Малыш Джагги

–Элизабет Купер, прекрати вести себя, как грязная шлюха! Что скажут люди, когда узнают, что ты делаешь? О господи, у этой женщины что, традиция закатывать истерики и скандалы каждый день по поводу и без него? – И что же именно я делаю? – скептически вскинула бровь девушка, пытаясь подобрать причину из ряда её оплошностей. На вид она была спокойнее удава, но за спиной уже сжимала кулаки до побеления костяшек. –Она ещё спрашивает! – возмутилась Элис, вскинув руки. – То есть по твоему нормально приходить домой позже полуночи, а потом, будто ничего не было, запираться в комнате?! – Абсолютно,– выплюнула Бетти. Чаша её терпения переполнена, и теперь эмоции потоком обрушатся на мать. – Не думаешь, что я должна хоть иногда отдыхать от таких людей, как ты? – почти прошипела девушка, понимая, что наговорила лишнего только тогда, когда ноздри Элис стали угрожающе раздуваться. Секунда. Воздух готов взорваться от напряжения. Секунда. Глаза Элис сужаются, выдавая её ярость. Секунда. Ладонь женщины поднимается в воздух, на мгновение замирая. Секунда. Бетти чувствует на щеке жгучую боль, от которой в уголках глаз скапливаются слёзы. Элис развернулась на пятках и почти вылетела из комнаты, оглушительно хлопая дверью. Бетти касается щёки подушечками пальцев, лишь усиливая жжение. Девушка сжала кулаки, впиваясь ногтями в мягкую кожу ладоней и открывая недавно зажившие ранки в виде полумесяцев. Бетти повернулась к стене, с минуту рассматривая плавные полоски волн на нежно-розовых обоях. Внезапно на неё обрушилась волна ярости. Грязная шлюха. Кулачок девушки врезается в твердую повернхность, заставляя кожу ссаднить. Что скажут люди? Второй кулак врезается рядом с приглашённым ударом. Жгучая боль от ладони матери... Бетти уже не пытается сдерживать себя, молотя стену, будто она была виновницей всех её проблем. Когда вспышка ярости стихла, ссадины и сбитые костяшки сразу дали о себе знать. Судорожно пытаясь восстановить сбитое дыхание, девушка прислонилась лбом ко стене, замечая на обоях заметные красные следы. Опустив взгляд на ладони, она поняла, что не была такой идеальной, какой её хотела бы видеть мать. Глубоко вздохнув, девушка решила поговорить с матерью. Тихо спустившись по лестнице, она заметила мать, которая смотрела телевизор с ничего не выражающим лицом. –Мам? – тихо начала Бетти, не решаясь подойти ближе. – Мы можем... Поговорить? – Элизабет, раз ты считаешь себя больно взрослой и слишком самостоятельной, тебе пора съехать хотя бы на месяц. Видимо, только так ты поймешь, как важна моя забота – с бесстрастным выражением лица отчеканила мать, выделяя последнее слово. Что?! Серьезно? Из-за неверных слов родная мать выгоняет её из дома? Ну да, конечно, самое то. В уголках глаз девушки скапливались слёзы, но Бетти быстро натянула на лицо ухмылку самой-хорошей-в-мире-дочери и, сморгнув соленые слезинки, чуть наклонила голову вбок. Однако от Элис нельзя скрыть ничего. –К счастью, я уже нашла для тебя работу, – смягчилась женщина. Бетти восхищенно вскинула брови. За это время мать уже нашла ей работу, а сама девушка могла бы максимум найти второй носок. – Ты можешь быть няней. –Няней? – с губ Бетти слетел восхищенный вздох. Она до безумия обожала эти счастливые улыбки и заразительный хохот, хлопоты по мелочи, как наклеить пластырь на разбитую коленку... О да, девушка определённо была только за. Но где ей жить? – С жильем тоже проблем не будет. Ты будешь жить в одной из комнат дома, в котором будешь работать, – сказала всевидящая Элис, закатывая глаза, будто сейчас объясняла самую очевидную вещь в жизни. Сейчас Бетти испытывала странный спектр эмоций. Обида. Родная, до этого любящая (возможно) мать выгоняет девушку из дома за лишнюю фразу. Но, как не странно, лёгкость. Да, лёгкость с привкусом свободы, которая до этого была еле видна лишь на линии горизонта. Бетти развернулась, буркнув, что она ушла собирать вещи. Элис, вернувшись к дивану, глубоко вдохнула и прикрыла глаза. Как бы не считала её дочь, это было правильным решением.

