Ненавижу-Люблю

Pov Bill Счастлив ли я? Да я на седьмом небе! В моей голове никак не может уложиться то, что произошло. Он меня поцеловал. Сам. В этот раз он не был пьян и соображал, что делает. Блин, это нереально, я до сих пор не могу в это поверить. Но больше всего меня поражает то, что мое желание, которое я загадывал, когда падала звезда, сбылось. И как скоро. А ведь я не верил во всю эту чушь. Но зачем Том это сделал? Он не может целовать парня, он же гомофоб. Но, блин, он сделал это. А что будет дальше? Как Том поступит? Что он сделает, когда мы снова встретимся? Заговорит ли, или же пройдет мимо, даже не взглянув? Нет, нет, нет, я не хочу сейчас думать о плохом. Сейчас я счастлив, и в будущем у меня будет все хорошо, да? Да! Я верю в это. Пока не пройдет этот безобразный синяк на моем лице, который оставил мне тот урод, я не буду ходить на занятия. Мама решительно настояла на том, чтобы я оставался дома. Я даже рад в какой-то степени. Отдохнуть от занятий никому не помешает. Проснулся я в 12 дня. Настроение отпадное. Вот именно когда такое настроение, я не могу сидеть на одном месте. Но придется. Хотя… Эшли ведь сейчас болеет, можно пригласить ее к себе. Точно! Схватив телефон, я быстро нашел Эш в контактах и нажал кнопку вызова. Через пару гудков подруга сняла трубку. - Алло? – раздался на том конце провода совсем уж скучающий голос подруги. - Привет, Эш! Как твои дела? - Привет, Билл! Рада тебя слышать, - оживилась она. – Да вот лечусь. Ты как? - Я? Ты знаешь, столько всего произошло. Я сейчас тоже на больничном, Может, зайдешь в гости? - Да, конечно. Через полчаса буду. На этом наш разговор закончился. Я спустился вниз, чтобы приготовить нам чего-нибудь съестного. Ровно через полчаса раздался звонок. Я подбежал к двери и открыл ее, впуская Эшли. Как только она зашла, я захлопнул дверь и хотел уже обнять подругу, но натолкнулся взглядом на полные ужаса глаза девушки. - Боже, Билл, что произошло? – она несмело коснулась того места, где находился синяк. – Кто тебя так? - Да это произошло на дне рождения Гордона – отца Тома. Но это длинная история, проходи, будем чай пить. Эш стала торопливо раздеваться. - Это что, Том сделал? - Нет, с чего ты взяла? – девушка задумалась. - Да вроде больше некому, - пожала она плечами. - Сейчас все узнаешь, пошли. Мы прошли на кухню, где нас ждал горячий ароматный чай с вишневым пирогом, который мама испекла для меня еще утром. Сев за стол, я разлил чай по чашкам и придвинул одну для Эшли. - Вот, угощайся, - девушка обхватила чашку двумя руками и с блаженством вдохнула неповторимый аромат. - Ну, рассказывай, кто же это тебя так, - кивнула она на мое лицо. Следующие минут пятнадцать я рассказывал Эшли, что же именно произошло со мной. Подруга слушала с открытым ртом, изредка успевая глотать еще и чай, а ее глаза все время увеличивались. - Вот же с*ка этот Майкл! Как он вообще посмел притрагиваться к тебе, да еще и бить? Я на месте Тома вообще убила бы. - Да ладно, я в какой-то степени рад, что так все вышло. - Почему? – недоумевающе поинтересовалась девушка, отпивая из своей чашки уже вторую порцию чая. - Не произойди этой ситуации, я бы не остался в доме Тома на ночь, и утром он не поцеловал бы меня. - Я вообще поверить не могу, чтобы он целовал парня. У меня это в голове не укладывается. - Но, тем не менее, это так. Быть может глупо в это верить, но мне кажется, что я нравлюсь Тому. Мама говорила, что он той ночью не отходил от меня, - при упоминании этого в груди потеплело, а на губах расползлась которая уже за день идиотская улыбка. - Если это действительно так, то я очень рада за тебя, - девушка с нежностью посмотрела на меня. Боже, в который раз я благодарю тебя за то, что у меня есть такие хорошие друзья. - Спасибо, Эш, но как же ты? - А что я? – непонимающе посмотрела она на меня. - Что ты собираешься делать со своей любовью? Услышав это, Эшли поставила чашку на стол, а ее взгляд устремился в пустоту. - Не знаю, Билл. Я запуталась. - Может, стоит все-таки рассказать сестре? Эшли резко перевела свой взгляд на меня. - Нет, Билл, мы уже говорили на эту тему. - Но, возможно, она все поймет, и вместе вы найдете какой-нибудь выход? Эшли устало вздохнула. Я примирительно поднял руки вверх, но подумал, что мы обязательно еще