Устрой дестрой, порядок это отстой

      Белый потолок, отражающийся в глазах немного зелёной и красной рябью вперемешку. Наверное, это из-за того, что Уолкер только что пришёл в себя.       — Наконец-то — С облегчением выдыхает голос Кая поблизости — ты очнулся — Он громко садится на рядом стоящий табурет, который встречает его зад с несчастным скрипом. Бедный табурет.       Уолкер с трудом садится на койку и тут же опускает голову, подхватывая её ладонями с неким шипением.       — Голова… — Скрипит парень по слогам и чуть поджимает колени.       Кай садится рядом и приобнимает друга*.       — Болит? — Обеспокоенный Кай задаёт вопрос.       — Нет… Кругом идёт — Уолкеру ничего не оставалось, как прыльнуть в объятия обожаемого.       — Ничего. Воды выпьешь и всё пройдёт — Смит крепко прижимает к себе рыжика, гладит по голове и целует макушку, зарываясь носом в пушистых волосах.       Джей чувствует, как головокружение постепенно спадает, вместе с тошнотой, которая проявилась буквально недавно. Руки Смита — это волшебство, а не просто части организма.       Также, подросток замечает, как начинают болеть некоторые участки его лица.       — Почему лицо так болит? — Спрашивает он у Кая. Хах, как будто он тебе ответит.       — Покажись — Мастер пламени нежно берёт одной рукой синего ниндзя за подбородок и осторожно поднимает его лицо к своему.       Рыжик плавно поддаётся ходу событий и, подняв лицо, смотрит в эти желтоватые глаза, говорящие о печали.       — Вот же стерва — почти сквозь зубы шипит шатен и осторожно оглаживает царапины на нежной кожице лица.       — Всё настолько серьёзно? — Теперь, эти блестящие и сверкающие синим, глаза отражали лёгкий испуг. Шатена это тут же начало волновать.       Он видит, как его изуродовали, но говорить правду не хотелось, чтобы не ранить дорогого ему человека. Он нехорошо выдыхает и с прискорбью заявляет.       — Малыш. Я не хочу говорить это, но. Но… — Можешь не говорить. Я уже всё понял       — Этот хрупкий голосок, с некой писклявой ноткой. Рыжий «хулиган» опускает свою голову и прижимается к Смиту. О нет, только не это, он сейчас расплачется.       — Малыш, ну что же ты? Ну не расстраивайся, прошу тебя — Смиту самому становится грустно. Так… Давайте не будем устраивать тут драму. Сопливые оперы отложим в самый дальний угол, чтобы их никто не видел.       Джей молчит, пока крепче не прижимается к тёплому торсу Смита.       — И что же скажет мама…? — Такой жалостливый вопрос. Да, мы все знаем, какие неудачники по жизни задают такие вопросы. Но! Но сейчас. Сейчас это был совершенно другой вопрос.       Подростку просто страшно. Пусть и русскоязычная буйная песня изменила его внешность и характер, внутри он остался тем же беспокойным и трусливым мальчиком, которому не повезло в плане социологии.       — Не знаю, малыш. Не знаю — Шатен крепче прижимает к себе парня, который вот-вот разревётся. И сам не знает, ожидать ли этого или нет — Но что бы ни случилось, я поддержу тебя.       — Обещаешь? — Такой жалостливый тон и такие хрустальные глаза поднимают свой взор и смотрят на предмет обожания, так боясь пустить слезу.       — Обещаю — Почти шёпотом произносит Смит. Манящим шёпотом. А потом целует его нежно, чтобы прогнать страх прочь. Уолкер ответно тянется к нему и крепче обнимает тёплый торс.       Встретиться с родителями на пороге собственного дома, да ещё и с парнем за спиной, Уолкеру не составило много труда. Было неприятно, когда обеспокоенная мать неосознанно щипала за каждую царапинку на лице, а огорчённый отец дал подзатыльник за беспомощность. Впрочем, как и делал всегда.       Рассказывать про отношения с Каем подросток не стал. Потянув того за красный рукав, они скрылись в комнате, под предлогом делать уроки.       Но мы-то знаем, что никакие уроки они делать не собираются.       — Почему ты раньше не познакомил меня со своими родителями? — Немного обиженный Кай прижимает подростка к стене рядом, как только последний закрыл дверь в комнату — Они довольно милые, если честно — Наигранно лаская его висок кончиком своего носа, мастер пламени нежно зарывается своими шальными руками в рыжие волосы и втихаря развязывает бандану.       — Спасибо. Но если честно, я просто не хотел, что бы они тебя затискали — Мастер молнии опустил свои руки на бёдра своего хитрого возлюбленного и пустил их под красные джинсы**, проталкиваясь всё глубже — А тут такой случай выпал, и тому и другому внимания одинаково       — Так ты знал, что так будет, да? — Поставив свои руки по обе стороны от головы Джея, красный приостанавливает своё дело и прислоняется лбом ко лбу рыжего.       — Можно сказать и так — Пошлая ухмылка засияла на его лице и шаловливый язычок медленно пробежался по малиновым губам.       Пока он облизывался, Смит нежно нажал на этот язычок указательным пальцем и заставил того остановиться. — Какой же ты у меня хитрожопый — С наигранной обидой выдаёт Кай. И Джей тихо смеётся впоследствии за шуточным званием. Но язык засовывать обратно в рот так и не стал. Кай всё ещё не убрал с него палец.       Вместо этого он смочил своей слюной два своих пальца, а потом снова принялся за работу с языком. Только теперь он его схватил и оттянул в свою сторону. Уолкер послушно следовал движениям красного ниндзя, при этом высовывая свой длинный язык. Когда дело дошло уже до предела, Кай отпустил его и ловко подхватил его своими зубами.       Далее, он убирает свои руки за спину и задним ходом шагает в сторону кровати Уолкера. Уолкер тянется за ним, так как свой язык он буквально привязал к ротовой полости Смита. Разрывать эту хрупкую цепочку не хотелось, поэтому он послушно тянулся за «хозяином».       Да, Уолкер называл Смита «Хозяин», потому как в их отношениях он что-то вроде альфы. А себя Джей всегда считал шлюхой. Даже когда не знал о существовании той песни, которая перенесла его на новую подростковую культуру.       Красный ниндзя садится на край кровати. Уолкер тянется за ним, впоследствии оказывается схвачен и плотно прижат тазом к паху мастера огня. И только сейчас он заметил, что чисто на рефлексах развёл ноги. Н-да, против тела не пойдёшь. Но что поделать? Сознание куда-то уходит, когда начинаются такие буйные моменты.       — Добавим капельку экстрима? — Издевательски нежным тоном добавляет Кай, когда хватает своего напарника за пухлый зад и прижимает ещё плотнее к себе, чувствуя, как в штанах становится тесно.       — Мои музыкальные волны зависят от тебя, мой дорогой радийщик — Прикусив губу, Уолкер эротично снял с себя футболку, как подобает сексапильной тян.       — Хм. В таком случае, сегодня ты скачешь на мне — И на этих словах в штанах становится катастрофически тесно, только лишь от представления того, каков будет Джей на нём, а не под ним. Как бы позорно не кончить прямо сейчас.       — Отлично, как бы связки не порвать — саркастично выдаёт рыжик, который тут же получает ласковую пощёчину — Эт ещё за что? — Конечно, он понимает, что это было наигранно. Но он не понял, за что получил.       — За то что в штанах давит — А потом Смит оказывается головой на мягком одеяле, вовлечённый в поцелуй, полный страсти.       И снова комната наполняется запахом похотливых подростков. В этот раз, кровать скрипит не так активно. Они ведь не хотят, что бы старшие хозяева дома поймали их на таком блаженном моменте, когда Джей уже был готов и запрыгнул на Кая, как подобает хищнику, желающему слопать свою жертву в момент, всеми силами стараясь сдержать волчий вой.       А как Кай хотел моментально начать вдалбливаться в него, закатив глаза и подняв бёдра, входя по самое не хочу.       Уолкер схватился за красную футболку на торсе Кая и смял её часть в кулаках, при этом двигая бёдрами в такт движениям Смита.       