У богатых свои проблемы - 2

- Слушай, Рури, ты не думаешь, что нужно что-то делать? – спросил мужчина, сплетая пальцы в замок перед собой и задумчиво глядя на женщину. - Что ты хочешь предложить, Какаши? – женщина сидела в кресле и с интересом смотрела на собеседника. - Пока не знаю, но ситуация начинает терять контроль, - мужчина был напряжен, что было видно невооруженным глазом. Все мускулы под его рубашкой были натянуты и сжаты. Красивое моложавое лицо испещрилось морщинками задумчивости и переживаний. Отец не раз упоминал, что Хатаке очень серьезно воспринимает все проблемы организации. - Наш новый финансовый аналитик уже занимается этим вопросом, Какаши, - она придала голосу тон спокойствия, надеясь, что это сработает. – Думаю, мы увидим результаты уже в ближайшее время. Какаши всю беседу наблюдал за женщиной. Несмотря на то, что она пыталась его успокоить, он видел, что сама она какая-то непривычно нервная и дерганная. Хатаке не раз выпадала возможность наблюдать, как она отчитывает кого-то из сотрудников, пребывая в праведном гневе, но нынешнее ее состояние было для него в диковинку. Рури выглядела уставшей и какой-то разбитой, точно не спала несколько ночей. И Хатаке даже не догадывался, насколько был прав. - Рури, у тебя все хорошо? – беспокойство в его голосе было неподдельным. Они были знакомы не один год и общались достаточно часто, чтобы считаться чем-то чуть большим, чем просто коллегами. Брюнетка подняла на него взгляд. Какаши всегда казался ей красивым, и она искренне не понимала, почему у него нет жены или хотя бы девушки. Но сейчас его удивительно красивое лицо было искажено беспокойством, хоть это и придавало ему какой-то особой милости. - Да, все хорошо. Просто сплю плохо без мужа, - эта отговорка ей очень нравилась. А главное, она была очень правдива. Спала она плохо, да и мужа в стране не наблюдалось. И какая разница, что не спит она вовсе по другой причине. Эта обманка работала со всеми, в том числе и с ней самой. - Когда возвращается Мадара? – участливо спросил Хатаке. Рури кинула беглый взгляд на календарь и ответила: - Завтра к вечеру. - Не хочешь вместе пообедать? - В принципе… Согласиться ей не дали. Дверь в кабинет распахнулась с грохотом. Рури слышала возмущения своей помощницы из коридора. В помещение решительным и уверенным шагом вошел Учиха. Рури поднялась со стула и непонимающе посмотрела на мужа. Она не понимала, почему он здесь, если билеты забронированы на следующий день. Мадара молча подошел к столу, ногой откинул ее стул, схватил жену под колени и, закинув на плечо, направился к выходу. Рури бросила на Какаши взгляд полный мольбы о прощении и спасении. - Мадара! – наконец возмущенно выдала девушка, когда они оказались в лифте. Сотрудники корпорации странно на них поглядывали. Но мужчине было все равно. Он лишь крепче обхватил жену рукой. - Хватит на сегодня работы! – бодро и четко проговорил он. – На остаток дня ты – моя! Он заливисто рассмеялся, что вызвало у Рури улыбку до ушей. Она чувствовала, что все вот-вот вернется на круги своя. Последние несколько дней Рури пребывала в праведном гневе. Ей казалось, что Итачи начал ее преследовать. Иначе такую длинную череду совпадений она объяснить не могла. Сначала она встретила его в спортзале, который посещала уже год. По странному стечению обстоятельств он появлялся там в те же дни и в то же время, что и девушка. А еще неотрывно наблюдал за всем, что она делает. И Рури это раздражало. Во-первых, это сбивало с настроя на тренировку. Ну, неловко ей было жать штангу от груди, когда в нескольких метрах от нее сидит кто-то, кто прожигает ее глазами. А во-вторых, этот конченный козел (а Рури теперь только так его и называла) приходил в зал в провокационно обтягивающей майке, которая, пропитавшись потом, слишком четко очерчивала аппетитные мышцы. Рури чувствовала себя школьником-девственником, подглядывающим за одноклассницами в женской раздевалке. И ей было за это стыдно. Но черт с ним, с залом. Итачи посещал те же рестораны, что и она. Постоянно мелькал в здании корпорации отца, хотя, казалось бы, что он там мог забыть, если всю порученную работу уже давно сделал? Рури даже умудрялась встретить его на улице. Учиха даже начала думать, что у нее развилась мания преследования. Город такой большой, но среди нескольких миллионов людей, единственный, кого она встречает постоянно, это он. Тот, от которого руки пробивает дрожь от гнева, а сердце сжимается и рвется наружу. И эти его бесконечные долгие, томные, прожигающие и обжигающие взгляды. Его черные глаза не давали возможности определить, что он хочет сказать этими красноречивыми невербальными посылами. И это бесило. Отдушиной была работа, которой навалилось крайне много. А еще муж, который много ворчал по вечерам, потому что и у него работы прибавилось. Этим он только подливал масла в огонь негодования жены. Рури просто хотела вернуться в то время, когда они только-только поженились и сразу