Ты плохо меня знаешь

•••

      — Хей, Юля, проснись, — Свит Пи осторожно теребил моё плечо, пытаясь меня разбудить. Его голос звучал как музыка для моих ушей, и просыпаться вовсе не хотелось. Но парень не останавливался, чем немного разозлил меня. «Что ему нужно так рано?» — подумала я, приоткрыв один глаз. Змей сидел рядом со мной на кровати, а когда заметил, что добился своего, то улыбнулся. — Свит Пи, чего тебе не… — не успела я закончить, как он поднес палец к губами и произнес тихое: «тссс». Мне никак не удавалось понять, что происходит, но как только юноша велел мне вставать и одеваться, я кивнула. Быстро поднявшись с мягкой кровати, напоминающей о лучшей ночи со Свит Пи, я собралась и вышла к нему в гостиную. — Свит, к чему вся эта спешка? — Это сюрприз, — парень подмигнул мне, и щеки сами собой залились краской. «Интересно, что он задумал?» Желание узнать, почему Свит разбудил меня так рано, росло с каждой минутой. В голове вертелась куча разных вариантов. Найдя на полу свитшот, я быстро надела его, вспоминая, как вчера, вернее уже сегодня, Свит Пи буквально сорвал его с меня. Эта ночь и вправду была самая лучшая…       Когда я полностью оделась, я с горем пополам нашла в полке своего парня расчёску и облегченно вздохнула, приводя волосы в полный порядок. Да, Свит Пи Коннор теперь мой парень, и это радует меня даже больше, чем возможная победа в конкурсе. Выйдя из комнаты, я застала весьма обеспокоенного и встревоженного Змея на диване. — Свитс, — я быстро подсела к нему, — что случилось? Увидев меня, Пи вскочил с дивана и, ничего не ответив, бросился к шкафу. Из-за такого его поведения меня никак не отпускали тревожные мысли. Я очень волновалась, ведь наконец-то всё стало так, как мне давно хотелось, а Свит своим поведением заставлял думать, что это не так. — Извини, — начал он, когда повернулся, — я просто забыл кое-что, но теперь всё хорошо, мы можем идти. — Идти? — удивилась я. — Куда идти, Свит Пи? У меня же сегодня вечером конкурс, я должна быть… — Не волнуйся, — перебил он меня, — успеешь. Из его уст это звучало так правдоподобно, что я и сама не заметила как успокоилась. Но это не меняло того факта, что меня до сих пор не посвятили в наши планы.       Для волнения и вовсе не было причин, так как Горошек повел меня гулять, к Свитуотер. Вода в апреле была еще прохладная, и её журчание было слышно по всей округе. Мы шли, ощущая, как прохладный ветерок пробирает до самых костей, заставляя вздрагивать. Скрестив руки на груди, я продолжила идти, мимолетно глядя на брюнета. Выражение лица явно выдавало его волнение, напряженность и тревогу, но почему? Почему и чем Пи был так встревожен? Или напуган? В любом случае, это нужно было узнать, и только-только я хотела остановиться и задать вопрос, он меня опередил. — Слушай, — его басовитый, громкий голос чуть дрогнул, и мне стало не по себе. В голову сразу же полезли мысли о том, что всё очень серьезно, — мы с тобой уже давно знакомы, всегда помогали друг другу, и я всегда мог на тебя положиться, — «что он, черт возьми, такое несет?!». — Свит, о чём ты? — я и вправду не понимала значение этих его слов. — Да, мы давно знакомы, но… когда это ты мог на меня положиться? Ну, я не в том смысле, что я не помогла бы или что-то такое, нет, просто… просто мы были тогда не в самых лучших отношениях, согласись. Мы всегда были на ножах и готовы были глотку друг другу перегрызть, и когда это мы помогали друг другу? — моему шоку и удивлению не было предела. Парень был сам не свой, да и моё состояние уже было далеко от спокойствия. Здесь явно что-то не так. — Да-да, знаю, но всё же вспомни наше выступление на матче, вспомни, как ночевала у меня, — Змей положил свою руку на моё плечо, и вместо ожидаемого тепла по всему телу пробежал табун мурашек. Меня невольно бросило в жар, потом с холод, и ощущение того, что это не мой Свит Пи, росло. — К чему ты всё это говоришь? — я сглотнула ком, резко образовавшийся в горле, готовясь услышать пренеприятнейшие известия. — Юля, я хочу кое-что у тебя спросить, — он зачем-то полез в карман и достал оттуда бархатную красную коробочку. У меня дыхание перехватило, когда я её увидела. Я не знала, как реагировать и поэтому просто стояла, как статуя, но внутри били волны эмоций. «Он что, хочет сделать мне предложение?!» — в этот момент ноги просто стали ватными, и я уже представила парня передо мной на колене, с открытой коробочкой, а в ней… в ней кольцо! «Боже, это наверное сон…» Но тут Коннор продолжил говорить, а радость бесследно исчезла, — как думаешь, Эллисон понравится? Мне кажется, что ты, как девушка и мой лучший друг оценишь и поддержишь меня. — Ты… — у меня просто язык не поворачивался сказать, — ты хочешь сделать ей предложение? — Здорово, правда? Я долго думал над этим и вот решил, что не хочу потерять её ещё раз, — парень сиял, когда говорил о Картер, а мне хотелось плакать. «А как же то, что было… этой ночью?» — слезы так и подступали к глазам, но почему-то я не могла заплакать. Не хватало смелости, наверное… — Свит Пи, а как же… — Свит Пи! — голос этой блондинки-интриганки я узнаю где угодно. — О, а вот и она, — на лице Змея засияла улыбка, и он, откуда не возьмись, достал камеру, после чего передал её мне. — Прошу, сделай пару фото. — Конечно, — я натянула на лицо улыбку и дрожащей рукой подняла камеру. «Что ты делаешь?» — прошептал таким же дрожащим голосом разум, на что получил краткий, наполненный болью и разочарованием ответ: «не знаю…». Я быстро встала за близстоящее дерево, попутно включая камеру, потом проверила Пи и… и заметила, что он был счастлив. Он был по настоящему счастлив, будучи рядом с… будучи рядом не со мной. «Как такое возможно?! Как он мог так со мной поступить?! Как я могла поверить?! Господи, за что мне это всё?!» — я начала тихо плакать, но с места сдвинуться не