вернемся к этому вопросу. Вскоре Эшли ушла, оставив меня скучать. Я не нашел ничего лучшего, как устроиться в своей комнате и посмотреть какой-нибудь фильм. Загрузив диск с выбранной комедией, я принялся смотреть ее, изредка посмеиваясь. Но вскоре тихое бурчание телевизора и приглушенный свет совсем сморили меня, и я не заметил, как уснул. Из сна меня настойчиво выдергивало что-то теплое и мягкое на моей щеке. Я тихонько открыл глаза, но ничего не увидел, так как в комнате было очень темно. Но возле моей кровати точно кто-то сидел. Нет, я не испугался, я решил пока не выдавать себя и притворился спящим. Этот кто-то наклонился ко мне и прикоснулся своими губами к моим. Губы были такие же мягкие и теплые, но было еще что-то прохладное на них. И только сейчас, полностью придя в себя, я почувствовал этот запах. Его невозможно ни с кем спутать. Запах любимого человека. Мое сердце громко застучало после осознания того, кто же сейчас сидит возле меня и целует. Но тут Том вдруг поднялся и направился к двери. Это вывело меня из ступора. «Он уходит» - билась в голове единственная мысль. Я быстро, как мог, соскочил с кровати и кинулся за ним. Его рука уже взметнулась к дверной ручке, но я успел обнять его со спины, скрещивая руки на груди. - Том, - мой тихий шепот. Я уткнулся носом ему в шею, вдыхая этот неповторимый и любимый запах, который запомнил еще при первом нашем поцелуе. - А я только собрался уходить, - услышал я его шепот. - Не уходи, побудь еще немного. Том развернулся и обнял меня. Как же хорошо находиться в объятиях любимого. И будто тяжелый груз сваливается с плеч, потому что он здесь, со мной. Тот поцелуй все же что-то значит для него. - Как ты себя чувствуешь? – спросил Том, отстранившись от меня. - Голова немного болит, и улыбаться не могу, губа же разбита. Том ничего не ответил. Он подался вперед и прикоснулся к моим губам своими. И вновь что-то холодное ощущается. Я отстранился от Тома и посмотрел на его губы. При темноте при близжайшем рассмотрении все же что-то виднелось, какое-то поблескивание. - Том, у тебя пирсинг? - Да, - усмехнулся он. – Некоторое время я не носил его, а теперь захотелось вновь. - Не снимай, тебе очень идет. И вновь его губы на моих - лишь легкие прикосновения там, где болит. Исцеловав все ранки и синяки на моем лице, Том отстранился и посмотрел на меня. - Пусть заживают быстрее. От произнесенных им слов у меня защемило сердце. Неужели ты, Том, можешь быть таким нежным? Тем временем, Том взял меня за руку и повел к кровати, чтобы сесть. Я уже хотел приземлиться возле него, как он резко перехватил меня за талию и усадил к себе на колени. Я сейчас красный, как рак, наверное. - А мама дома, ты не знаешь? - Да, мы приехали вместе. Я напросился в гости, хотел тебя увидеть, - он обнял меня и хотел уже поцеловать, но я опередил его и сам впился в его губы слишком, как мне показалось, жадным поцелуем. Том с не меньшим пылом стал отвечать мне. Его язык играл с моим, а руки гладили спину, от чего по всему телу разбегались мурашки. С моих губ сорвался стон, когда я почувствовал на шее его мокрые поцелуи. Вот она какая - страсть. Слишком быстро вспыхнула, и мне жутко нравиться. Теперь с уверенностью можно говорить, что Том тоже хочет меня. Вскоре наши жаркие поцелуи перешли вновь к нежным касаниям. Так уютно было сидеть с Томом в темной комнате и целоваться. Вот бы это никогда не заканчивалось… Но вскоре Том все же поднялся. - Мне уже пора. По его голосу можно было смело судить, что он не хочет прощаться, но нужно. - Ты придешь завтра? – с надеждой спросил я. - А ты хочешь? – Том с интересом посмотрел на меня. - Да, - мой тихий шепот. - Тогда приду. Мы вместе вышли из комнаты. В доме было темно: наверное, мама уже пошла спать. Дойдя до входной двери, Том снял с вешалки свою куртку и долго и со вкусом ее одевал. Как же мне не хочется его отпускать. Я же не доживу до завтра. - Ну все, я пойду. При зажженном свете я увидел его глаза. Такие теплые и красивые, они тоже грустили. Я подошел к Тому и поцеловал на прощание, запоминая этот момент, чтобы потом, лежа в кровати, вспоминать и улыбаться. - До завтра, - его шепот и легкий поцелуй в щеку, а потом закрывшаяся за ним дверь. Но зачем грустить? Завтра он придет и все повторится. Люблю тебя, Том, очень люблю.