Тёплый ветер

Тиканье часов в тишине квартиры было точно удары по наковальне, от которых здание разве что не содрогалось. Жужжание мухи раздражало ещё больше, чем часы. А вот звуки, что были за окном, казалось, не проникали в дом. Руки Джено мелко подрагивали, а дыхание то и дело сбивалось. Всё это ожидание угнетало и доводило до отчаяния. Ему хотелось, чтобы скорее уже состоялась эта встреча, может быть тогда страх перед встречей с мамой пройдёт. Дедушка около получаса назад позвонил и сказал, что они скоро приедут. Джено и так знал, что маму сегодня выписывают, но ему слишком поздно сообщили о том, что маму выписывают. Он даже не успел морально подготовиться к встрече с ней. С другой стороны, парень понимал, что это абсурд. Как можно так относиться к той, что подарила тебе жизнь? Да, она не могла его воспитывать всё это время, но разве она виновата в том, что сорвалась после смерти его отца? В тот же день, когда он родился. Джено правда не осуждал маму, но паника от встречи с ней всё равно никуда не уходила. Парень поднялся с дивана, на котором сидел, чтобы пройтись в очередной раз по комнате, как в дверь раздался звонок. Сердце тут же упало вниз, а дыхание перехватило. Ну, хотя бы перед глазами у парня не помутнело, как это было в тот момент, когда ему сообщили о выписке мамы. На негнущихся ногах Джено пошёл к выходу. В голове не было ни одной мысли. В тишине квартиры казалось, что его сердце стучит громче, чем-то же тиканье часов. Рука, которая легла уже на ручку двери, не чувствовала прохлады металла, как будто резко онемела. Джено постоял пару секунд, которые показались ему вечностью, и открыл дверь. На пороге стояли бабушка с дедушкой, а рядом с ними женщина, которую парень видел только на фотографиях. Джено на мгновение удивился, что она почти не изменилась за то время, что провела в психиатрической больнице. По его представлению, они менялись до неузнаваемости, особенно, если провели там почти девятнадцать лет. Но, казалось, что для его мамы не проблема сломать стереотипы. Если бы Джено увидел её на улице, не зная прошлого, то даже не подумал бы, что она лечилась столько лет. Женщина неуверенно улыбнулась, смотря на сына, но не зашла в квартиру, будто боясь, что он не впустит её. Кашель дедушки вывел парня из состояния гипноза, и тот тут же отошёл от двери, пропуская всех в дом. Бабушке даже пришлось подталкивать женщину, чтобы она не осталась стоять за порогом. — Познакомься, Джено, это твоя мама, — с улыбкой сказал мужчина. — Наён, он похож на того, кого мы тебе показывали на фотографиях? — Вживую он намного красивее и больше похож на Донхэ. Фотографии не передают всего этого, — неуверенно улыбнулась женщина, не сводя взгляда с сына. В уголках её глаз образовались слёзы, от которых Джено стало не по себе. — Я приготовил кексы, пойдёмте чай пить! — тут же сказал парень и быстро скрылся на кухне. Через мгновение он почувствовал, как его уши горят от стыда, что он сбежал. Поэтому Джено решил заняться делом и принялся наливать чай. Пока парень накрывал на стол, родные расселись. Джено спиной чувствовал, как мама смотрит на него, отчего руки парня начинали дрожать, он боялся сделать что-то не так. Бабушка с дедушкой начали втягивать женщину в разговор, обсуждая, куда бы сходить прогуляться на днях, пока парень будет в школе. Ким Наён тут же назвала несколько мест, которые ей хотелось бы посетить после почти двадцатилетнего отсутствия. Джено слушал её голос и чувствовал, как паника отпускает его, будто он оказывал лечебное действие, избавляя от страха. Парень даже позволил себе слегка улыбнуться. — Кстати! Мне кажется, или в квартире практически ничего не изменилось с тех пор, как мы с Донхэ тут жили? — неуверенно спросила женщина. Джено тут же поперхнулся чаем и закашлялся. Да, он так и не менял того, что досталось ему от родителей. Но как мама может так точно помнить обстановку, которая была двадцать лет назад? Или для неё этого времени будто не существовало? Если учесть то, что бабушка с дедушкой говорили, будто его мама ушла в себя на это время, тогда это не было таким уж удивительным делом. Для неё просто могло не существовать этих лет. От одной мысли об этом парня передёрнуло. — Да, я ничего не менял, — тихо ответил Джено. — Разве что некоторые вещи могут стоять на другом месте. А так… Я оставил всё, точно вы ещё здесь живёте. Мне от этого было как-то уютней. Женщина