышам прыгали шиноби. Помню, как я удивилась, когда впервые увидела это явление. Это было крайне… странно и необычно для меня. Но ко всему привыкаешь. Хотя стоит отметить, что подобный способ передвижения очень удобен, так как на улицах обычно расхаживают гражданские. А так получается гораздо быстрее.       — Так зачем нам нужно идти в квартал Цукино, — спросил Обито.       — Цуки-чан, кажется, хотела нас поздравить с выпуском из академии, — задумчиво отозвалась я. На самом деле, я сама не до конца поняла, зачем она хотела нас видеть. Цуки-чан иногда навещала нас с Обито, но сам ни-сан редко бывал в квартале Цукино.       — Понятно, — угрюмо сказал Обито, насупившись. Я недоумевающе посмотрела на ни-сана, почувствовав исходящее от него сильное раздражение. В чём дело?       — Что-то не так, ни-сан? — нахмурилась я, заглядывая ему в глаза.       — Нет, — как-то неопределённо скосил взгляд в сторону. — Я уважаю Хикару-сан. Она нам очень помогла, но… — на пару секунд Обито остановился, но потом, поджав губы, продолжил. — Но мне не нравится, что из-за неё тебе приходится всё своё время посвящать тренировкам, с которых возвращаешься полностью измотанной, — воскликнул Обито, упрямо уставившись на меня. — Да, ты стремишься, стать сильным шиноби, но я не хочу, чтобы ты стала бесчувственной куклой, лишь исполняющей приказы. Разве ты счастлива, имото? — печально добавил он.       — Ни-сан, — растерянно произнесла я, ошарашенными глазами смотря на Обито. От него исходили волны горечи.       — Ты рано поступила в академию и рано её закончила. Я очень рад, что у меня есть такая талантливая сестра, но иногда мне кажется, что тебя что-то гложет, а ты всё держишь в себе. Я обещал защищать тебя и не откажусь от своих слов. Я же твой старший брат, поэтому ты можешь на меня положиться, — под конец своей тирады Обито широко улыбнулся, растрепав мои волосы.       — Ни-сан, — мягко начала я. — Я счастлива, пока у меня у меня есть ты и Рин-нэ, — но с лёгким возмущением в голосе продолжила. — И не надо гнать на Цуки-чан. Она многому меня научила. И к тому же я сама её попросила о тренировках, — сурово ткнула в него пальцем.       — Хорошо, хорошо, имото. Больше не буду, — засмеялся ни-сан, а я также подхватила его смех. — Хэй, поспешим! Нехорошо заставлять людей ждать! — и Обито убежал вперёд.       — И это мне говорит человек, который вечно опаздывает! — крикнула я вдогонку.       Эх, ни-сан.       Я сама отказалась от своих желаний.       Возможно, когда-нибудь ты поймёшь меня…

