Узумаки Рэй: Хроники попаданки

      Проснулась я в уже знакомой больничной палате. Чувствовалась дикая слабость, а еще в горле пересохло. Благо, на тумбочке оказался графин с водой и пара стаканов, и после нескольких минут бесцельного лежания в кровати, я наконец нашла в себе силы налить воды. Осушив залпом два стакана, я вновь повалилась на кровать. Воспоминания произошедшего пришли не сразу, но, когда я все осознала, удивленно осмотрела себя на наличие ран. Вместо ожидаемых бинтов на животе, я нашла только большой пластырь, которые обычно клеили уже после наложения швов. Значит, ирьенины приложили руку. Поняв это, я перешла к следущему вопросу: кто и для чего пытался меня похитить или убить? Какие конкретно были намерения у того ниндзя я так и не поняла. Хотел бы убить, сделал бы это сразу, с другой стороны возможно ему нужно было подстроить специальные обстоятельства, да и не факт, что газ был усыпляющим, может он был ядовитый, я ведь мало разбираюсь в них.       Из долгих размышлений меня вывел скрип двери и зашедшая медсестра. — Пришла в себя? Хорошо. У тебя что-нибудь болит? — Нет, только слабость, — мотнув головой, ответила я. — А рана не животе не болит? Может, жжет что-то или щипет? — Нет, все хорошо.       Медсестра в ответ только кивнула, но потом все равно меня осмотрела и сменила повязку на швах. Как мне сообщили, без сознания я была несколько дней, и за это время пару раз меня подлечивали с помощью ирьендзюцу. Выписать меня смогут через пару дней, за это время рану залечат окончательно.       Следующие несколько часов я провела одна, пока не выяснила, что выходить из палаты мне можно. Конечно, сразу мне об этом никто не сказал, а рисковать я не собиралась, и так за последние два дня натерпелась из-за своего безрассудства. Но когда мне наконец разрешили прогуляться, в коридор я вылетела со скоростью метеорита. Однако мои планы резко поменялись, когда, спустившись на первый этаж, я увидела Итачи, о чем-то говорящего с врачом. — Состояние уже стабилизировалось, но в себя он еще не пришел, — донесся до меня обрывок их разговора.       Было видно, что Итачи хотел спросить что-то еще, но он отвлекся, заметив меня и поманив рукой. Без лишних вопросов я подошла к парню и прислушалась к его разговору с ирьенином. — А что по поводу операции? — спросил тогда Учиха. — Только после того, как он придет в себя. Сейчас организм Вашего друга слишком слаб, и пересадка глаза может только ухудшить ситуацию.       После этой реплики у меня возникло сразу два вопроса: что это за друг и каким боком тут подобная операция?! Потом возник еще и третий: что этот друг, о личности которого я боюсь предполагать, вообще делает в больнице?       Итачи, заметив смятение, отобразившееся на моем лице, попрощался с врачом и повел меня обратно к лестнице. — Как себя чувствуешь? — спокойно поинтересовался парень, поднимаясь на третий этаж. — Нормально, — ответила я и тут же продолжила, — но сейчас не это важно. С Шисуи что-то случилось? На него тоже напали? Неужели забрали шаринган?       Поток моих вопросов был прерван одним взглядом, в котором, мне показалось, я увидела грусть. — Нападение было организованно на нас всех. Я был вместе с Шисуи, когда нас атаковали АНБУшники из Корня, а после сам Данзо, — стал рассказывать парень, идя по коридору. — Нападавший на тебя ниндзя оказался из того же подразделения. — Но для чего это было нужно?! — Ему нужны были глаза Шисуи, меня нужно было убить, как случайного свидетеля и по совместительству угрозу Конохе, ибо Данзо не поверил ни единому нашему слову про нападение отступников, — Итачи грустно усмехнулся. — На твой счет строятся только предположения. Допросить Данзо мы не в силах, на его сознании стоит блок, не позволяющий нашим менталистам узнать хоть каплю информации. Но я, да и шиноби, которые ведут расследование по поводу двух этих нападений, предполагают, что тебя хотели похитить из-за знаний в фуиндзюцу. Каким образом Данзо собирался подчинять себе твою волю, мы не знаем, но факт остается фактом. Тебя хотели украсть, но, когда шиноби, выполняющий этот приказ, почувствовал наше приближение, засуетился и решил, что проще избавиться от цели.       У меня было странное чувство, когда, с одной стороны, я была совершенно не удивлена такими деяниями Данзо, но, с другой стороны, я наоборот была в шоке, ибо мне пришлось испытать все на собственной шкуре.       