смотрела на сына долгим взглядом, словно хотела что-то сказать, но не решилась. Вместо этого она взяла один из кексов, который приготовил парень, и откусила от него кусочек. Джено буквально затаил дыхание, следя за её реакцией. Ему хотелось получить одобрение от мамы во всём. Женщина слегка улыбнулась и посмотрела на сына. — Очень вкусно! Ты замечательно готовишь! — Я нашёл книги по кулинарии, — пробормотал парень и опустил голову. Беспокойство спало после похвалы, а затем он ощутил подъём сил. — Я нашёл книги по кулинарии, там было несколько закладок. Вот и выбрал один из десертов. — Спасибо большое. Донхэ так выделял мои любимые рецепты, — мягко улыбнулась сыну женщина. — Этот талант передался тебе от него, так как я совсем не умею готовить. Поэтому в нашей семье этим занимался твой папа. Джено удивлённо похлопал глазами и покосился на дедушку. Глаза того сверкали гордостью и ехидством. Парень почувствовал, как внутри кольнуло чувство обиды. Ведь бабушка с дедушкой наверняка знали о том, что готовил его отец, а не мама, но ничего ему об этом не сказали. Женщина с лёгкой улыбкой протянула руку и погладила парня по волосам, отчего тот замер с кексом у рта. Его точно током ударило от этого прикосновения. Ему не хотелось, чтобы это мгновение прекращалось. Только теперь Джено понял, насколько сильно ему всё это время не хватало мамы. Да, бабушка тоже гладила его по волосам, успокаивала, когда это нужно было, но это всё было не то. Другие ощущения. — Прости, тебе, наверное, неудобно, — неуверенно сказала его мама и убрала руку. Она, видимо, расценила его поведение как-то, что ему не по себе от такой близости, которую она проявила. Джено же удивлённо посмотрел на женщину и похлопал глазами. — За что ты просишь прощения? — непонимающе спросил он. — Мне было так приятно, что ты погладила меня по голове. Всегда мечтал, что это сделает именно мама. Женщина несколько секунд смотрела на сына затаив дыхание, после чего в её глазах неожиданно засверкали слёзы. Джено растерялся и снова похлопал глазами. Он не знал, что делать. Руки сами потянулись к матери и обняли её за плечи, притягивая к себе. Она обняла сына, уткнувшись носом ему в плечо и тихонько заплакала. — Прости меня, — прошептала женщина. — Я не хотела тебя оставлять на такое долгое время. Чувствую себя такой виноватой. Я не видела, как ты рос, взрослел, не воспитывала тебя, не обнимала… Как же много я упустила из того счастья материнства, о котором все говорят. Ты уже вырос. Вырос без меня, под присмотром бабушки и дедушки. А я… ты же самый главный человек в моей жизни, как я могла оставить тебя на столько лет? Почему я не взяла себя в руки тогда?.. Прошу, прости меня, Джено… Парень почувствовал, как к горлу подкатывает комок, а на глазах наворачиваются слёзы. Он не плакал так давно, оставаясь всё время сильным, что даже забыл, что это такое. Его сердце болезненно сжималось от слов мамы, но Джено не мог произнести и слова. Нет, он не винил её за то, что она тогда сорвалась. Никогда даже в мыслях этого не было, но как ей сказать об этом? Парень боялся, что она не поверит в это, а самое страшное, что это может привести к нервному срыву, а они только встретились после стольких лет разлуки. Джено не хотел снова терять маму. — Я тебя никогда не винил в том, что с тобой произошло. Правда. Тебе не стоит переживать по этому поводу, потому что сейчас ты рядом со мной, а это самое главное. Оставайся рядом, ты нужна мне сейчас как никогда. Не думаю, что, оказавшись на твоём месте, не сорвался бы так же. Главное — это то, что ты вернулась ко мне. Теперь всё будет хорошо. Теперь у меня есть семья, состоящая не только из бабушки и дедушки. Я всегда ждал, что ты вернёшься, и мы начнём всё заново. Будем жить как другие семьи. Давай забудем всё то, что было и начнём сначала? Пусть эти годы выпадут из нашей памяти, и мы будем думать, что всегда были вместе? Разве так не лучше? Как тебе идея? — прошептал Джено на ухо маме. Женщина закивала и судорожно вздохнула. Через какое-то время она отстранилась от сына и улыбнулась ему, вытерев слёзы. Джено аккуратно провёл руками по её щекам и улыбнулся ей в ответ. На душе впервые за долгое время стало так легко, отчего казалось будто ему всё под силу. Если бы в этот момент к нему пришла Лиён, он бы признался ей в любви и предложил бы начать встречаться. Давно Джено себя так не чувствовал. — Теперь мне