могла. Ноги не слушались, не хотели уходить, но и смотреть на то, как Свит Пи сделает моей ненавистнице предложение мне тоже не хотелось. Приподняв камеру, я приготовилась фотографировать, ожидая, пока парень встанет на колено. Мне очень повезло, что они отошли от меня, и мне не пришлось слушать его признание, а иначе, в порыве отчаяния, я бы разбила камеру и убежала. — Всё то, что было, было зря, — в один голос с Тони пробубнила я. — Тони?! — я очень удивилась, ведь здесь никого не было буквально секунду назад. — Ну привет, подруга, — скептический взгляд розоволосой меня слегка взбудоражил. — Ты и вправду думала, что нужна ему? Правда думала, что он тебя любит? Если это так, то ты полная дура! — Тони, что ты такое говоришь? Ты же сама говорила мне, что мы подходим друг другу и… — сейчас мне было больно как никогда раньше, и толком понять, что происходит, у меня не получалось. — Мы просто издевались над тобой, — повернув голову, я увидела Шерил. Она вела себя, как сука, и даже её взгляд говорил об этом. В нем можно было прочитать безразличие, там не было ни капли сожаления. — Что вы такое несете?! — тихий, чуть осипший голос переходил на истеричный крик. Я не хотела верить в то, что они говорят, поэтому закрыла уши руками и попыталась внушить себе, что это всё не правда. Голова жутко болела, в животе образовался узел, хотелось провалиться под землю или оглохнуть, лишь бы не слышать этого бреда. — Хей, Юля, ты сделала фотографии? — радостный голос Змея заставил меня подняться. «Дьявол…» — выругалась я, пытаясь найти аппарат. Долго искать не пришлось, так как Элл нашла её возле меня и подняла, начиная в предвкушении пролистывать фото. Внезапно её улыбка с лица пропала, и она что-то прошептала Коннору, после чего тот бросил на меня озлобленный, недовольный взгляд и быстро подошёл. — Где фотографии?! — в следующую секунду Змей сильно сжал мой локоть. — Свит Пи, мне же больно! — я пыталась убрать его руку, но хватка была настолько сильной, что мои попытки не увенчались успехом. — Мне плевать! Где фотографии?! — брюнет прошипел это с такой ненавистью и отвращением, что по сердцу будто ножи пришлись. Было так плохо, что слезы хлынули рекой. — Оставь ее, Свитти, — блондинка самодовольно улыбнулась, подойдя к парню. Как только она оказалась подле него, он успокоился, отпустил мою руку, но презренного взгляда не изменил. — За что ты так со мной, Свит Пи? За что вы все так со мной поступили?! — тихий, осипший, дрогнувший голос разнесся по округе, заставил всех переглянуться, после чего громкие раскаты звонкого смеха, от которого кровь в жилах застыла, отдаленно послышался в моей голове. Я искренне не понимала и не верила в то, что происходит, да и не особо хотелось. Единственным моим желанием было сейчас убраться отсюда как можно дальше, дальше от них и от Ривердейла в целом. Этот город принес мне слишком много страданий, к которым я категорически не была готова… — Если бы ты не предала банду и не подставила Эллисон ничего этого не было бы! — со всей возможной злостью и ненавистью бросил брюнет. Теперь я запуталась окончательно и безвозвратно. — Что ты несешь?! Я не предавала банду и уж тем более не поставляла Картера! Мы с ней только на Рождество познакомились! О чем ты вообще, Свит Пи?! — я всплеснула руками, нахмурив брови. Вся эта ситуация меня сильно злила и пугала одновременно, ведь непонимание окутало меня со всех сторон. Я чувствовала себя отчужденной, одинокой, пустой и очень напуганной. «Куда же делась моя смелость?» Обеспокоенно разглядывая всех в надежде найти хоть намек на шутку, я получала лишь более насмешливые взгляды и перешептывания. Неожиданно для самой себя мне на глаза попался взволнованный Фангс, к которому я и побежала. — Фангс, прошу, скажи им, что я никого не предавала! Скажи, что не подставляла Эллисон! Прошу, скажи им это, Фангс! — я уже не могла держаться и, рухнув в объятия Фогарти, зарыдала, как ребенок. Я была готова плакать в плечо Змея, казалось бы, вечность, но в буквально через минуту, даже меньше, он отстранился и стал более напуганным. — Юля, раз ты говоришь, что не предавала банду, тогда почему у тебя на шее кровь? — из-за беспокойства Фангса по телу прошли мурашки и жуткая боль почувствовалась в районе шеи. Быстро приложив к тому месту где была тату руку, я поняла, что там уже большая рана из которой ручьем льется кровь. Мне стало ещё страшнее, я молила парня о помощи, но он лишь отшатнулся от меня, осматривая странным взглядом. Паника охватывала меня всё сильнее и сильнее, а я, пытаясь успокоится, упала на колени, не убирая руки от шеи. Моей тату не было и кровь остановить никак получалось. — Ты заслужила. Ты сама виновата. Ты сама так решила, — повторяли ребята по кругу. Они будто насмехались надо мной, зная, что мне плохо и что мне срочно нужна помощь. В следующую секунду хотелось закричать, но воздуха в легких резко не стало и дышать было вовсе невозможно. «Помоги мне, Свит Пи…» — подумала я, глядя на Змея, глазами полными слез, попутно протягивая ему руку. Ещё несколько секунд, ещё немного и я бездыханно упаду на землю из-за нехватки кислорода, даже держаться в сознании было трудно, но надежда на то, что парень мне поможет, давала последние силы. Ничего не ответив, он лишь посмотрела на меня, а во взгляде читалось отвращение. Было больно осознавать, что моя смерть настанет так, но больнее всего стало от того, как Горошек поступил со мной. Он мной просто воспользовался, как куклой, а потом выбросил, оставляя умирать! «Простите…» — я, лежа на прохладной траве, наблюдала за тем, как все спокойно, без угрызений совести уходят, и даже не оборачиваются. Меня там будто нет. Будто так и должно быть. Собравшись с силами, взяв всю волю в кулак и закрыв глаза, из которых потекли большие соленые капли, невзирая на жуткую боль, я глубоко вдохнула и… проснулась.