Пока Итачи объяснял, я и не заметила, как мы подошли к палате, и я уже догадывалась, чьей. — А к нему можно? — тихо спросила я, когда Учиха открывал дверь.       Однако ответа не последовало, а потом он стал и не нужен. Все мое внимание было приковано к Шисуи. Кожа была бледнее, чем обычно, лицо осунулось, глаза были перебинтованы, причем оба. Рядом с кроватью стояла капельница и пищали какие-то приборы. — Шисуи отравили каким-то газом, последствия удалось залечить только вчера. Данзо забрал у него один глаз, второй не успел. Мы попытались скрыться, но нас догнали. Окружили. Если бы Шисуи не использовал Сусаноо, считай, мы бы уже были трупами. — Сусаноо с одним глазом… — в сознании всплыли кадры одной из серий аниме, с которой нынешние события частично пересекались, а потом я поняла страшную вещь: не окажись Итачи рядом с самого начала, Шисуи бы погиб. — Учитывая то, что из-за яда в тот момент у него еще и чакра бесновалась, применение Сусаноо — это что-то из разряда фантастики. — А что со вторым глазом? — Перенапряжение. Бинты смочили в каком-то отваре и наложили, как своеобразный компресс. Это должно помочь. — И неизвестно, когда Шисуи придет в себя?       Итачи лишь отрицательно покачал головой.       И тогда я почувствовала, какую сильную ощущаю ненависть к Данзо. В прошлом мире он просто раздражал меня, как однозначно отрицательный персонаж, но сейчас это была самая настоящая ненависть. Я лично пострадала из-за его деятельности, а сейчас смотрела на бессознательного Шисуи, и лишь больше убеждалась в своем отношении к Данзо. — Хокаге принял какие-нибудь меры? — в отношении кого, объяснять не требовалась, Итачи сразу меня понял. — Если и принял, то тайно. Официально ни о чем не заявлялось.       Я заскрипела зубами. О незаконной деятельности Данзо подозревали многие, даже до самого Хирузена доходили слухи о каких-то его махинациях, насколько я помнила из канона, но никто ничего не предпринимал. Данзо умел заметать следы. А сейчас, когда его поймали с поличным, все равно оставили все как есть. Почему? Из-за его положения? Мне было неизвестно, но одна мысль о такой несправедливости вызывала дикое раздражение. — Узумаки Рэй здесь? — из размышлений меня вывела незнакомая медсестра, заглянувшая в палату. — В чем дело? — не сразу отозвалась я. — К тебе посетители. Ждут на первом этаже. — А… Хорошо.       Поначалу я удивилась, но потом вспомнила про Наруто, которого почти не видела в выходные, и пулей рванула на первый этаж. Вернее, попыталась рвануть, но не до конца зажившая рана дала о себе знать, поэтому вскоре я перешла на быстрый шаг, замечая, что Итачи за мной не пошел, оставшись в палате Шисуи.       Мои ожидания не оправдались, скажу больше, я испытала смесь разочарования и удивления, ибо в холле больницы увидела хокаге. Он меня тоже заметил и подошел быстрее, чем я успела прийти в себя. — Здравствуй, Рэй-чан, — услышала я, но продолжила молчать.       Слишком сильным было мое удивление и негодование, и я спохватилась только через пару минут. — Доброе утро, Третий-сама, — глянув на часы, висящие на дальней стене, чтобы убедиться, что сейчас действительно утро, сказала я. — Не хочешь прогуляться? — Конечно, — ой, а как будто бы у меня есть выбор.       Хирузен кивнул, удовлетворенный моим ответом, и пошел на улицу, я была вынуждена пойти следом. Разговор он начал не сразу, а когда начал, заговорил на посторонние темы. Я была вынуждена лишь кивать в ответ, контролируя диалог и его темы, чтобы не упустить, когда хокаге перейдет к важной информации. В итоге мы успели навернуть круг по территории больницы, и лишь тогда Хирузен перешел к делу, которое мне совсем не понравилось! — После выписки ты перейдешь на индивидуальное обучение.       Услышав это, я чуть не встала на месте, как вкопанная, но вовремя пришла в себя и продолжила шагать. — Почему? — стараясь сохранять спокойствие, спросила я. — Тебе нужно развиваться несколько в другом направлении, нежели остальным. В Конохе мастерами фуиндзюцу можно считать лишь единиц шиноби, один из которых будет твоим наставником. — То есть, вы хотите, чтобы я развивалась в фуиндзюцу? — Безусловно, ты будешь тренироваться и в других направлениях, как в Академии. — А что будет после завершения обучения? Я вступлю в команду?       