Ты мой

       Сегодня был тот самый день, которого, наверное, ждала вся группа больше чем любой другой. Сегодня у группы был юбилей, а точнее у пары Марксон, которая в этот прекрасный и солнечный день отмечала год с начала их отношений. Ребята красочно украсили их общагу, накрыли богатый стол и закупились пленками для полароида. Сегодня был чуть ли не национальный праздник для семерых парней. И причина тому была, и весьма-весьма весомая.        Бэмбэм и Югем нарядили всю квартиру в красные тона, надули шарики в форме сердечек, повесили поздравительную большую открытку на стенку и украсили комнату ребят всевозможными красочными атрибутами для влюбленных. Квартира кричала, что сегодня у них тут праздник сопоставимый чуть ли ни с Рождеством и Новым Годом вместе взятыми. Было красиво, мило, а самое главное так, как нравилось Джексону: много шариков, много сердечек, много гирлянд, много всего-всего. Марк в этом плане был нейтрален, а потому ничего дополнительного ко всем украшениям им готовить не пришлось, в отличие от Ендже и Чжинёна, которые орудовали на кухне. Парочка выпекала торт, готовила закуски, горячее и конечно же, рамен без которого не обходился ни один их праздник. Что американец, что китаец – оба просто обожали лапшу быстрого приготовления, вечно восхищаясь вкусом корейской лапши. И если Джексон не ел только острое, то рацион Марка можно было сравнить с рационом питания индийской принцессы. Из списка продуктов, которые он не любил, можно было собрать туалетную бумагу. Ко многим блюдам, Марк, будучи воспитанным в западной культуре, относился холодно, иногда даже брезгливо. Ребята понимающе кивали, когда Марк от ужаса высоким голосом вскрикнул, увидев как живого осьминога поедает Ендже. Вокалист тогда подавился, а ребята подскакивали от неожиданности. Туан покраснел и стыдливо объяснил, что такая картина представляется его взору впервые, ибо в морские рестораны он захаживал только по праздникам с родителями, а потому больших познаний в азиатской, да и в морской кухне, он не знал. Вообще, старшему было слегка стыдно. Его китайский был далек от идеала, хотя он являлся чистокровным тайванцем, но родным языком он владел крайне неуклюже. Живя среди американцев, он считал себя американцем, и в молодую голову не забегала мысль, что надо бы лучше знать свой родной язык. Сейчас же, находясь в Корее, и иногда пересекаясь с китайцами, он не мог свободно с ними общаться на любые темы. Хотя надо признать, что благодаря Джексону его мандарин улучшился, и владение родным языком больше не было огромной, стыдливой проблемой для него.        Джейби был занят тем, что сославшись на роль лидера и самого старшего в их квартете, убежал покупать подарок, оставив на младших все домашние дела. Придя домой он застал уже украшенную квартиру и забитый едой стол, и валяющихся на диване четырёх парней. С криком и шумом четыре пары глаз с ненавистью уставились на него, а после из уст посыпались бранные слова о том, где он был битый час и что он купил. В итоге, подарок ребятам понравился, благо, что Чжебом решил заплатить за подарок сам, ибо младшие придушили бы его еще за то, что он требует с них денег, когда ничего путного так и не удостоился сделать. Одним словом, в доме было соблюдено всё, чтобы обрадовать парочку, которая вот-вот должна была появится на их пороге после съемок для модного журнала.        Послышались шаги в коридоре. Ребята подскакивали с дивана, прихватывая каждый по хлопушке, и подбежали к выходу. Два щелчка ключом, и ребята приготовились дернуть за нитку. Ручка двери быстро опустилась и в квартиру вошел Джексон. Громкий звук хлопушек послышался спереди, слегка пугая Марксонов, но вызывая счастливые улыбки у парней.        - Сюрприз! Сени чука хамнида! Сени чука хамнида! Поздравляем вас с годовщиной! Сени чука хамнида! – весело кричали парни, излюбленную ими песенку.        - Ребята! – завизжал Ван, крепко обнимая каждого из парней и даря им смачные поцелуи. Парни тут же отступили, фыркая от столь буйной благодарности друга. Зато Туан широко улыбнувшись, поклонился и поблагодарил ребят, не стремясь повторить ритуал за своим парнем, чему все были только рады.        - Спасибо вам, я думал у вас у всех работа на сегодня, - произнес Марк, благодарно принимая бокал с шампанским, когда они прошли в гостиную, где их ждал ещё один сюрприз в виде праздничного стола с огромным тортом в форме сердечка.        - Мы все придумали и менеджеру сказали об этом, - произнес Чжинен, получая из рук Бэмбэма свой бокал.        - Мы весь день готовились, чтобы встретить вас, - вставил Ендже, на его лице все еще была мука, о которой никто так и не удосужился сказать ему, решив подшутить. Ведь смешно будет, когда высокий и громкий голос вокалиста будет на всю квартиру кричать перед зеркалом в ванной. Компания уселась за стол и долго сидела, рассказывая всякие истории, или просто о чем-то болтая, иногда о серьезном, иногда нет. Ребята весело проводили время, пока не пришло время закругляться, ведь они и так весь день не работали, а завтра рано вставать, чтобы выполнить то, что сегодня было отложено. И как лидер, Чжебом решил сам закончить данное застолье.        - Но самое главное в этот день, - начал Джейби, доставая красочный небольшой пакетик, спрятанный в его кармане, - это наш вам подарок, - у Джексона загорелись глаза от этих слов. Ему всегда нравилось получать и дарить подарки, а получая что-либо от близких друзей – самое ценное, что было в его жизни.        - Спасибо, я надеюсь, там будет кулон с моей фоткой, да? – смеясь принял подарок Ван, стремительным движением чуть ли не вырывая несчастный пакетик.        - Джексон, - закатил глаза Туан. Хотя он был бы не против получить таковой кулон.        - А что? Тебе же лучше будет, если нам подарят цепочку с моей фоткой, - искренне удивляясь, спросил китаец, но после шутливо добавил, - Будешь скучать по мне и смотреть на фотку, - во все тридцать два улыбался Ван, вызвав усмешку у старшего. Друзья лишь выдохнули, понимая насколько они хорошо подходят друг другу. Только Джексон мог вызвать такие чувства у Туана. Только он мог заставить того в голос смеяться, чуть ли не впадая в истерику. Само присутствие Вана гарантировало, что американец будет в хорошем настроение и будет веселиться со всеми остальными. Как давно ребята заметили это? После дебюта? Перед промоушеном “Stop Stop It”? Или еще до дебюта? Наверное, только Чжинён знал точно, когда же Марк влюбился в вечный энерджайзер их группы.        - Вау! Вы купили нам парные кольца! – тут же одевая тонкое колечко на палец Марка, воскликнул Ван. Его безымянный палец уже был окольцован и теперь он держал их левые руки вместе, показывая подарок всем.        - Мы долго ждали, когда же это произойдет, - произнес Бэм, вылезая изо стола.        - Ага! Я свой день рождения меньше ждал, чем ваш юбилей, - согласился с ним макнэ, также вставая. Им двоим завтра надо было раньше всех вставать на съемки рекламы.        - Почему? – удивленно спросил Джексон.        - Как почему!? – воскликнули младшие нависнув над Ваном грозовой тучей. На лице Джексона появилась глупая улыбка, а глаза так и кричали от испуга. Кроме его парня, все остальные с каким-то жутким блеском в глазах пялились на него, словно встретили призрака.        - Парни… - промямлил Ван, стараясь разрядить обстановку.        - Ты издеваешься или как? – воскликнул Бэм, тут же усевшись обратно за стол. – Ты хоть знаешь сколько времени мы убили на то, чтобы ты заметил хёна?        - Не понял… - искренне пролепетал Ван и посмотрел на единственного человека, который мог ему хоть что-то объяснить в данной ситуации. – Чжинён, не мог бы ты перевести, что сказал Бэм, - актёр прикрыл глаза и глубоко выдохнул, собирая все свои воспоминания и мысли в единое целое, после чего изрек.        - Бэмбэм имел ввиду, что до тебя очень долго доходило то, что Марк-хён в тебя влюблён, - Ван приоткрыл рот, но не успел и слова вставить, прежде чем щеночек Пак продолжил. – Для примера, я понял, что хён к тебе не ровно дышит за несколько месяцев до дебюта, - в этот раз рот Джексона без остановки проследовал свой путь до пола. Пак продолжил, не обратив на него внимания, – Чжебом догадался во время нашего дебюта, а ребята уже догадались во время нашего первого камбека, то есть где-то в 2015 году. Сейчас 2017, ты признался в своих чувствах в конце 2016, - говорил Чжинён так словно исторические даты перечислял. - А это означает, что наш старший хён сохнет по тебе как минимум на полтора года раньше, чем ты признался ему. И в итоге получается, что Марк-хён полюбил тебя гораздо раньше, чем ты его… Как же это смущающее, - подытожил свой монолог Пак и встал изо стола, даже не думая слушать отговорки Вана.        - Вот именно, хён! – воскликнул Бэмбэм. – Ты хоть знаешь как долго мы ждали, когда ты наконец-то поймешь и примешь чувства Марка, - таец закатил глаза и тоже вышел изо стола. Пораженный Джексон сидел и молча глотал воздух. Все уже разошлись по комнатам, когда на его плечо легла горячая ладонь Туана.        - Пошли в комнату, - произнес ласково старший и прошёл вперед, сексуально виляя бедрами. Дважды повторять не пришлось. Все мысли тут же вылетели из головы Вана, и он быстрыми шагами дошел до их комнаты и на ключ закрыл дверь.        Их комната также была вся украшена в шариках и гирляндах. Всё в красном, как любил Марк. Туан стоял спиной к двери, а потому не сильно удивился, когда мускулистые руки обвили его талию и прижали к накаченному торсу живота.        - Эти детишки хорошо постарались, - улыбаясь произнес старший, читая надписи на гирляндах и шариках с пожеланиями долгой и крепкой любви.        - Да, вот только они совсем не подумали, что именно нам придется разгребать всё это завтра утром, - проныл китаец, но крепче прижимал к себе любимого и положил голову ему на плечо, благо что старший был выше него. – Хорошо, что у нас выходной завтра, - шепотом произнес в самое ухо Ван, вызвав волну мурашек, прошедшей по телу у американца.        - Не хочу ничего выбрасывать, - меланхолично ответил Марк, запрокидывая свою голову назад и встречаясь с губами китайца. – Пусть постоит так. Мне очень нравится…        - Всё, что пожелаешь, - ухмыльнулся Джексон. Было приятно просто так стоять посередине всего этого праздника и обнимать любимого человека. Время шло, но им казалось, что оно остановилось для них двоих. Они так бы и стояли, если бы телефон Марка не завибрировал в его кармане, предупреждая о новом сообщении. Не хотя, но Туан достал свой айфон и открыл письмо. После прочтения, его лицо тронула милая улыбка, заинтересовавшая Вана.        - Кто пишет? – нотки ревности прозвучали в его голосе. Марк улыбнулся. Ему нравилось слышать этот тон, на грани злости, права собственника и некой нежности.        - Директор Пак Джинён пишет, что рад за меня, - растягивая слова, произнес Марк.        - Почему только за тебя? – засмеялся Джексон и приподнял американца в воздух и тут же опустил обратно на пол.        - Говорит, что я добился своего, несмотря на то, что ты слеп как крот, - усмехнулся Туан, и отстранился от любимого, тут же обернувшись к нему лицом. – Даже он заметил мою влюбленность раньше тебя, - надул губы американец. – Мне даже немного обидно за себя. Я полюбил тебя так давно, а ты лишь недавно признался в своих чувствах. Так нечестно, - его щеки надулись, и он сейчас выглядел еще моложе своих лет, заставив Джексона улыбнуться. Но его яркая улыбка тут же превратилась в оскал, и грубо схватив парня за талию, он толкнул его на кровать, нависая над ним.        - Я и вправду слеп, раз столько времени не замечал того, что ты подарил мне свое сердце, но кто сказал, что ты полюбил раньше? – в глазах Вана Марк больше не видел искр смешинок, его парень был предельно серьезен и честен.        - Как? – одними губами спросил Туан, чувствуя как сильная ладонь проникла под его футболку и несильно сжала бока.        - Это будет моим маленьким подарком тебе в честь нашего юбилея, - легкими прикосновениями Джексон целовал ушко старшего, спускаясь к шее. – Я ведь говорил, что работал в американском ресторане до приезда в Корею?        - Да, Кайе… - выдохнул резко старший, ощутив как грубо впился в шею возлюбленный. Точно будет засос. Джейби убьёт их.        - Однажды к нам заглянул высокий симпатичный парень, который попросил заказ у меня на мандарине/китайском. Я был так удивлен не только внешностью этого парня, но и тем как он себя преподнес, - хрипел возбуждённым голосом Джексон, снимая ненужную одежду со старшего. – То как тот парень так радостно общался со своими друзьями, или то, что он стал невероятно великолепен как только остался в полном одиночестве и кетчупом вырисовывал причудливые узоры на своей тарелке, - хрипел низким голосом Ван, вспоминая прошлое, и попутно прильнул к напряжённым соскам Туана, облизывая поочередно и негрубо кусая и играясь с ними. - Я ведь даже поговорил с этим парнем, и он сказал, что уезжает в Корею, чтобы стать айдолом.        - Боже… - выдохнул Марк, припоминая, что в его жизни было место присутствовать такой ситуации. Он был так сильно опечален отъездом, что не обращал внимания ни на кого, и когда его спросили, почему он так печален, то сболтнул первому попавшемуся человеку о своих планах. – Это был ты… - простонал американец, чувствуя как на бугорок в его штанах опустилась ладонь младшего.        - В то лето я решил, что обязательно стану айдолом, ведь моя первая любовь выбрала такой путь, - Ван улыбнулся, дернув молнию на брюках вниз и пролезая рукой под трусы старшего. – Поэтому знай, что я влюбился в тебя за много лет вперед, Йен…        - Боже, - вновь и вновь повторял Туан, на его глазах появились слезы. Он смотрел на лицо своего парня, и словно видел его впервые. Столько лет Джексон хранил свои чувства к нему, никак не показывая ему что-либо. Марк-то думал и всегда жалел себя, ведь он так сильно хотел быть с Ваном, но тот словно был с ним, но и со всеми другими. Ревность запеленала его глаза так, что иногда идеальная маска Туана ломалась вдребезги и вся его злость выливалась на лицо и пугала других. Как часто он ненавидел Вана за то, что тот добр и мил со всеми, а не только с ним. Как часто он проклинал то, что китаец слепой и тупой, и не видит, что его счастье прямо перед ним, стоит лишь руку протянуть. Сколько злости от бессилия скопилось в Туане, прежде чем он решил, что надо разъехаться либо он не выдержит и поссорится с «другом» окончательно. Как глуп Марк был, думая, что именно он пострадавшая сторона, которая так долго вожделела китайского айдола, но не зная истину. А ведь она была проста – Кайе любил его давно, его одного и лишь жил рядом, радуясь меньшему, что могла дать ему судьба. Иногда философская сторона Вана бесила Марка до белой горячки. Ну, вот зачем так долго мучиться и просто находиться рядом, когда можно любить и быть вместе? Конечно же, мудрец Джексон решил, что дружба будет вполне достаточной вещью в их отношениях, нежели честно признаться и дождаться ответа. Но сейчас, спустя год, после того, как Ван наконец-то, признался ему в своих чувствах, они вместе и они счастливы. И теперь, они равны в своих чувствах. Они оба так долго любили, и так долго шли к этому: познакомившись в компании, попав в одну группу, став друзьями, очень близкими друг другу людьми, и наконец-то, возлюбленными. И пусть Джейби и Югем признаются друг другу в бессмертной любви, но Марк обязательно сделает все возможное, чтобы эти кольца стали не просто формальным символом их любви, но и самым официальным. Теперь он первый сделает шаг вперед. Он не будет ждать, когда Джексон решится сделать свой ход. Марк слишком долго ждал, и лишь благодаря признанию Вана они вместе. Теперь же его черед пробивать дорогу к совместному будущему.        - Я… - левая ладонь Джексона негрубо схватила его за подбородок и держала, не давая шанса дернуться в сторону, когда другая обхватила мужское начало американца в кулак, сжимая до громкого стона, - впервые… - Ван быстрыми, животными рывками стал водить кулаком вверх вниз, выбивая глухие стоны Марка, заставляя его метаться на кровати, до крови закусив губу, - так сильно… - губы младшего остановились в паре миллиметров от губ Туана. Джекс ощутил горячее дыхание своего возлюбленного, срывающееся на протяжные стоны и всхлипы, - полюбил… - влажные губы накрыли губы Туана, увлекая последнего в глубокий, полный страсти поцелуй.        - Ты мой идиот, Кайе… - воскликнул Йен, кончая в кулак младшего и смачно целуя его в ответ. – Мой…мой… - хрипел старший, вздрагивая от быстрой разрядки, которую так любезно подарил ему Джексон. – Мой…