•••

      Подскочив с кровати в холодном поту, я жадно хватала ртом воздух. Вспоминая этот кошмар, я схватилась рукой за шею, но не обнаружив никакой раны и крови — спокойно выдохнула. Где-то через пару минут осознания того, что это был всего лишь кошмар, мне стало намного легче, но в кровати, кроме меня, никого не было, и это слегка пугало. Сразу же вспомнился сон, вернее его начало, а начался он практически так же. Я очень боялась, что в комнату сейчас войдет Свит Пи, чтобы разбудить меня, но следующие пять минут никто не пришел. Я вновь успокоилась и хотела было подняться, но дверь открылась и вошел радостный Змей. Сглотнув ком в горле, я чуть отшатнулась, когда он подошел ближе, но моих действий Пи отнюдь не понял. — У тебя для меня что-то есть? — подозрительно начала я. — Это сюрприз, да? Пожалуйста, давай останемся дома и никуда не пойдем! — Хей, что с тобой? — парень удивился. — О каком сюрпризе ты говоришь и с чего взяла, что мы куда-то пойдем? — я понимала, что выгляжу сейчас, как какая-то сумасшедшая, но кошмар и вправду очень меня напугал, а Пи всего лишь пытался узнать, что со мной. «Рассказать или нет?» — я металась от одного варианта к другому с того момента, как Змей появился в комнате, но решится на это так и не удалось. Мы только-только начали встречаться, а тут я рассказываю о своем жутком сне про Эллисон, и он точно бы подумал, что у меня не получается ему верить, и прощай счастливая жизнь вместе со всем, что к ней прилагается. — Не знаю, просто ощущение было какое-то странное, — «вы и дня не встречаетесь, а ты уже врешь ему…». Временами я люто ненавидела свои мысли, но в такие моменты они были правы как никогда ранее. Я не должна ему врать, но это настолько безвыходная ситуация, что в двух случаях я могу потерять парня, а этого мне не нужно ни в коем случае! Я слишком долго ждала этого, чтобы вот так взять и упустить.       Получив мой неуверенный ответ, брюнет окинул меня подозрительным взглядом, но это выражение держалась всего пару секунд, после чего он быстро сократил между нами расстояние, коротко касаясь меня губами, а затем встал и, прошептав тихое: «я буду в гостиной», ушёл. «Какая же я дура,» — бранила я себя, понимая, что Коннор огорчился. Ему конечно же было неприятно, что его девушка не говорит ему всей правды, но мне было очень страшно. Сон вызвал ощущение, будто это было взаправду, и я поклясться могу, что до сих пор чувствую тихую, ноющую боль в районе шеи. Именно на том месте, где чернела татуировка двухголовой змеи…       Медленно поднимая вещи с пола, я всё думала и думала над тем, что не стоило врать Свиту, даже несмотря на лютый страх. Тем более это был всего лишь сон, вернее кошмар, но суть от этого, увы, не меняется. «Я должна ему рассказать и даже если что-то пойдет не так…» — мою мысль прервал телефонный звонок. Это Вероника и она, по всей видимости, волнуется. На лице проступила легкая улыбка, но ответить всё же стоило, хоть и не очень хотелось вновь выслушивать её упреки и недовольства. — Юля, где ты? Ты же должна была быть у Кевина, а когда я ему позвонила и спросила: «как она?», то получила в ответ лишь фразу: «её не было с самого утра»! Что ты, черт возьми, творишь и где пропадаешь?! — голос сестры был крайне взволнованный и обеспокоенный, но я молчала, потому что прокрутила в голове ответ на поставленный вопрос. — Всё со мной в порядке, не волнуйся ты так, — я усмехнулась. Никогда бы не подумала, что буду разговаривать с ней вот так спокойно и… с интересом. Мне было приятно осознавать, что отношения с сестрой наконец-то стали нормальными. Мы наконец-то перестали собачиться и начали относится друг к другу с уважением. — Где ты сейчас? Тебе же нужно быть в Ванкувере. Сегодня же показ! Ты что, забыла?! — я громко рассмеялась. — Нет, но не переживай, я буду там вовремя. Ты же приедешь? — я закусила нижнюю губу, посмотрев на экран мобильного, где белыми буквами светилось: «Ви🌹». — Конечно! Ты еще спрашиваешь?! — Слушай, Ви, мне пора. Увидимся в… — Подожди! — остановила меня девушка. — Где ты сейчас? — «сказать или нет?» — Я у Свит Пи, потом всё расскажу, — с легким смешком пробормотала я и под удивленные вопли старшей Лодж отключилась. Улыбка никак не пропадала с лица, пока я не вышла к Пи, и он не начал говорить. — Знаешь, раз уж мы начали встречаться, то должны говорить обо всем друг другу, не так ли? — он поднял на меня слегка обиженный взгляд, и до меня дошло, что всё-таки стоило ему рассказать. «Может сейчас, пока не поздно?» — Свит Пи, — я подсела к нему и опустила голову, а он взял мою руку в свою, и уже такое родное тепло вызвало новую волну мурашек. Они пробежали по рукам, спине, ногам и даже напротив сердцу. — Ты можешь мне рассказать, тем более если есть что-то, что тебя пугает, — его рука медленно прошлась по моей щеке и, закрыв глаза, я вспомнила сон. Каждая его мелочь была такой яркой, такой отчетливой в моем сознании и сводила меня с ума, но собрав всё в одну кучу, я начала рассказ. — Прошу, не перебивай меня и не смейся, хорошо? — брюнет согласно кивнул, чуть сжав мою руку. Он взволнован и напряжен не меньше меня, но думаю, что это чувство и вовсе ошибочно. По крайней мере мне так кажется, когда я смотрю в его глубокие, карие глаза. Сделав пару медленных вдохов, морально успокаивая свою бурную фантазию, я никак не могла открыть глаза. Было стыдно взглянуть на Змея, не то что рассказать этот чертов сон.       