Эта идея казалась мне все более подозрительной, а потому я старалась выведать, какой же тут подвох. — На твое усмотрение, — ничуть не смутившись, сказал Третий, однако плохое предчувствие у меня осталось. — А вот отказаться от обучения ты не можешь, все уже решено.       Эта фраза хорошо дала понять, что на этом закончатся и мои возражения, и мои расспросы. Выбора мне давали, и хотя Хокаге говорил мягко и возможно дружелюбно, я нутром чуяла, что делается это не для моего блага, а в корыстных целях правительства Конохи. Хотя… Может я просто себя накручиваю и ничего страшного не случится.       Мы прошлись еще немного, а потом Хирузен ушел. Я же в смешанных чувствах вернулась в больницу. Итачи не нашла ни в холле, ни у палаты Шисуи, поэтому сделала вывод, что парень ушел. А жаль, мне бы хотелось услышать его мнение о сложившейся ситуации. Да и оставаться одной не хотелось, ведь, во-первых, мне будет скучно, а во-вторых, я по-любому начну себя накручивать на счет этого решения Хокаге, что только еще больше запутаю себя. Но в этот раз мне повезло, ко мне пришел врач, чтобы подлечить рану. По его словам, подобную процедуру нужно будет провести еще два раза, по одной за день, и меня можно будет выписывать. И мужчина очень удивился, когда заметил скорее отчаяние на моем лице, нежели радость. А я действительно готова была хоть год проваляться в этой больнице, пока Третий не забудет своего решения, и все не вернется на круги своя. В какой-то момент даже появилась идея рассказать про мою настоящую сущность, чтобы меня на неопределенный срок запихнули в психиатрическую больницу, но после эту идею я отбросила. Мозги и там, и там промывать будут, и неизвестно, где это повлечет за собой меньшие последствия.

***

      Радостные новости я получила только после полудня, когда часа в четыре ко мне пришли Наруто и Саске. И первым их вопросом, конечно же, было: — Что случилось?!       Наруто пулей подлетел к моей кровати, за ним неспешно последовал Саске. — Ты четыре дня была без сознания! Мне врачи тогда сказали, что тебя привезли с ножевым ранением! Что в тот день произошло?! — не дав мне ответить на первый свой же вопрос, продолжил тараторить Наруто. — А… Ну… На меня кто-то напал… — единственное, что смогла сказать я.       Не рассказывать же им, что на меня напали подчиненные Данзо, чтобы взять в плен. Не поймут, маленькие слишком. — Нии-сан тоже в тот день загремел в больницу с чакроистощением, а еще Шисуи пострадал, — вдруг заметил Саске. — Да-а?! — я постаралась изобразить удивление прежде, чем мальчик попытался сделать какие-то выводы, хотя про то, что и Итачи стильно досталось, я действительно не знала, ибо парень упоминал лишь о Шисуи. — То есть, ты ничего не знаешь? — Саске прищурился. — Нет, а почему ты спрашиваешь? — Потому что нии-сан тоже ничего не рассказывает! А я за него переживаю, — мальчик недовольно насупился. — Ладно, а что врачи говорят? Когда тебя выпишут? — в этот момент спросил Наруто. — Через три дня, — я не смогла сдержать огорченного вздоха, и от Узумаки это не укрылось. Я натолкнулась на его вопросительный взгляд. — Наруто, понимаешь… Меня переведут на индивидуальное обучение, когда выпишут.       Секундная пауза, когда оба мальчика обдумывали услышанное, а потом раздалось их синхронное: — Кто?! — Третий-сама так сказал. — А почему? — спросил Саске. — Мне нужно развиваться в несколько другом направлении, — постаралась объяснить я. — Но это не значит, что я перестану с вами видеться. У меня ведь останется свободное время, — я ободрительно улыбнулась. — То есть ничего страшного не произойдет? — явно взволнованный этой новостью, спросил Наруто. — Да, все будет хорошо, — я продолжила улыбаться, хотя моя интуиция чуть ли не орала мне, что ни черта подобного, и поэтому я решила сменить тему. — Лучше расскажите, как там дела в Академии?       Судя по лицам обоих, интересных событий было много. Саске и Наруто тут же стали мне пересказывать все четыре дня чуть ли не по минутам, а я внимательно слушала, постепенно забывая о всех плохих новостях.       Ушли мальчики поздно вечером, потому что после долгих разговоров в моей же палате они делали уроки, я же учила материал, который пропустила за эти четыре дня. А когда осталась одна, решила вернуться в палату Шисуи. Всяко лучше, чем сидеть одной.       