Однажды они прочли о себе... или жизнь в Расколотом замке...

Вот, они начали эферить. Кто о чём, но сначала все поели фруктовый салат с густым, термостатным йогуртом. Василиса начасовала Лёшке гамбургер из McDonald’s и колу, потому что ему сейчас из фруктов можно только яблоки, у него обостренная аллергия на пыльцу и он пьет таблетки, не рекомендующие ему употреблять какие-либо фрукты, кроме яблок. Сама девушка на десерт захотела белую шоколадку и капучино с корицей. Фэш эклеров, политых шоколадным сиропом и зелёный чай. Захарра, вот сладкоежка, наэферила себе добрую коробку шоколадных конфет и печенья, тоже политого тёмным лакомством. Маар вкушал мармеладки с Лёшей, а Ник мятные конфетки. Диана пила свой любимый чаролад. Взрослые обошлись пирожнами, кто с чаем, кто с кофем. Однако Миракл не удержался и достал конфеты с коньяком… Диаман заметил это и подтолкнул Нортона и Константина. Те ухмыльнулись и протянули зодчему руки типо «раз ты ешь, и нам подай», тот с недовольным видом отобрал им самые маленькие из конфеток, но Диаман протянул ещё две ладони. -А ты не приахренел случаем, а? -Подле меня восседают две дамы, если ты мне сейчас не дашь хотя бы две маленькие конфетки… Они же съедят мои мозги чайными ложечками и не подавятся! -Понимаю… Все поели, очень хорошо… Ведь следующий перерыв будет только после 10 главы, если не дольше, но тот перерыв будет ужином, после которого все находят себе комнаты и ложатся спать. Все расселись по местам. Книгу в руки взял Нортон-старший: -Кхм, кхм… ГЛАВА 1. НОВАЯ СЕМЬЯ Большие часы на стене в библиотеке пробили шесть, когда Василиса перевернула последнюю страницу. Книга ей понравилась. Интересные легенды о феях, черных магах и даже рыцарях… Причем написанные в таком ключе, будто все это происходило на самом деле. Даже название у книги было соответствующее: «Несказочные истории». К сожалению, книг для подростков — например, о школе или спорте — в отцовской библиотеке не нашлось. -Ну уж извините, вот чем чем, а именно этим не интересуюсь. — взмахнул руками хозяин той библиотеки. -Да понятно, по тебе сразу видно… — любезно дополнил Миракл. На длинных полках стояли огромные энциклопедии, плотно прижатые друг к другу, пестрели корешки старинных томов в красивых позолоченных переплетах, причем, судя по названиям, на разных непонятных языках. Василиса однажды взяла одну из таких книг — в бархатном переплете, с окованными медью уголками. Страницы были испещрены рукописными буковками, похожими на иероглифы. Конечно, Василиса не смогла прочитать ни слова и поэтому поставила тяжелый том назад на полку. -Хей, эта книга из библиотеки фей! — воскликнули одновременно Диана и Лисса. Нортон мгновенно заработал подзатыльник. -Ну был грешок, подумаешь… Кроме чтения, других приятных занятий в доме все никак не находилось. Да и библиотека была единственным безопасным местом в отцовском «поместье», как окрестила для себя Василиса огромный двухэтажный дом с большим садом и забором высотой в три метра. В доме было много красиво декорированных комнат, богатая, роскошно убранная гостиная, просторный холл с диванами и столиками, однако девочка предпочитала находиться здесь, среди молчаливых книг. -Кто-то мне говорил, что в последнее время очень мало читал… — подозрительно щурясь, протянул Лёшка. -Нууу… Не то, чтобы я прям зачитывалась. В тот злополучный вечер восторженная тетя Галя, сверкая глазами, сообщила: за Василисой приехал отец. Сложно сказать, что девочка почувствовала. Сначала закралось подозрение, будто ее разыгрывают, но соседка не имела склонности ни к плохим шуткам, ни к шуткам вообще. -Она скучный человек! — обратилась к книге Захарра. -Ну да, в тебе юмора гораздо больше, — ехидно вставила Василиса, — настолько, что людей с крыши сбрасываешь. -Ой, да ладно, ты бы сама не решилась… — Василиса ей улыбнулась. -Вы о чём? — спросил Ник, сдвигая брови домиком. -Потом поймёте, если это конечно