Рассказ дался мне с трудом, но поднять голову из-за чувства вины никак не получалось. Теперь, казалось, я опять всё испортила и буду бранить себя за это всю оставшуюся жизнь. Ни я, ни Свит Пи не смели нарушить угнетающую тишину, которая убивала изнутри все надежды на малейшее понимание и сожаление, возможно даже принятие такой бурной фантазии моего подсознания. Хотелось просто забится в темный угол и сидеть там так долго, насколько это вообще возможно и просто ждать, пока этот инцидент забудется. А он нарочно врезался в память так, будто его там замуровали и всю жизнь пришлось бы мучатся, вспоминая лишь ту волшебную ночь. — Мне нравится твоя бурная фантазия, но она у тебя слишком разыгралась, — всегда грубый голос кареглазого был таким тихим, таким спокойным и успокаивающим, что казалось, будто это вовсе и не он. Его рука вновь скользнула по моей щеке и, убрав непослушную прядь волос за ухо, спустилась к подбородку, приподнимая его, тем самым заставив поднять смущенный взгляд. — Прости, просто… — За что ты извиняешься? — он непонимающе вскинул бровь. «А правда, за что?» — Ну, я это… — Что «это»? Слушай, Юль, я честно ещё не до конца понял причину твоего беспокойства, но уверяю, что это всё напрасно. Мы с тобой теперь вместе, и я выбрал тебя, а не Эллисон, но если ты сомневаешся то… — мои опасения начали подтверждаться, и я поспешно выкрикнула Змею в лицо твердое и уверенное «нет». Он сразу замолчал, а через несколько секунд на его лице появилась мимолетная улыбка, после чего мне стало очень неловко, но зато спокойствия было уже гораздо больше. «Ну и что ты себе, паникерша, напридумывала?! Не видишь что ли, что любит он тебя, любит!» Да, порой мой разум может, как другой человек, постоянно отчитывать меня за какой-либо прокол, но кому, как не мне самой, делать это. Всё равно ведь выходит так, что я сама броню себя за разные проступки, в том числе и за этот…       Мы устроились на кухне. Я готовила нам завтрак, вернее хотела его приготовить, но у Свит Пи в трейлере почти ничего не было. Облокотившись о тумбу, я смотрела на пустую пачку от лазании, многочисленные коробки из-под хлопьев и пару банок кофе. Тяжело вздохнув, я хотела сейчас рассказать парню, что в холодильнике всё же должна водится еда, а не одно молоко и пиво, но выдохнув, решила просто сходить за продуктами, а то резко возникло ощущение, что он тут, бедный, голодает. Вдруг, именно в тот момент, когда я хотела повернуться, я ощутила на шее обжигающее дыхание, а затем и теплые руки Змея скользнули по моим плечам. Дыхание становилось горячее и горячее, пока губы парня и вовсе не коснулись моей шеи. Чуть запрокинув голову, я закрыла глаза и закусила нижнюю губу от удовольствия. Каждое движение, сделанное парнем, было таким осторожным и нежным, я чувствовала себя куклой, которую он боялся разбить и это напоминало о том, что я всё же нужна ему. Нужна, будто неотъемлемая часть, без которой Свит Пи уже не был бы тем самым Свит Пи, к которому все привыкли. — Ты куда-то собралась? — тихо прозвучало над моих ухом, и я чуть улыбнулась. — У тебя в холодильнике хоть шаром покати, как думаешь, куда я пойду? Гулять? Да, наверное стоит сходить развеяться, — с сарказмом ответила я, призадумавшись, одновременно повернувшись к брюнету. На его лице была усмешка. Он опустил голову, уже широко улыбаясь. Да, это всё, конечно, хорошо, но то, что у него в трейлере и вправду нечего есть — очень плохо, поэтому стоило немедленно выдвигаться на операцию под названием «Полный холодильник». Положив свою руку на руку Горошка, я хотела её убрать, но тот явно был против и лишь притянул меня ближе к себе. Стало так тихо, что могу поклясться, как слышала тихое рычание мотоциклов у дороги, при том что мы находимся от них на приличном расстоянии. — Свит Пи, мне и вправду стоит сходить хотя бы в Pop's, ведь это не шутки. Таким питанием ты себе никак не поможешь, а мучиться с твоим больным, не дай бог, желудком, не хотим мы оба, — поправив его смешно закрученную прядь волос на лбу, которая всегда казалась мне изюминкой Коннора, я лишь отвлекла его внимание и после нанесла решающий удар по животу. Я лишь дотронулась до него пальцем, но он пострадал больше, чем сам Свит. — Ах ты чертовка, — парень быстро присел, схватил меня за ноги и закинув себе на плечо, как вчера, отнес меня к дивану. Понимания, что сейчас мне будет очень плохо, я пыталась как-то выбраться, легонько била Змея ладошками по спине, а он лишь смеялся. Его смех был таким заразительным, что я даже не заметила, как и сама начала смеяться. Мы оба смеялись так громко, что, казалось, теперь те байкеры у дороги, которых я слышала — слышат нас ещё лучше. В какой-то момент мой смех сменился на пронзительный возглас, а после и жалобный писк. Свит Пи начал меня щекотать. Он сидел рядом со мной, на диване, держа одну руку в своей, а второй щекотал. Признаться честно, я до ужаса боюсь щекотки, поэтому это было для меня, как пытка. — Свит Пи, прошу тебя, пожалуйста, будь человеком и отпусти меня! — вопила я что есть мочи, но парень лишь с усмешкой продолжал издеваться надо мной. — Что говоришь? Не отпускать?! Как скажешь, — в этот момент мои муки прекратились, и я уже была в крепких объятиях своего парня. Мы просто лежали на диване, обнимая друг друга. Нам не нужны были слова чтобы понять, что мы подходим друг другу, как никто другой. Он — большой ребенок, потерпевший в своей жизни огромную потерю, тем самым закрывшись от всех за стеной безразличия и хладнокровия; я — хрупкая кукла, которая также переживает