же укатили подальше от всех, чтобы придаваться сладкому гедонизму. Но нет, Мадара изо дня в день возился с какими-то бумагами, встречался с людьми и постоянно злился. Но это не мешало Рури успокаиваться в его объятиях. А еще отвлекала болтовня с Какаши в перерывах, если им удавалось вместе пообедать. Рури никогда бы не подумала, что именно Хатаке будет отвлекать ее от мыслей о «конченном козле». Но с пепельноволосым было на удивление легко. Они много болтали о работе, даже немного сплетничали, и без конца обсуждали литературу. Вкус у Какаши был довольно специфичный. Все книги, что он советовал девушке, носили интимный или околоэротический характер. Рури не была ханжой, но такие рекомендации немного ее смущали, хотя отказать себе в удовольствии от прочтения такой литературы она не могла. Учихе иногда думалось, что Хатаке так сублимирует. Мол, раз у него нет женщины, вот и зачитывается извращенскими книжками. Но все эти книги были написаны языком столь искусным и изящным, что Рури сразу же отвергала версию «недотраха». После очередного обеда с коллегой, Учиха и Хатаке поднялись на их этаж. Девушка смеялась над какой-то нелепой шуткой мужчины. Тот неловко почесывал затылок. Они разошлись. Рури открыла дверь в кабинет и остановилась в дверях. Ее ждали. Черные волосы. Темно-синяя рубашка обтягивала плечи и спину. Догадаться было несложно. Брюнетка закрыла дверь и спокойно процокала на каблуках до своего рабочего места. Она мягко опустилась на стул и выжидающе посмотрела на гостя. Их взгляды встретились, и Рури пронзила дрожь. Казалось, что ее парализовало. «Да как ему, блядь, удается каждый раз делать это со мной?», - внутри Рури кипела от злости на саму себя. - Чем обязана визиту? – все же спросила девушка, натягивая на лицо слащавую улыбку. На иную она была не способна. Итачи почувствовал яд в ее голосе и усмехнулся. - Я решил, что мы давно не виделись. - Разве? – Рури дернула бровью и посмотрела на наручные часы. – Кажется, мы виделись пять часов назад в спортзале, - иронично подметила девушка. - Ты знаешь, что я имею в виду. - Нет, не знаю, - Рури сложила руки на животе и посмотрела на него взглядом, полным скепсиса и вызова. - Хочешь на что-то меня спровоцировать? – спокойно спрашивал мужчина. - А на что я могу тебя спровоцировать? – это становилось интересно. Рури не контролировала, что несет, а сил остановиться не нашлось. - На то, что может тебе понравиться, - он едко и самоуверенно улыбался. Это раздражало. - Зачем ты пришел? – наконец спросила Учиха серьезно. - Узнать, как у тебя дела, – он удобнее устроился в кресле, явно намекая, что пришел не за ответом на этот вопрос. - У меня все прекрасно. Что-то еще? Рури хотела поскорее от него избавиться. Дело было даже не в том, что его присутствие и поведение раздражали. А в том, что рядом с ним она забывала обо всем на свете. Она хотела забыть о том, что когда-то вышла замуж, что у нее есть работа и ответственность. Ее тело порывалось просто броситься в его руки. А после этого можно было бы даже перестать существовать. Если бы был такой способ самоубийства как «утонуть в объятиях Итачи», Рури непременно им бы воспользовалась сию же секунду. И мысли об этом пугали девушку до усрачки. - Неужели я так тебя раздражаю? – казалось, обида промелькнула в этой фразе. Рури непонимающе посмотрела на мужчину, часто моргая. – Ты избегаешь общения со мной, несмотря на то, что я несколько раз тебе звонил и писал. Что я такого тебе сделал? – Учиха ощутила себя как в первые дни их знакомства. Она не понимала, говорит он серьезно или нет. - Итачи, - произнесла она и замолчала. Она не успела придумать, что скажет дальше. Говорить правду или снова увести все в сторону полу агрессивного сарказма? – У нас с тобой были странные взаимоотношения. И неужели ты думаешь, что после того, как мы ни разу нормально не общались за три года, я неожиданно брошусь к тебе в объятия и буду относиться как к родному брату? – Рури устало потерла пальцами переносицу. - Племяннику, - поправил он, усмехаясь. Рури захотелось ударить его. - Что ты хочешь от меня? – она спрятала лицо в ладонях и откинулась в кресле. - Ничего, - звучало как настоящее женское «ничего», которое точно означает «что-то». Рури слышала, как он поднялся с кресла. На стол упала папка. Она оторвала руки от лица и посмотрела. На столе действительно лежала папка. Итачи уже стоял в дверях. - Я говорил, что попробую помочь. Там результаты моих поисков, – говорил он, обернувшись к ней через плечо. – Думаю, ты будешь очень поражена. Если захочешь поговорить, у тебя есть мой номер. Твой отец еще не в курсе. И он ушел, закрывая за собой дверь. Рури несколько минут смотрела на темное дерево, за которым он скрылся, стараясь осознать, что значил весь их разговор. Ни одна здравая мысль в голову не пришла. Учиха устало выдохнула и вернулась к работе, решив, что содержимое папки она изучит позже, желательно, в компании с Нарой, Хатаке и возможно даже виски.