будет… — скучающе произнесла Захарра. Фэш понятливо хмыкнул. Правда, оказалось, что это не сам отец приехал, а всего лишь его водитель. -Нортон, ты меня разочаровываешь… — протянул Диаман. Высокий, угрюмый мужчина, с длинными черными волосами, туго стянутыми в хвост, и странным белым шрамом на левой щеке, так и представился — господин Эрн, работает у господина Огнева. Он пошептался с тетей Галей, показал какие-то бумаги, и соседка, вытирая глаза платочком, помогла Василисе собрать необходимые вещи. -Да какие вещи?! Ты пришла как будто со школы: с рюкзачком и сменкой! — возмутилась Дейла. -Ну, ты же знаешь, что в моей квартире вещи надолго не сохранялись… -Всмысле? — спросил Норт и Нортон-старший. -На коромысле. — сказала Вася. Настроение понемногу катится к нулю, ведь сейчас она вспомнит всю свою прошлую жизнь у опекунши… Фэш, предчувствовав настроение подруги, взял её за руку. У парня была тёплая ладонь, в отличии от девушки и та вздрогнула. Она посмотрела на Фэша, но тот был не проницаем, лишь сильнее сжал ладонь. И вот уже три месяца прошло, как Василиса впервые появилась на пороге «поместья». Девочка вспомнила, какое сильное впечатление произвела на нее шикарная двухэтажная громадина: дом, сверкающий яркими огнями, с большими широкими окнами и верандой, увитой плющом и виноградом. А этот великолепный сад с переплетением дорожек, густо посыпанных гравием, изящные кованые качели и ажурные беседки… Да, Василиса подумала, что спит или попала в сказку. -Ну, знаете ли, таких сказок я ещё не читала… — насмешливо протянула Николь. Но сказки не всегда бывают добрыми. Возле дома ее встретила команда из четверых детей: -Не понял. — растерялся Маар, — всмысле из ЧЕТЫРЁХ детей?! Господин Огнев, да вы прямо скорострел. Все рассмеялись, Лисса с Селеной вообще уткнулись в плечи Диамана, который стряхивал слезу: -Неплохо, Маар ведь, да?! -Ну, чего ты обижаешься, мальчишка ведь правду сказал, — продолжил Константин. Вскоре смех стих и один очень обидчивый человек продолжил: мальчик и девочка, Норт-младший и Дейла (двойняшки четырнадцати лет), и два мальчика поменьше, Эрик и Ноель, девяти и восьми лет соответственно. Над ребятней возвышалась няня — очень худая, неприятная женщина с колючим взглядом маленьких бегающих глазок. Водитель поздоровался с няней и передал ей шефство над Василисой. Няня, холодно представившись госпожой Азалией, внимательно осмотрела девочку, словно собиралась поставить ее в гостиную в качестве вазы или повесить на стену как картину. -Нортон, у меня от одного её описания мурашки пошли, ты где её вообще нашёл?! — Диаман явно ещё не отошёл от «скорострела» и продолжал насмехаться над давним другом, стоит добавить, очень обидчивым давним другом. -Там где надо, там и нашёл. — холодно ответил он. После чего она скривилась и, развернувшись, знаком приказала следовать за ней. Дети молча проводили новоиспеченную сестричку недружелюбными взглядами. Комната для Василисы оказалась маленькой, но опрятной: справа возле окна стояла кровать, слева — небольшой столик и даже два стула, а в самом углу возле двери — низенький лакированный шкаф. На полу лежал круглый, грязновато-белого цвета коврик. Может, на чей-то придирчивый взгляд, комната была бедновата, но Василисе она показалась просто роскошной. И здесь вообще не было кошек! -Какая радость! — перекривила ЧК, — а комнату своей дочери можно было и по лучше дать! — намного твёрже заявила она. -Да знаю я! — возмутился Нортон-старший, получив доброе кол-во подзатыльников. Госпожа Азалия сухо сообщила, что ужинают в семье в восемь, а за опоздания наказывают. За столом Василиса все более убеждалась, что в семье как-то не очень ей рады. Няня не обращала на девочку никакого внимания, дети по-прежнему кидали злобные взгляды, а младшие и вовсе показывали языки. Василиса мрачнела все больше. А после ужина она впервые подралась с Нортом. На Норта тоже посыпалось достаточное кол-во