интересно, стоит ли нам оставаться у вас сегодня, или же уехать и приехать завтра, чтобы дать вам побыть вдвоём? — с улыбкой спросил дедушка, смотря на невестку и внука с тёплой улыбкой. Джено посмотрел на родных, он и забыл уже о том, что они были здесь. В глазах мужчины было столько облегчения и радости, отчего было видно, что ещё немного, и он заплачет. Впервые на своей памяти Джено видел дедушку в таком состоянии. Возвращение Ким Наён сильно отразилось на всех. — Думаю, что вы можете не оставаться тут, если хотите уехать. Мне бы хотелось поговорить с Джено, узнать его поближе, — неуверенно сказала женщина и покосилась на сына. Тот закивал в подтверждение её слов. — Мне бы тоже хотелось с мамой о многом поговорить. Не переживайте так, у нас всё будет в порядке. А вас дома пёсик ждёт. Ему тоже компания нужна, — улыбнулся Джено. — Вот негодник, — засмеялся мужчина и потрепал внука по волосам, после чего встал и посмотрел на всех сверху вниз. — Тогда мы не будем вам мешать. Наён, мы завтра заедем за тобой, заодно и Джено в школу подбросим. — Хорошо, — улыбнулась она. После этого вышли в коридор, чтобы проводить гостей. Перед уходом дедушка в шутку сказал, чтобы они не ругались. Джено усмехнулся и закрыл за ним дверь. Его рука замерла на ручке. Сердце бешено стучало. Ему о многом хотелось поговорить с мамой, особенно об отце. Но он не знал, как она на это отреагирует. Джено боялся сказать ей что-нибудь лишнее, ему было страшно снова потерять маму, которую он и так впервые в жизни видит. — Ну, что? Будем разговаривать? — неуверенно улыбнулась женщина. — Мне столько хотелось бы узнать о тебе. — Конечно, — повернулся к ней Джено. — Но сначала мне бы хотелось отдать тебе одну вещь. С этими словами он пошёл в гостевую комнату, где жил всё это время, а женщина последовала за ним. Парень спиной чувствовал её удивлённый взгляд. — Почему ты живёшь в комнате для гостей? — тихо спросила она. — Я не смог бы жить в вашей комнате, потому что она ваша. А если бы я переехал в детскую, то тогда бы пришлось менять там интерьер. Мне этого не хотелось, поэтому я просто поселился в гостевой. Хорошо, что наш дом такой большой, — парень посмотрел на неё через плечо и улыбнулся. Он уже зашёл в свою комнату и принялся рыться в тумбочке. — Но это же и твой дом, — покачала головой женщина. — Ты имеешь полное право менять тут то, что тебе захочется. — Мне не хотелось менять ничего, я же сказал, — ответил Джено и повернулся к маме, сжимая в руках вещь, которую хранил всю свою жизнь, которую когда-то отдал ему дедушка, как память о родителях. Женщина хотела что-то возразить, но парень протянул вперёд руку и выпустил из кулака кулон синего цвета. На нём красовалась красивая надпись английскими буквами «Jeno». Ким Наён замерла, смотря на этот кулон. На губах у неё появилась тёплая улыбка. Женщина аккуратно взяла кулон в руки и принялась рассматривать его. — Мы с папой не знали, как тебя назвать, — тихо сказала она. — Было столько имён, которые мы хотели, спорили, даже хотели уже в считалку играть, чтобы выбрать наконец-то. Этот кулон передал мне твой дедушка, когда я тебя родила. Твоё имя — это последнее желание твоего отца. Он как раз шёл, чтобы подарить мне его и сказать о своём окончательном выборе. Джено почувствовал, как внутри у него всё переворачивается. Он хотел, чтобы у мамы всплыло в голове хорошее воспоминание, а получилось так, что снова напомнил о смерти отца. Почему дедушка никогда не говорил о том, откуда этот кулон? Казалось, что родные всё время не рассказывали ему столько всего о значимых вещах, касающихся его родителей. От этого становилось обидно. — Он принадлежит тебе, — с улыбкой посмотрела на сына женщина и протянула ему кулон обратно. Джено покрутил головой. — Это твоё, то, что осталось тебе от отца. Его последний подарок тебе. — Нет, он твой, я всё время хранил этот кулон, чтобы отдать тебе. Женщина вздохнула и подошла к сыну, аккуратно надев кулон ему на шею. — Джено, для тебя он важнее. Я видела твоего отца, а у тебя есть только этот кулон. Думаю, что он участвовал в разработке дизайна для него, — покачала она головой. Ким Наён аккуратно взяла его за руки, когда парень хотел уже снять кулон с шеи. — Уверена, что твой папа хотел бы, чтобы ты носил его. Пусть он будет твоим талисманом. — Хорошо, — тихо ответил Джено и вздохнул. — Спасибо, что вернулась, мама. Без тебя было так одиноко.