***

      До квартала Цукино мы дошли всего за десять минут. У ворот нас встретил Тоши-сан. Оказалось, что этот мужик двадцать пяти лет — приближённый Цуки-чан. Он сопроводил нас до главы.       — Йо, Обито, Хамусута-чан, — поздоровалась девушка, которая была на полигоне и до этого о чём-то беседовала с Рю-саном. Он что? Уже вернулся с миссии? Вроде, только вчера уходил… Эх, везёт ему. Рю-сан выполнил только пять заданий D-ранга, как ему разрешили приступить к C-рангу. Может и мне так повезёт? Ага, удача и везение — удел слабых. Или… Короче, не моё это.       — Здравствуйте, Хикару-сан. Привет, Рю, — сказал Обито.       За последнее время Обито и Рю неплохо сладили. По крайней мере, не пытаются друг другу начистить морду. Я на приветствие кивнула головой.       — Итак! В честь того, что вы теперь взрослые, — на этом моменте девушка усмехнулась. Ну да, говорить детям девяти и шести лет, что они уже взрослые… Со стороны это выглядело комично. — Я бы хотела вам сделать небольшой подарок. Рю-чан, давай.       И тут Рю-сан подходит к нам со свитком в руке, который я сразу и не заметила. Раскрыв его, он распечатывает оттуда катану. Цепким взглядом сразу замечаю тонкие и аккуратные вязи фуин. Рю-сан отдал оружие ни-сану.       — Обито, эта катана из чакропроводящего металла. Может как-нибудь научишься кендзюцу, — добродушно усмехнулась Цуки-чан, прикурив кисеру.       Обито круглыми глазами смотрел на оружие. Я могу его понять. Даже невооружённым глазом видно, что это дорогая работа. Мы сироты и не можем позволить себе такое. По сути, кроме Цуки-чан у нас больше никого нет. После того, как не стало ба-чан, она позаботилась о нас и многое нам дала. Даже в клане на нас всем плевать, а у Микото-сан своя семья. И неважно, какие цели она преследует, я ей безмерно благодарна. Ей хочется верить, но стоит быть осторожнее, чтобы это не превратилось в слепую веру…       — Спасибо вам, Хикару-сан! Но ведь это очень ценный подарок… — начал Обито, но его перебила Цуки-чан.       — И не говори, что ты не можешь его принять, — махнула она рукой. — Иди лучше потренируйся с новым приобретением.       — Иди, ни-сан. Рю-сан может даже показать тебе пару приёмов, — подтолкнула я его, так как поняла, что Цуки-чан хочет поговорить со мной наедине. Эх, как же мне не хочется обманывать ни-сана и держать все эти секреты, но по-другому никак.       — Хорошо, имото, — согласился Обито и, посмотрев на меня с секунду, ушёл вместе с Рю-саном. Скорее всего, они будут на другом полигоне.       — Хамусута-чан, — позвала меня девушка. — Для тебя у меня есть особенный подарок, — сказала она и вытянула из рукава своего кимоно свиток, который кинула мне.       Я с лёгкостью его поймала и заинтересованно глянула на Цуки-чан.       — Распечатай, — кивнула на свиток в моей руке и пыхнула трубкой.       Запечатыванию и распечатыванию я уже научилась, поэтому для меня это не составило трудности. Но когда дым от техники развеялся, мои глаза были готовы вывалиться из орбит. Это же…       — Тэссэны, — я шокировано уставилась на пару вееров. Пять резных и явно острых лезвий были соединены плотной тканью чёрного цвета, покрытой вязью фуин. Сами лезвия также были украшены символами. Когда я взяла тэссэны на руки, то почувствовала, что они невероятно лёгкие. Пока я рассматривала их со всех сторон, ко мне подошла Цуки-чан.       — Я заказала эти тэссэны из Страны Снега. Они сделаны из чакропроводящей стали и, к тому же, покрыты фуин.       — Это очень тонкая работа, — заметила я. — Такое мог сделать только…       — Узумаки, — продолжила Цуки-чан, выдыхая дым. — У меня есть один знакомый из этого клана. Когда-то я помогла ему.       — Понятно, — я кивнула, но потом с счастливой физиономией накинулась на Цуки-чан с благодарностями. — Спасибо!       — Да, да, — потрепали меня по голове. — Давай я тебе поясню, как они работают.       — Хорошо, — согласилась я, отлипая от неё.       — Эти фуин делают тэссэны гораздо легче. Также они хорошо проводят чакру и природные преобразования. Поэтому будешь учиться подавать в них райтон и катон.       — Хай, — засияла я. Это и вправду круто! Я снова накинулась на Цуки-чан с объятьями.       — Ну всё, — мягко сказала девушка. — Пора на тренировку! — уже громче добавила она.       — Эх, — тяжко вздохнула я, но потом более оживлённо добавила. — А можно я их испробую?       — Конечно.       Я взяла в руки тэссэны и подошла к брёвнам, что заменяли тренировочные манекены. Один взмах. На коре остался глубокий след. Так легко… С этими тэссэнами моя скорость атаки возросла. И эти клинки и вправду очень острые. Стоит быть осторожней, чтобы не порезать что-нибудь себе.       — А насколько они прочные? — спросила я, задумчиво уставившись на рисунки фуин. Я изучила достаточно теории, поэтому некоторые символы могу расшифровать, однако с практикой — беда. В одиночку можно такого наворотить с печатями, что лучше не стоит в это дело вообще лезть. Взять, к примеру, простейшую для Узумаки взрывную печать. Начертишь что-то не так, и в лучшем случае — ничего не произойдёт, а в худшем… Будет бум. Большой бум.       — Порядочно, чтобы остановить оружие, пропитанное чакрой, и даже царапины не останется, — отозвалась Цуки-чан.       — Круто, — обронила я, любовно смотря на тэссэны. Моя прелесть!

***

      — …и да прибудет с вами Воля Огня! — закончил свою часовую речь Хокаге, и раздались аплодисменты. Собственно, из-за них я и проснулась. Этот его трындёж настолько скучен и невозможен, что просто засыпаешь на ходу. Да я бы лучше облаками полюбовалась! Думаю, Нара со мной согласятся. Покемарила я, оперевшись о ни-сана. И вот началось рукоплескание и выказывание восхищения речью Хокаге. Я тоже с сонными глазами пыталась похлопать, но, кажется, чаще промахивалась.       Ничего мы так вчера погуляли. Клан Цукино закатил нехилый такой праздник. Но мне кажется, им только дай повод повеселиться. Вернулись мы с ни-саном домой поздно вечером. И, конечно же, я не выспалась, а ведь сегодня распределение.       Все начали расходиться. Я прошествовала до вчерашнего кабинета и уселась на тоже место. Когда гул закончился, чуунин, принимавший экзамен, начал вещать.       — С сегодняшнего дня вы — ниндзя. Вас разделят в команды по трое. У каждой группы будет наставник — джоунин. Мы разделили вас в соответствии с вашими возможностями, так что все команды будут равны. Итак, результаты деления…       Я стала внимательно прислушиваться, чтобы не упустить своей команды. Я нервно закусила губу. Кто же это будет?       — Команда №5. Учиха Обито, Нохара Рин, — и тут раздаётся радостный вопль ни-сана, на который я хмыкнула. Всё так, как и должно быть. — И… Хатаке Какаши. Ваш сэнсэй — Намиказе Минато, — недовольно посмотрев на Обито, продолжил чуунин, а тот приложился лбом о стол, но потом резко вскочил.       — Почему я должен быть в одной команде с этим Бакакаши?! — крикнул Обито, с возмущением ткнув пальцем в учителя.       — Команды уже распределены, и ничего не изменить. Сядь на место, — досадливо ответил мужчина. — Ваш сэнсэй попросил вас подойти на третий полигон.       Подождав пока Обито и Рин покинут кабинет, он продолжил зачитывать списки. Но моего имени всё не звучало. С каждой прошедшей секундой я нагружала себя всё сильнее. Кажется, даже тучи повисли надо мной, выражая всё моё негодование. Бли-и-ин. А что если мне достанутся слабовольные придурки и никудышный сэнсэй. Успех миссии ведь во многом зависит от работы команды. Чёрт! Надеюсь, я себя всего лишь накручиваю. Хотя, меньше всего на свете я бы хотела оказаться в одной группе с тем выскочкой — Хьюгой Хохето. Я его точно прибью.       — Команда № 10. Учиха Сэцуко…       В этот момент моё сердце замерло. Я в ужасе уставилась в пространство перед собой.       Что за чертовщина?!