Спала я плохо, всю ночь снились кошмары, причем связанные еще с прошлой моей жизнью. Несколько раз я просыпалась, окончательно сон ушел в восемь утра. Столь ранним подъемом я была недовольна, но потом поняла, что это все же лучше, чем мучиться от кошмарных снов. Сначала я просто лежала на кровати, смотря в потолок, потом мне это наскучило, и я решила пройтись. До завтрака было еще полчаса, до визита ирьенина еще больше, а потому я пошла на улицу. На заднем дворе больницы было несколько лавочек, именно они и были моей целью. И какого же было мое удивление, когда там я встретила Шисуи.       Увидев меня, парень был удивлен не меньше. — Когда ты пришел в себя? — первое, что я спросила, подлетев к Учихе. — Часа три назад, — осматривая меня, протянул парень. — А ты что тут делаешь? — То же, что и ты, — я усмехнулась. — Лечусь после нападения.       Шисуи изменился в лице, посерьезнев в один миг. — Что с тобой случилось? — Ничего страшного, — я отмахнулась. Конечно же, это было не так, и мне очень хотелось поговорить об этом с парнем, но был и вопрос, который волновал меня куда больше. — Как ты себя чувствуешь? — Плохо, — Шисуи усмехнулся. — Как мне сказали врачи, яд, естественно, уже давно вывели из организма, последствия его тоже устранили, но вот чакроистощение так легко не проходит, я до сих пор слабость чувствую. К тому же непривычно без левого глаза. — А разве тебе можно выходить из палаты? — удивилась я. — Нет, — Шисуи весело улыбнулся. — Поэтому если что, ты меня не видела. — Хорошо, — я тоже не смогла сдержать улыбку. — Но не пытайся сменить тему, — мне оставалось лишь удивляться, как быстро у парня меняется настрой. — Что с тобой случилось? — Подчиненный Данзо напал, — была вынуждена рассказать я. — Точных мотивов узнать не удалось, но подозревают, что меня хотели похитить. Якобы я могу стать полезным мастером фуиндзюцу. Но что-то пошло не так, и последнее, что я помнила из того дня, как меня проткнули катаной.       Не знаю, показалось мне или нет, но Шисуи сжал кулаки. — На самом деле, меня не это волнует, — продолжила я и столкнулась с вопросительный взглядом Учихи. — Третий-сама переводит меня на индивидуальное обучение. Говорит, что в Академии меня не научат фуиндзюцу, а потому он приставит ко мне одного из мастеров в этом направлении, чтобы он меня обучал. Но… Не знаю, у меня плохое предчувствие. Слишком напрягает, что мне даже выбора не дают, и вообще так зацикливают внимание на моих навыках.       Шисуи внимательно меня слушал, а после еще несколько минут молчал, о чем-то думая. — Знаешь, я думаю, что если Данзо хотел тебя себе подчинить, то и Третий-сама может попробовать сделать нечто подобное. Более гуманным способом, но в этом я не уверен. — И что тогда делать? Мне ясно дали понять, что отказаться я не имею права. — Раньше времени бить тревогу не нужно, но я бы на твоем месте внимательно следил за новым сенсеем и за его действиями. Я знаю лишь нескольких людей в нашей деревне, которых можно назвать мастерами фуиндзюцу, и не все вызывают у меня доверие.       Шисуи обрисовал мне далеко не самые радостные перспективы, а потому единственным, что мне пришло на ум, было: — За что мне все это?       Шисуи ничего не ответил, я тоже больше ничего не говорила. Мы сидели молча вплоть до момента, пока Шисуи не спохватились врачи, и он не исчез, явно не желая попадаться медикам на глаза. Ну, что поделать, человек так развлекается. Упустим, конечно, момент, что Учиха только недавно пришел в себя, а до этого валялся с чакроистощением и отравленный ядом. Шисуи такой вот Шисуи.       Встретились мы только за завтраком. На мой вопрос, что неужели его все же поймали врачи, парень с гордостью ответил, что нет, и можно считать, что он тут сидит инкогнито. Еда в столовой была, наверное, даже хуже, чем я ела в приюте, поэтому большую часть завтрака мы скорее шутили и смеялись, нежели ели.       Потом Шисуи куда-то ушел, может даже сдаваться врачам, я так и не узнала этого, а я вернулась в свою палату. После осмотра ирьенина единственное, чем я придумала заняться, это сновать за медсестрами и выпрашивать у них бумагу и карандаш или ручку. Когда я окончательно всех задолбала, все-таки получила желаемое и засела в палате, рисуя, пытаясь написать стихи и просто складывая бумажные самолетики, чтобы как-то скоротать время.       После обеда ко мне пришли Наруто, Саске, а также Хината, Киба, Ли, Шикамару и Чоуджи. Как всю эту шумную ораву пропустили на территорию больницы, я не знаю, но их появлению я была рада. С ними я и провела остаток дня.