потерю, но уже понемногу открывая ту завесу, за которой пряталась столь длительное время. У нас обоих в душе пропасти, которые мы можем заполнить лишь друг другом. Мы должны помочь друг другу выбраться оттуда, обрести настоящее, простое и такое неизведанное полноценное человеческое счастье. Счастье просто быть рядом, зная, что в любой момент есть на кого положиться и больше не боятся того одиночества и той темноты, которая сковывала нас столь длительное время. Нам больше нечего боятся, ведь наконец-то мы можем чувствовать себя самими собой и не притворяться ради собственного благополучия, ради собственного спасения…       Около получаса у меня не выходило выбраться из уверенной и твердой хватки Коннора, но вскоре, натянув победную улыбку, я поправила чуть задравшуюся юбку и вышла из трейлера. «Вырвалась наконец таки,» — облегченный вздох слетел с моих губ. Кажется, мне даже нравится то, что Горошек ведет себя так, будто он ещё ребенок. Это здорово, когда ты можешь поддаться эмоциям и впасть в детство, хотя бы ненадолго. Всем нам, порой, нужно куда-то деваться от реальности, а мир, в котором сбываются мечты и нет боли, ненависти и насилия — это идеальный вариант. Вот только жаль, что это своеобразная иллюзия, ведь мы все давно не дети и не можем слепо верить в чудо. «Чудес не бывает» — говорят люди, которым трудно отдаться этой беззаботности, а я, после недавних событий, готова убеждать всех и каждого в обратном. Вероника... Свит Пи... раньше этих людей практически не было в моей жизни, а теперь... что теперь? Теперь всё по другому, потому что случилось чудо.       Не сбавляя быстрого темпа, я преодолела трейлерный парк, выходя на просторы южного Ривердейла, но к такому меня не готовил, увы, никто. Люди, будь то просто южане, будь то Змеи, косились друг на друга, ходили понурые и злые, выставляя свой недовольный оскал. Я остановилась на пару секунд посреди дороги, чтобы хоть как-то вникнуть в произошедшую ситуацию, и меня целиком поглотили тревожные мысли. Мысли о том, что тут явно что-то случилось. Продолжая продвигаться вдоль дороги и оборачиваться на каждого прохожего, я и не заметила, как вышла к северной части города. Здесь, казалось, всё было как обычно, но пройдя чуть дальше я начала замечать разбитые машины, многочисленные осколки стекол на дорогах и кучу другого мусора, например веток или каких-то деталей от чего-то, на дороге. «Что тут, черт побери, произошло?!» — в голове уже была каша. Что могло произойти за одну несчастную ночь?! Кто мог перевернуть с ног на голову целый город за одну ночь?! К несчастью, на улице не было ни одного человека, у которого можно было бы расспросить о произошедшем, а с каждым проделанным шагом в сторону кафетерия вопросов становилось всё больше. Все люди будто исчезли, так как на пути я не встретила абсолютно никого. Всё это очень странно, но вариантов развития событий было столько, что я уже терялась в догадках.       И вот моя цель, через руины севера Ривердейла, была достигнута. Pop's был и вовсе не похож на то место, где люди любили отдохнуть за стаканчиком молочного коктейля, а напоминал точку, где началась война... Разбитые машины, трубы, биты, пару горящих, непонятных мне ошметков чего-то лежали на крыльце. Закрыв рот рукой и выпучив глаза, я стояла так около минуты, анализируя увиденное. В голове никак не могло поместиться то, что это не сон и что такое происходит во всем городе. Подойдя к двери и дернув ручку мои ожидания не оправдались и она была заперта. Ну ещё бы заперта. Я, честно говоря, удивлена, почему здесь ещё табличку с надписью «Закрыто насовсем» не повесили. Да уж, долго придется восстанавливать тут всё, если, конечно, что-то осталось. Мало ли, может это был не последний набег. Решив проверить, есть ли кто внутри, я приложила руку к стеклу и, подавшись вперед, начала всматриваться вовнутрь. Хаос и разруха царили там, как и на улице, что ещё больше меня озадачило. «Надеюсь, никто не пострадал, и всё обошлось». От увиденного по телу прошло странное чувство, описать которое трудно, но ничего хорошего оно явно не предвещает. В городе начали твориться страшные вещи и то, что произошло здесь является лишь началом чего-то очень ужасного. Собравшись уходить, я ещё раз заглянула вовнутрь и может мне показалось, но за дверью, которая ведет в подсобку, показалась белая тень. — Поп? Поп, это ты?! Поп, Поп открой, прошу! — я надеялась, что это не какая-нибудь галлюцинация и поэтому начала стучать в дверь так сильно, как могла. Почему-то меня не волновало то, что сейчас сюда могли заявится те самые виновники сего бедлама и, думаю, говорить со мной по душам они бы точно не стали. Продолжая усердно стучать в дверь, которую мне стало искренне жаль, я всё же оставила эту затею, списав ту тень на полет фантазии, но только-только я повернулась к заведению спиной и начала спускаться — она открылась и звон колокольчика, обычно оповещавший о приходе нового клиента, разнёсся по округе. — Проходи быстрее! — я кивнула и вошла вовнутрь. На полу были разбитые бутылки, пачки и крошки от бургеров и картошки, перевернутые стулья, и всё это вызвало ощущение, будто здесь оборонялись от незваных гостей. Тяжело вздохнув, я быстро перевела взгляд на напуганного мужчину, который перебирал в руке белую тряпочку. — Поп, что здесь произошло? — моя рука оказалась на его плече. Хотелось расспросить его обо всем, но его измотанный вид говорил, что пока что этого делать не стоит. — Это они во всем виноваты, они