coffee for a kiss

Листопад в парке – это что-то особенное, необычное. Такое зрелище можно наблюдать бесконечно: листья кружатся, ложатся на землю, поднимаются ветром вверх и снова опускаются вниз, образуя разноцветный ковер. Очень приятно гулять в таком месте, не спеша идти по аллее, слушая любимую музыку. Ендже обязательно этим занялся бы в любой свободный от работы день, но сейчас ему надо было торопиться. Выйдя из парка, он направился в уже знакомый переулок, а золотой пейзаж резко сменился серостью и слякотью. Улица была очень мрачной, даже казалось, что это какой-то отдельный, темный, кусочек мира, где человеку всегда было грустно. Чхве подумал, что стоило бы изменить внешний дизайн кофейни, чтобы хоть немного добавить красок в этот район. Перед тем, как зайти в храм кофе, он окинул взглядом здание через дорогу. «Он сегодня придет», — пронеслось в голове у парня и, невольно улыбнувшись, он направился работать. Дизайнеры начали подумывать о расширении территории. Соседний магазин уже давно не окупался, его закрытие было неминуемо, так почему бы не арендовать это помещение? Но это были лишь планы на будущее, а сейчас надо как-то разместить гостей и никого не обидеть. Официантки придумали устроить день знакомств: сегодня можно было подсесть к любому. Посетителей было все больше и больше, люди могли присоединиться к одиноко сидящему человеку, но тот не имел права их выгнать, однако желающих это сделать, к счастью, не оказалось. Ендже за барной стойкой свел в единый разговор сразу трех посетителей, и, пока те обсуждали проблемы мирового масштаба, он отдыхал, сидя за кофеварной машиной. Эта суббота была самой обычной, не считая одной странности: в здании напротив во всю кипела работа, машинам на парковке некуда было становиться, а работники только и успевали сменять друг друга у курилки. Во время обеда ни единой души не выбежало в закусочную или в кофейню. Казалось, что грядет что-то страшное. Время близилось к закрытию, в заведении людей было мало - по пальцам одной руки можно пересчитать, - управляющий и официантки уже ушли, оставляя всю работу на бариста, но тому это в радость. Меньше людей, меньше шума, и посетителей в такое время уже не прибавится, но стоило ему об этом подумать, как дверь открылась, и в зале показалась до боли знакомая фигура человека. Ендже расплылся в улыбке: он наблюдал за клиентом, который сел на свое привычное место и уставился в окно. Чхве будто бы на сверхскорости сварил два американо и присел за столик. – Работаешь без выходных? – поинтересовался кофевар, пододвигая одну чашку на противоположный конец стола. – Может расскажешь? Джебом непонимающее посмотрел на собеседника. Его глаза были уставшими, уставшими от этой постоянной работы, за которую платили копейки; казалось, что вот-вот и по щеке покатится слеза. – Все хорошо, – выдохнул Им. – просто нужно было кое-что посчитать. – Скажи еще, что потерялся один лист из принтера, а вы все вместе его искали! Джебом улыбнулся у отпил немного кофе. Американо без сахара бодрит и греет, на мгновение пропадает вся усталость и создается ощущение того самого выходного дня. Брюнет опять посмотрел на Чхве: он пытался понять, что тому от него надо. За эту неделю Им заходил в кофейню всего три раза, и каждый раз кофевар беседовал с ним и задавал странные вопросы, интересовался работой и личной жизнью, начинал говорить о деревьях за окном или о картине на стене. Джебом словил себя на мысли о том, что Ендже ни разу не спрашивал как его зовут. Неловкую паузу прервал новый посетитель. – Я на секунду, – бариста убежал к гостю. «Я тебя не понимаю», – мысленно обратился к Ендже Им. Он наблюдает за каждым его движением, за тем как шатен перемалывает вручную кофе, как наливает молоко, как рисует на пенке очередной узор. Чхве любит то, чем он занимается, и по нему это видно. Его лицо очень спокойно, но глаза наполнены лаской и заботой, как будто он не просто варит кофе, а ухаживает за маленьким котенком. Им опять не понимал то, как можно любить работу, как можно сидеть допоздна на рабочем месте и не пытаться сбежать в любой удобный момент. Для него его офис был адом, настоящей каторгой, за которую, считай, не платили. Каждый день длился вечность, бешеный босс придирался к каждому вздоху, а его зам то и дело поддакивал, чем вызывал желание убить себя же. – Джебом, ты есть хочешь? – мягко спросил Ендже, присаживаясь напротив. – Что? – Я говорю, кушать будешь? Им прекрасно слышал, что спросил у него Чхве, но он не понимал откуда тот знает его имя. И видимо бариста понял этот вопрос, застывший в глазах брюнета. Он кивнул на грудь Джебома, отпивая кофе и расплываясь в улыбке. Бейджик. Обычно Им прятал его под галстуком, но сегодня, видимо, не уследил. – Нет, спасибо, – Им потянулся за чашкой, но его руку перехватили. Кофевар наклонил голову, заглядывая в глаза Джебому: он как будто искал в них ответ на какой-то важный вопрос. Сердце брюнета бешено забилось и причем очень громко, ибо как еще объяснить тот факт, что Ендже резко засмеялся и практически лег головой на стол. – Ты такой милый, – Чхве отпустил руку собеседника и облокотился на спинку дивана, запрокидывая голову назад. – Но очень замкнутый, это надо исправить. Кажется, Им лишился всего разума, ведь он не понимал, что делает и что говорит Ендже; выпал из мира ровно настолько, что бариста уже успел убрать за последним посетителем и вернуться на место. – Эй! – шатен махал рукой перед лицом экономиста. – Все хорошо? Он было потянулся к руке Джебома, но тот слегка одернул ее в бок, что заставило Ендже остановиться. Молодые люди сидели в тишине, оба сверлили глазами дырке в столе, ища темы для разговора. Первым, кто ее нашел, был естественно кофевар. – Я слышал, в городе намечается какой-то осенний фестиваль, – шатен переводил взгляд с окна на Джебома и в обратном направлении. На лице опять появилась улыбка, но уже не такая уверенная, как раньше. – Я не местный, и в городе меньше трех месяцев, не мог бы ты... Он прервался, заметив, как глаза брюнета загорелись: в них появилось какое-то желание, и, кажется, разговор можно было не продолжать, а назначить только время и место встречи, но Чхве все еще сомневался в своих догадках, поэтому решил уточнить. – Не мог бы ты со мной сходить на ярмарку? – Могу, – он улыбнулся, это была первая искренняя улыбка от посетителя. У Ендже весь мир перевернулся, ему хотелось кричать об этом на весь мир, а Джебом хотел просто схватить этого парня за руку и увести гулять по ночному городу, молча наблюдать за тем, как он смеется, шагая по мосту, как задает все те же странные вопросы, как радуется любому ответу; он хотел остаться с ним наедине, чтобы узнать лучше, чтобы понять его. – В следующее воскресенье, в двенадцать, у парка за углом, - тихо протараторил Чхве, будто это была тайна вселенского масштаба. – Заведение закрывается, молодой человек, я попрошу вас выйти! – неожиданно для Има закричал он. Зал заполнился пронзительным смехом бариста, экономист лишь продолжал улыбаться, доставая бумажник из кармана, но оплатить выпитый кофе он так и не успел: Ендже в прямом смысле вытолкал его из кофейни и показательно повесил табличку «закрыто». через неделю.