Перекресток

      Дорога оказалась выматывающей во всех смыслах. Чонгуку даже казалось, что его задница по форме стала напоминать сиденье мотоцикла. Они гнали вперед днями и ночами, сменяя друг друга, ели и пили на ходу, изредка делая остановки для туалета и чтобы размять конечности. Им действительно несказанно везло – по пути не попалось ни одного затора, а погода как по заказу была солнечной и безоблачной.       Лишь однажды, когда они выехали из города, где заправились и пополнили запасы воды, остановившись, чтобы поменяться, им почудился волчий вой. Тэхён резко сбледнул лицом и торопливо завел двигатель – вой раздался ближе и теперь ясно было, что нет, не показалось. Тэхён что есть мочи рванул вперед, низко пригнувшись к рулю. Чонгук обернулся и едва не заорал – из леса выскочило штук десять волков и кинулись за ними. Он крепче стиснул руки, молясь, чтобы не сверзнуться с мотоцикла, когда Тэхён поддал газа, а байк на такое варварство резко дернулся. Чонгук не хотел думать, что с ними будет, если Суён ошиблась и впереди все же был затор. Потому что он был уверен, что у бежавшей за ними стаи вместо глаз пылали красные огоньки.       Тэхён выжимал из байка все, что мог, и даже больше. И в конце концов, волки отстали, но их разочарованный и злобный вой еще долго стоял в ушах. Только через часа три, когда Тэхён держался за рулем исключительно благодаря рукам Чонгука на своем животе, последний заставил его остановить мотоцикл и поменяться с ним, клятвенно пообещав ни останавливаться ни за что на свете.       До безопасной точки оставалось часа четыре езды, и Чонгук, одной рукой прижимая теплые ладони к своему животу (Тэхён не отличался тактичностью Чонгука и без лишней скромности забирался тому под футболку поближе к коже), был твердо намерен не сворачивать с пути, даже если сам дьявол попытался бы им помешать.       Глаза слезились от ветра, бесконечный лес и серое полотно дороги вгоняли в тоску, а ветер, казалось, нашептывал на ухо: «Поспи, Чонгуки. Ты устал, отдохни немного. Закрой глаза, позволь себе расслабиться». - Осторожно! – заорал Тэхён, вжимая грудью Чонгука в бак и хватаясь за руль, привстав над сиденьем. Проклятье! Чонгук с ужасом понял, что едва не заснул, поддавшись уговорам. И если бы не проснувшийся Тэхён, их сейчас раскатало бы по асфальту. Он схватился за руль и дал по тормозам, останавливая мотоцикл. - Прости… - Если ты устал, почему меня не разбудил?! – бесновался рядом Тэхён, дрожащей рукой ероша свои волосы. – Дурень, мы же чуть не разбились! - Я… не знаю… Я не хотел спать, но тут этот голос, - Чонгук жалобно смотрел на Тэхёна, стараясь унять дрожь в коленях. - Голос? – Тэхён перестал махать руками, изображая мельницу, и внимательно посмотрел на него. – Он опять с тобой говорил? - Не знаю, - покачал головой Чонгук, прохаживаясь перед ним, разминая ноги. – Может, и он, а может, уже галлюцинации подоспели. Мы четвертые сутки в пути, ни нормального сна, ни отдыха, ни еды. - Я знаю, знаю, потерпи немного. Осталось совсем чуть-чуть, - Тэхён сделал к нему шаг и сгреб в охапку. - Как только мы окажемся в безопасности, ты будешь спать столько, сколько захочешь. Но сейчас надо взять себя в руки и сделать последнее усилие. Сможешь? Ради меня? Чонгук согласно проскулил ему что-то в шею, крепко обнимая за талию и желая, чтобы этот момент никогда не заканчивался. - Тогда отпусти меня и поехали, - рассмеялся Тэхён, стараясь выпутаться. – Ты как спрут! Нехотя отлепившись от него и стеная словно старик, Чонгук полез на заднее сиденье мотоцикла.       Волки выскочили из леса, когда до конечной точки оставался час пути. На это раз они были ближе, и Чонгук был уверен, что просто так они не отстанут. Он постучал по плечу Тэхёна, головой показывая на гостей, и по напрягшемуся животу понял, что тот их заметил. - Пистолет! – заорал Тэхён, поддавая газу и пытаясь перекричать рев мотора. - Чонгуки, это единственный шанс! Чонгук и сам это понимал. Одной рукой отчаянно цепляясь за Тэхёна, другой он достал оружие из-за пояса и снял его с предохранителя. Стрелять он умел, когда-то они с отцом палили по банкам — кто же знал, что ему это пригодится в жизни. Однако на полном ходу, да еще в движущиеся цели – так Чонгуку стрелять ещё не приходилось.       «Давай, Чонгук, ты же герой», - мысленно шептал себе Чонгук в попытках успокоиться и не думать о том, во что, чёрт побери, превратилась его жизнь и как он докатился до того, что нёсся непонятно куда, цеплялся за человека, который умудрился стать ему важнее жизни, и целился в жутких волков с красными глазами.       Стая приближалась, красные глаза зловеще сверкали. Чонгук хладнокровно наблюдал, как волки разделились на две группы. Одна продолжала бежать слева, вторая отстала, чтобы обогнуть их справа. Один из волков кинулся наперерез, но Тэхён резко вильнул в сторону, едва удержав мотоцикл ровно. Еще один попытался схватить Чонгука за ногу, и он выстрелил, не мешкая, – пуля точно угодила животному между глаз. По идее звуки выстрелов должны были их отпугнуть, если бы это были обычные животные, но яростно горящие красным глаза говорили, что бороться они будут до последнего.       Волки атаковали с двух сторон. Тэхён виртуозно вилял мотоциклом, змейкой скользя по дороге, одновременно стараясь уйти от погони и дать Чонгуку шанс прицелиться. Прибавить скорость при такой езде возможности не было, зато Чонгук смог уложить еще троих и ранить двоих, запоздало сообразив, что не считал выстрелы и не помнит, сколько ушло в молоко. Теперь за ними бежало всего четверо. - Держись! – проорал Тэхён, низко склоняясь к рулю и поддавая газа.       Мотоцикл опасно накренился, и один волк тут же решил воспользоваться случаем, но Чонгук, едва не свалившись, выстрелил, выпустив две пули ему в живот. Животное взвизгнуло и упало на дорогу, засучив ногами. Волки отстали, намереваясь напасть сзади, Чонгук, отцепившись от Тэхёна, попытался развернуться и прицелиться. В это время Тэхён резко сбросил скорость, мотоцикл снова вильнул, и Чонгук с изумлением понял, что летит куда-то вправо. Он больно ударился плечом, несколько раз перекатился, но поспешил встать на ноги, радуясь, что не разбился, так как скорость была маленькой. Три волка, яростно взвыв, рванули к нему, загребая лапы. Чонгук выстрелил и свалил ближайшего к нему. Он перекатился на бок, уходя из-под от прыжка второго, и выстрелил ему в живот – дикий визг оглушил его. Чонгук поднял голову и столкнулся со злобными красными глазами. Последний волк стоял буквально в нескольких шагах и яростно махал хвостом, с жёлтых клыков капала слюна, из пасти раздавался утробный рык. Чонгук поднял пистолет и нажал на курок. Раздался сухой щелчок – кончились патроны. Он отбросил ненужное оружие и поднялся на ноги.       Что ж, по крайней мере, Тэхёну удалось уйти - Чонгук на это очень надеялся. Все звуки мира померкли, сузились до глухого рокота, идущего из глотки злого животного. Чонгук, будто находился не там, а наблюдал со стороны, как волк, низко пригнувшись, прыгнул. И странно дернувшись в воздухе, упал на асфальт. Тело издало глухой удар и одновременно с этим вернулись звуки. Чонгук удивленно обернулся – сзади стоял Тэхён с пистолетом в вытянутой руке, из дула курился сизый дымок. - Блять, думал, промажу, - сказал он и осел на дорогу, мотоцикл валялся неподалеку. Он посмотрел на Чонгука большими от ужаса глазами, его губы заметно дрожали: – Я боялся, что потерял тебя. Тэхён уронил пистолет и закрыл лицо ладонями. Чонгук бросился к нему, упал на колени и, не обращая внимания на боль, обнял его, крепко сжав зубы, чтобы позорно не разреветься. Их обоих колотило от пережитого ужаса. - Я так заебался, Гукки, - глухо пробормотал Тэхён куда-то ему в грудь, больно стискивая пальцами его плечи. - Я тоже, хён, я тоже, - ответил Чонгук и хрипло рассмеялся, гладя Тэхёна по спине. - Зато мы сейчас были настоящими героями. - Типа как Мстители? - хрипло спросил Тэхён, не отстраняясь. - И даже круче. В царящей вокруг тишине их несколько истеричный смех эхом разносился по лесу, пропадая где-то между деревьев. Чонгук же, прижимая к себе Тэхёна и прижавшись щекой к его волосам, осознал, что впервые за долгое время он чувствовал себя по-настоящему свободным.