пришли ночью и чуть не сравняли нас с землей, — голос Попа однозначно дрожал, и он постоянно смотрел куда-то на улицу, а в глазах не утихал страх. Мне и самой стало не по себе, но кто эти «они», я не поняла до сих пор. — Они?! — переспросила я, тоже быстро оглянувшись назад для большей уверенности в том, что мы одни. — Кто «они», Поп? — А ты что, разве не знаешь? Упыри вчера напали на Pop's и если бы не Арчи, они могли уничтожить его, не оставив даже фундамента, — я опешила. «Что простите?!» Верить в то, что только что поведал мне Поп, никак не хотелось. — Что?! Упыри?! В Ривердейле?! Поп, ты уверен? После гонки, которая была аж осенью прошлого года их выгнали в Гриндейл и они не имели никакого права возвращаться обратно, — хоть это и было бредово, но вариант, что они вернулись, чтобы отомстить был и есть самым правдоподобным. И если это правда, то всем нам придется несладко. — Да, я знаю, но они вернулись, и ты сама видешь последствия этого. — Поп, если это так, то мне нужно срочно бежать к Змеям и готовить с ними план, как убрать этих паразитов, потому что один Бог знает, что они могут натворить ещё! — мои нервы были уже на пределе. Меня распирало от ненависти и злобы, которую нужно было как-то и где-то выплеснуть. — Чтобы не случилось, старайся держаться от этого как можно дальше, потому что это война Упырей со Змеями, которую и должны закончить только мы, — я быстро улыбнулась мужчине, как и он мне, после чего выскочила из кафе и помчалась обратно. Из головы совсем вылетело то, ради чего я шла туда, а теперь мои мысли были только о произошедшем. Достав из сумки телефон я хотела как можно быстрее разослать СМС всем ребятам из банды не взирая на то, что они уже сто процентов знают о сложившейся ситуации и возможно придумывают план, но больше меня тревожило то, что Упыри напали на северных, а не на нас — Змеев. Это все было слишком странно, но когда в этом, казалось бы, спокойном и неприметном городке было всё гладко? М? Вот и я не знаю ответа на этот вопрос. Одно я знаю точно — не поторопимся, придется нам восстанавливать город из руин. Вернее делать это тем, кто останется в живых...       Остановившись на обочине, которая пустовала, видимо, с ночи, я начала набирать сообщение Веронике, решив узнать, все ли у неё в порядке. «Вероника, что тут, черт возьми, произошло? Ты в курсе? Ты вообще в порядке?! Поэтому ты мне звонила? Хотела узнать всё ли в пор...» но звук приближающегося автомобиля заставил оторваться от столь важного дела. Не бывает дыма без огня, как говорится, но почему звук есть, а его источника нет? Странно это всё. Однако, когда ко мне подъехал черный лимузин, ситуация стала понемногу проясняться. — Что ты здесь делаешь? Ты же должна быть в Ванкувере, у тебя сегодня конкурс, — из машины вылез сам Хайрам Лодж. Мужчина выглядел очень уверенным, в отличие от меня, но свою растерянность я засунула куда подальше, потому что с ним это чувство может знатно подгадить. — Ого, ты в курсе? Сам догадался или подсказали? Ах да, точно, тебе же Андре мог сказать, а то кроме своих бумажек и плана по уничтожению города ты не замечаешь никого. Абсолютно, — если с матерью я и могла время от времени говорить нормально, то с ним... лучше бы он остался в тюрьме! — Ты ведь моя дочь, а я, как отец, должен тебя поддерживать, — он начал подходить ближе и из машины вышел Андре. Он как всегда молча стоял, глядя на меня, будто желая что-то сказать, но в моем присутствии он проронил лишь пару слов. — Вспомнил, что у тебя есть дочь? А ты помнишь, что у тебя их было две? А? А знаешь почему было? — я уже не могла сдержаться, хотелось высказать всё этому двуличному лицемеру за те года, которые мне пришлось провести в одиночестве, завидуя старшей сестре из-за того, что любимый папаша уделяет ей больше внимания. На самом деле это только одна третья из всех тех случаев, случившихся со мной за пятнадцать лет жизни в семье Лодж. Вот во мне сейчас адский котел кипит, а он мне улыбается, поправляет свой костюм и всё просит остановиться, чтобы нормально поговорить. — Нет уж! Ни за что! Ты мне никто! Ты мне даже не простой человек с улицы, ты — чудовище! Чудовище, место которому в тюрьме! Я очень жалею о том, что тебя выпустили! Очень жалею, что не сбежала тогда по предложению бабушки, когда ты в очередной раз плюнул на меня и предпочел работу! Тебе никогда не было до меня никакого дела, а теперь что, отцовские чувства проснулись?! Не слишком ли поздно ты спохватился, папочка? — на глазах уже накатывались слезы, которые принесли с собой воспоминания, о которых не особо то и хотелось вспоминать. — Что ты такое говоришь? — как можно осторожнее спросил мужчина, протянув мне руку. Он, видимо, рассчитывал на то, что я, как дурочка поведусь на его сладкую удочку, пока он навешает мне на уши лапши про то, что всегда помнил и любил. Чистой воды ложь! Он никого, кроме себя любимого не ценит и не уважает. Даже маму заставил баллотироваться на этот дурацкий пост мэра города, лишь бы насолить Фреду Эндрюсу, бизнес которого и так полетел ко всем чертям из-за него. И о чем мы там говорили? Ах да, точно, про любовь и заботу. Чистой воды ложь! — Что слышал! Ты прекрасно знаешь, что я никогда не поверю в твои сказки о любви и якобы о том, что ты просто кормил семью, поэтому и не было время на воспитание... да даже на то, чтобы спросить как прошел день в школе, о каком воспитании может идти речь?! Знаешь что, лучше не приближайся ко мне и запомни, что теперь у тебя только