~спустя несколько часов~

Девушку потряхивало в машине такси. Музыка била по барабанным перепонкам, но блондинка не спешила её заглушать, и лишь покачивала головой в такт мелодии. Закусив губу, она прикрыла глаза. Совсем скоро начнётся новая жизнь. И неважно, что для этого пришлось переступить через себя и мать, постоянно пытавшуюся отгородить её от всего. Целый месяц она проведёт без нескончаемой навязчивой опеки. Неужели... Машина остановилась около невысокого бордюра. Расплатившись, девушка вышла и хлопнула дверью, услышав при этом ворчание шофера про «отломанные дверцы новой тачки». Закатив глаза, она вежливо извинилась, забрала багаж и поспешила убраться от машины. Взору блондинки предстал ряд богато украшенных особняков с резными стенами и вкрапинами белоснежного мрамора. Огромные ворота напротив дома рядом с ней были широко открыты. Там же, облокотившись на колонну, стоял высокий мужчина. Он нетерпеливо взглянул на часы перед тем, как поднять взгляд на Бетти. Он жестом поманил её за собой. – Элизабет Купер, верно? – девушка кивнула, заправляя за ухо выпавшую прядь светлых волос. – Почему вы так долго? –Оу, эм, простите...– пробубнила блондинка, виновато опуская взгляд. – Там была пробка...– начала она, но её нетерпеливо прервали: –Не суть. Пройдемте, я познакомлю вас с моей ассистенткой, она вам все покажет. – мужчина развернулся и пошёл в сторону двери. Бетти покорно следовала за ним. Когда девушка перешла порог, её кожа покрылась мурашками. Неприятный холод проскальзывал сквозь нее, оставляя неприятный осадок. Она поежилась. Серые стены давили на неё со всех сторон. Портреты, висевшие в коридоре, холодно и злобно смотрели на девушку. Желание оставаться тут на целый месяц как-то удивительно быстро отпало. Мужчина шел молча, и в длинном коридоре отдавались глухие шаги и стук невысоких танкеток туфель Бетти, пытавшейся запомнить дорогу. Пошла туда, повернула сюда, поднялась вон туда... Сложно. Очень. Ну его, все равно не запомнить. Вскоре мужчина привёл блондинку к белой двери. Она была приоткрытой. Мужчина прошёл внутрь, маня девушку за собой. За огромным столом посреди кабинета сидела девушка, что-то быстро набиравшая в ноутбуке. Её каштановые волосы были разбросаны по плечам, блекло-голубые глаза чуть прищурены, две первые пуговицы блузки расстегнуты. –Мистер Джонс? – она оторвала взгляд от монитора, приподнимаясь с кресла. –Дейзи, проведи Бетти в свою комнату и расскажи ей смысл её нахождения здесь...– мужчина не успел закончить, потому что в комнате раздался громкая мелодия рингтона. – Да, Дейзи, я скоро буду. Нет, я не опоздаю, – раздраженно отвечал он, закатывая глаза. – Все, мне пора. – он вышел из кабинета, на лету захлопывая дверь. Доброжелательная улыбка Дейзи тут же исчезла, а в глазах появился полный ненависти огонёк. –Слушай, эта работа досталась бы мне, если бы ты не объявилась так вовремя. – прорычала она, чеканя каждое слово. – Даже не пытайся постоять на моём пути, будет хуже. Бетти вскинула бровь, оглядывая Дейзи с головы до ног. Что она вообще несёт? Тут дверь открылась снова. Как же быстро изменилась в лице ассистентка, сияя обворожительной улыбкой. Мистер Джонс забежал за папкой и сразу выбежал, не проронив ни слова. Блондинка поспешила за ним. Не всем, знаете ли, приятно оставаться наедине с двуличными персонами с большими странностями. –Мистер Джонс, может вы покажете мне ребёнка? – робко спросила девушка, догоняя мужчину и касаясь его плеча. Он остановился, и, смутившись, почесал бороду. –Конечно, но тут есть небольшая загвоздка... – промычал он, отводя взгляд. – Джагхед, иди сюда! Дверь в комнату из соседнего коридора распахнулась, с грохотом ударившись о стену. –Джаг, сколько раз я просил тебя не делать так? Парень, вышедший в коридор, фыркнул. Так, стоп... Парень? Что за чертовщина? –-Знакомься, мой сын, Джагхед. Мне нужно, чтобы ты следила за его успеваемостью в школе и что он не потратит все деньги на алкоголь, бары и девушек. Удачи. – мужчина быстро ушёл по коридору, оставляя Бетти в ступоре. Что это было? Парень кинул на блондинку презрительный взгляд и прошёл мимо, толкая плечом. Девушка сжала губы в тонкую линию. От этого парня совсем не веяло ни теплотой, ни улыбками, ни чем-либо приятным вообще. Месяц будет тяжёлым...