Обоим хотелось сорваться, наплевав на все правила и застонать в голосину. Такое блаженство они испытывают впервые. И именно сейчас тот момент, когда им нужно сорваться, но нельзя. Все помнят почему они не хотят попасться на глаза родителям. (Если вы читали предыдущую главу)       Интересно, чем же родители Джея там так тихо занимаются? Неужто шпионят за сыном, чтобы потом найти любую причину и выкрутиться перед ним, отобрав все гаджеты и лишив свободы.       И вот тот самый момент, когда просто необходимо сорваться. Момент блаженства. Когда оба кончают в одно и то же время. В момент. Джей крепко накрыл рот ладонью и сдержался на мычание, подобно девушке в заложницах. В отличие от Кая, которому даже рот не пришлось закрывать. Он прикусил губу до самой крови.       Вкусно!       Мастер молнии приходит в себя после такого буйного и экстремального секса, встряхивает головой и опускается к Каю, ложась у него под боком. Одеяло как-то само падает на его ноги и голую, такую сочную, задницу.       — Ну как вам, дорогой радиослушатель? — Кай приобнимает одной рукой синего ниндзя и прижимает к себе.       — Это я-то радиослушатель? У нас их тут двое. На данный момент — Вспыльчивый тон. Ах, Кажется Кай снова возбудился — Если конечно они за нами не шпионят       — А что, они могут? — Задаёт вопрос Кай, и в тот момент Джей слизывает кровь с его губы.       — Мои родители одержимы моим присутствием, так что любой мой упавший волосок с головы может привести к катастрофе.       — И давно они у тебя такие безумцы? — Приятно, когда губы облизывает чужой язык, но сейчас Смит испытывает такое удивление, что даже язык Уолкера его не устранит.       — С самого моего рождения. Это очень одержимые люди. Я вовремя остановился— А затем синий целует напарника, нежно покусывая чужую губу.       Кай пожимает плечами и даёт ответную реакцию, потому как сам желает этой страсти не меньше своего напарника.       Они кусали друг друга за язык, тянули их на себя, облизывали губы и все дикие дела, что на первый взгляд может показаться мерзостью. Но это. чертовски. приятно. И никто не отменит этот факт. Главное, что сейчас им хорошо.       После диких поцелуев Джей поднимается с кровати, по пути натягивая шорты, открывает свой шкаф и достаёт оттуда бас-гитару с синим отливом.       — Увау. Какая красота. Не знал, что ты на гитаре играешь — Шокировано заявляет Смит и начинает приводить себя в порядок, когда приходится вставать на ноги.       — Я не играю. А вот ты — играешь — он подходит к своему парню и протягивает ему гитару, а потом добавляет — Покажи мне, что ты можешь?       Без всяких разборок, Кай берёт гитару, надевает красный ремень на шею и дёргает струны, проверяя их звучание. Это было не долго. После он зажимает пальцы на грифе и несколько раз колышет рукой вверх-вниз, при этом меняя позы пальцем на грифе. Получается довольно-таки мелодично. Но этого пока не слышно. Это же басс. Нужна колонка и провод.       — У тебя есть акустическая система? Хотя бы маленькая? — После слов Смита парень впал в раздумья.       После чего достаёт из-под кровати чемоданчик. Или точнее сейф. Открывает его и там целый дорожный набор.       — Вообще, этот сейф предназначен для дорожных репетиций. Но что мешает нам сейчас попробовать? — Он достаёт шнур и протягивает его Смиту уже подключённым. И Смит повторил недавние движения. Довольно-таки приятные звуки рока и настоящего инструмента.       — Блин, классно, теперь можно и группу собирать — Радостно заявляет рыжик.       — Ага, значит ты собрался собирать группу, а мне не сказал — Смит скрестил руки на груди и ухмыльнулся. — Я только что тебе об этом сообщил. А теперь не поленись мне помочь собрать денег на починку гаража и собрать остальных членов группы — Джей подпрыгивал от радости. Он был так счастлив, как девочка, которая попала на концерт своего кумира. Кай не сдержался и крепко обнял этого счастливого рыжика. — Что ж, кажется я уже знаю, где искать людей — После этих слов, он чувствует, как крепко обнимают его торс.