одна дочь — Вероника, в меня считай пропавшей без вести. Хотя, ты так уже делал, зачем ещё притворяться? — Своим упертым характером ты в меня пошла, не в Гермиону, — далее последовала усмешка. — Всё то, что ты сказала до этого, задело меня, сильно задело, поэтому, как ты говорила «не было времени на твоё воспитание», я начну исправлять это прямо сейчас. Да, ты выросла, но выросла очень невоспитанной девочкой, а таких нужно наказывать, — он махнул Андре, и тот быстрым шагом направился ко мне, не меняя каменного выражения лица. Чуть перепугавшись, я дернулась назад, а после вновь презренно посмотрела на человека, которого должна называть «папа». — Я знаю, что это ты устроил хаос в городе, а для того, чтобы не марать руки — заплатил Упырям! Я знаю это и сделаю так, что все узнают! Об этом узнает весь Ривердейл! Слышишь?! — с каждым словом я отходила всё дальше, но мальчик на побегушках, работающий у моего отца, даже не собирался останавливаться. Услышав мои угрозы о том, что я расскажу всему Ривердейлу эту тайну, Хайрам лишь засмеялся. Он смеялся долго, а я не могла понять, от чего. Казалось, будто мужчина сошел с ума, но смех резко прекратился и грубое, твердое «не узнают, потому у тебя нет доказательств — это раз, а два — тебя не будет в Ривердейле, так что... Андре, хватай её и сажай в машину!» — развернулся к лимузину, а я побежала так быстро, как могла. Андре всё ещё бежал за мной, но остановиться у меня и в мыслях не было, лишь шарканье его ботинок выдавало его. Сердце бешено колотилось, дыхание сбивалось, ноги сильно гудели от такого напряжения, но остановится было последним делом, которое нужно было делать. Вскоре предупреждающий звук стих и мне стало слишком любопытно. Остановившись всего на секунду я поняла, что больше он за мной не гонится и что мне срочно нужна подмога, а нито мой сумасшедший папочка может приказать принести мою голову. Убрав все волосы за плечи, так как они очень мешали, я продолжила набирать сообщение и заодно встала около большого куста, за которым меня, как я думала, не видно. Написав сестре о том, что мне срочно нужна помощь, так что пусть дует на Old Street и тащит с собой всех, кого встретит по пути я хотела отправить СМС-ку, но только-только мой палец коснулся экрана, меня схватили за плечи, потом ногой преградили мне путь и, поднеся какую-то тряпку ко рту, дождались хоть какого-то эффекта и связали руки. Мне резко захотелось спать, но я ни в коем случае не давала себе возможности закрыть глаза. — Андре, черт бы тебя... отпусти меня! — но всё тщетно, как горохом об стену. Мужчина схватил меня и потащил в ту сторону, из которой мы и прибежали. Попытки вырваться и убежать тоже не увенчались успехом, но надежда для меня никогда не умирает. Пытаясь выдернуть руки я уже ощущала, что запястья начинали пощипывать и болеть, но всё равно продолжала, скрепя зубами. «С чего это вдруг ты такой сильный? Или это уже я вымоталась так, что даже вырваться не могу?» — в голове дурман, впрочем, как и последние несколько месяцев. Только сейчас мне ещё и спать очень хочется, поэтому справиться со мной было не так уж и трудно. Силком запихнув меня в машину, парень наконец ушел, но вскоре его силуэт появился за рулем автомобиля, которое было видно через окно, затворку которого только что открыли. С каждой секундой мне начинал видится все более размытым и будто летающим. — Я же говорил, что бежать бесполезно, — уже противный мне голос Лоджа разнесся по салону, но мне не было никакого дела. Всё, чем сейчас забиты мои мысли — это успела ли я отправить сообщение, ведь если нет, то мне несдобровать. — Чего ты хочешь от меня? — голос был тихий, так как эффект белой тряпочки уже пошел в обороты. Уже почти усыпил меня. — Вернемся к разговору о воспитании, но в нашем случае перевоспитании. Раз уж ты у нас такая непослушная девочка, дерзишь старшим и тому подобное — я отдаю тебя в специальный интернат для девочек в котором тебя быстро научат манерам, а пока, чтобы ты не думала, что я подонок — Андре отвезет тебя на конкурс. Только представь: ты выигрываешь конкурс, у тебя есть возможность учится там, где ты всегда хотела, но есть одна маленькая проблема — интернат находится в Африке. Вернее, это даже не интернат, а племя. Там живет и работает мой очень хороший знакомый, так что, надеюсь, скучать тебе там не придется, и ты успеешь запастись летними вещами, хотя там тебе понадобится только трава и кокосы. Будешь учить их делать из травы не только юбки, — вновь издевательская, дьявольская усмешка пронеслась по волнам тишины и напряжения, которое, с каждой секундой нашего здесь пребывания, только росло. — Спустишь с неё глаз — и закончишь так же плачевно, как Блоссом. Знаешь, что с ним стало? — водитель лишь отрицательно качнул головой, а Лодж ухмыльнулся. — Не скучай, солнышко! — смешок и хлопок двери. Он ушел. Он снова оставил меня. — Подонок... — тихо выругалась я и, не выдержав, отключилась. Дорога до победы в этой войне мне предстоит долгая. Но любой ценой она должна быть моей, а иначе столько времени впустую.       Очнулась я уже в своем номере отеля. «Как я здесь оказалась?» В голове был ветер, так как я только-только очнулась и до сих пор не могу понять, что происходит. Когда в комнату вошел Андре, я отшатнулась от него так, что ударилась головой о кровать. Удар был не сильный, так как на спинке мягкая обивка, но всё же. Я смотрела на него, выжидая, пока он что-либо скажет, но он молчал. Просто молчал и продолжал идти ко мне. — Не подходи! — вырвалось у меня, и я быстро закрыла рот рукой. Усмехнувшись, мужчина подошел к кровати и сел рядом со мной, разметив руку на моей ноге. Быстро убрав ногу я хотела встать, но он достал из кармана мой телефон и протянул мне. Подозрительно взглянув на Андре, я всё же забрала гаджет и сразу же включила его. — Зря ты так, — начал он. — Я не знаю, о чем ты думаешь, но явно не о самой себе. Даже не смотря на то, кто стоит на его пути, мистер Лодж всё равно убирает мешающих ему людей. Я тебе говорю это потому, что ты не имеешь ни малейшего понятия, что он может с тобой сделать, — впервые голос мужчины был искренним, но даже это меня не остановит. — Нет, Андре, это он не имеет ни малейшего понятия, что с ним сделают Змеи, а я, как ты помнишь, тоже с ними, — я фыркнула, после быстро встала на ноги и посмотрела на дисплей разблокированного телефона. — А почему тут связи нет? Раньше же... — Это я вытащил твою сим-карту, — с этими словами он направился в гостиную. «Ну уж нет, так просто ты не уйдешь.» Я быстро пошла за ним, чтобы высказать свои возражения по этому поводу. Подойдя к двери, я подумала, что он сейчас уйдет, но вместо этого на меня налетела взволнованная Мора. — Господи, ты цела! Почему ты не звонила?! Ты не представляешь как я ждала твоего звонка, а когда начали говорить, что абонент вообще вне зоны действия — я запаниковала! Я уж было подумала что ты струсила и сбежала! — девушка крепко обняла меня, громко говоря всё это на ухо, а мне почему-то захотелось смеяться. Обняв Гринт в ответ, мы простояли так около минуты, после я вспомнила про то, что не могу никак связаться с ребятами и можно попытаться сделать это через Морган. — Нет, что ты такое говоришь, Морган?! Как я могла сбежать? Я ведь так долго шла к этому! — мы собрались идти в комнату, но Андре остановил нас и попросил оставь Мору мобильный телефон на столе. Девушка ничего не поняла, но быстро вытащила гаджет из кармана, положила на стол и вошла за мной в комнату. — Сука, — не выдержала я. — Продуманная тварь! И что мне теперь делать?! — в голове вновь пусто. Ни единой мысли о том, как можно предупредить ребят. — Джулс, что с тобой? — крайне обеспокоенная девушка подошла ко мне, пытаясь взглянуть на меня, но я так отчаялась, что опустила голову и разглядывала свои ноги. — Разве так всё должно было получится?! Разве так я должна была начать отношения со Свит Пи?! С пропажи?! О да, каждый парень мечтает об этом! — мне было трудно держать всё в себе, было даже плевать на находящегося за дверью "охранника". — Я немного не услышала, вернее не разобрала, но вы теперь вместе?! — кажется, русоволосая радовалась этому больше меня, но сейчас мне было точно не до веселья. Мои друзья и парень в опасности, а я никак не могу им помочь! — Да, вместе, но сейчас это... — Почему я хочу написать что-то такое, что могло бы поднять тебе настроение? — поинтересовалась девушка у самой себя, а меня осенило. Надо мной будто та самая лампочка засияла, как в мультиках, да так ярко, что во взгляде появилась искра надежды. «Морган, ты гений!» — подумала я и схватила девушку за руку. — Ох, думаю стоит тебе всё рассказать, так что садись и внимательно слушай, — приказала я, а сама пошла искать в полках листочек и карандаш. Говорила я одно, но делала совсем другое. Да, Мора ничего не понимала, но и спрашивать, что я делаю, она тоже не планировала. Когда задуманное мной было найдено я принялась быстро писать следующие строки: "Мора, мне срочна нужна твоя помощь! Мой отец приставил ко мне Андре, чтобы я ничего не смогла сделать, но ты — это моя последняя надежда! В общем, тебе нужно позвонить на номера, которые я напишу в конце и сказать, что я попросила передать, что это мой отец виноват в хаосе и разрухе Ривердейла Упырями. Еще скажи, что он им заплатил, и что они все в большой опасности! Прошу, сделай это как можно быстрее!" Далее я написала номера Тони, Вероники и Шерил. Номер Свит Пи, хоть убей, я не помнила, но, думаю, хоть до кого-нибудь девушка должна была дозвониться. Передав листок Гринт, я лишь наблюдала за ее реакцией, которая долго ждать себя не заставила. Сразу широко распахнутые глаза от удивления, а потом согласный кивок. —... ну, вот такая вот история. — По вашим отношениям можно было бы написать серию романов и назвать их "Бунтарка или Как Юля за судьбу боролась", — мы обе громко рассмеялись, после чего она сказала, что ей якобы нужно идти готовится к конкурсу и, подмигнув мне, ушла. Если у Моры всё получится, я буду перед ней в пожизненном долгу, так как это очень важно. Важно не только для меня, но ещё и для всего Ривердейла. Девушка, возможно, даже не осознает то, что от неё зависит судьба целого города. От этой мысли по моему телу начинали бегать мурашки, трястись руки и подкашиваться ноги. «Нет, она справится!» —отрезала я, подойдя к шкафу. Чувства были смешанные, наверное поэтому выворачивали наизнанку и меня. Так тревожно мне ещё не было ни разу в жизни, но мне и самой не помешало бы подготовится к этому несчастному конкурсу, чтобы не вызывать подозрений, хотя идти на него вовсе не было желания. Хотелось быстро убежать отсюда на вокзал, взять билет и уехать обратно домой, чтобы попытаться помочь остальным, но единственное, что я сейчас могу — это ждать, пока Морган даст знать о том, что всё сделала и сделала правильно. Нужно просто набраться терпения, которым меня явно обделили.

Женщина ждет — такова судьба. Но порою ждать куда тяжелее, чем действовать...