оплеух. -Я же говорил, что приближаться к ней запрещено, тем более бить! — Нортон-старший был явно недоволен, — неделя без часолиста! Норт, конечно расстроился, но не настольк, что бы добавить: -Не я один! -Оба! -Ну спасибо, братец! -Да пожалуйста! — отпарировал тот. Дейла сидела вся красная, она явно сожалела обо всём том, что ещё откроется в книге. -Слушай, дружище, да ты не плохо детей воспитываешь! — присвистнул Диаман. -Сейчас дела обстоят гораздо лучше. -Не сомневаюсь. Братья и сестра поджидали ее в коридоре, все четверо. Василиса не успела ничего толком сообразить, как вдруг Норт молча размахнулся и ударил ее по лицу. Фэш хотел было встать, но его удержала Василиса, она схватила его за плечи и шептала все успокоительные фразы, на которые только способна. Все остальные скривились от этого поступка. От второго удара Василисе удалось уклониться, -Тебе повезло! — воскликнул Фэш, Захарра потирала ручки. но убежать она не смогла: остальные дети заграждали проход. К счастью, появилась госпожа Азалия и, не говоря ни слова, забрала всех четверых, а Василисе пришлось добираться до комнаты самой. Уже очутившись у себя, она прикладывала большую серебряную ложку, взятую без спроса на кухне, к распухшей скуле и размышляла. Почему к ней так плохо отнеслись? Чем вызвано ужасное поведение братьев и сестры? Почему госпожа Азалия кривит губы, когда Василиса попадает в поле ее зрения? И почему этот Норт стал бить ее, ничего не объясняя? Но никто, конечно, не давал ответов на эти вопросы, и оставалось только одно: подождать отца, который, как сообщила госпожа Азалия, находится в отъезде, но скоро будет. Чем Нортон-старший занимается, Василиса не знала, но дела его приносили, по всей видимости, хороший доход. Семья жила богато, взять хотя бы штат прислуги: водитель, охранник, няня и еще несколько человек, убирающих в доме. Дети каждое утро ехали в частную школу, куда их отвозила и забирала после занятий госпожа Азалия. Василисе разрешили ходить в прежний класс и даже посещать занятия по гимнастике, но теперь — при обязательном сопровождении господина Эрна. Впрочем, выехать за пределы ограды дома оказалось весьма непросто: приходилось проезжать двое ворот, а перед этим долго смотреть, как они медленно поднимаются. А еще госпожа Азалия строго-настрого запретила оглядываться и зорко следила за исполнением приказа. -Охранный эфер, — небрежно отозвался Огнев. Стоит ли говорить, что это было весьма странно. Когда Василиса выезжала с водителем и няней в школу, остальных детей уже не было — наверное, их отвозили раньше. И все-таки, несмотря на эти неприятности, каково было видеть изумление одноклассников, когда Василиса стала приезжать на учебу на длинной черной машине, и дверцу ей открывал грозного вида шофер. Вся школа шумела, и даже учителя приставали к девочке на переменах, расспрашивая о новой жизни в отцовском доме. -Вот то меня бесило больше всего… — отозвалась Василиса. Она всё ещё немного удерживала Драгоция, тот сидел с хмурым, решительным видом и это настораживает. И самое приятное — Василисе начали выдавать деньги на карманные расходы. Когда первый раз няня вручила ей хрустящую новенькую купюру, у девочки глаза полезли на лоб. — Мне что, можно тратить все? — удивленно спросила Василиса, гадая, сколько новых пар джинсов можно купить на эти деньги да еще и отпраздновать данное событие. Норт, который был поблизости, презрительно хмыкнул. — О, наконец-то рыжая сиротка обзавелась деньгами! — язвительно сказал он и показал сестре неприличный жест. Нортон-старший промолчал, но всё же постукивал по подлокотнику кресла пальцами, что показывало его раздражительность. — Каждый день я буду вручать тебе столько, — ответила ей госпожа Азалия, делая вид, что не заметила кривляний Норта-младшего. — И очень надеюсь, что ты сама сможешь о себе позаботиться. Василиса радостно кивнула, игнорируя ухмыляющегося брата. После тот попытался отобрать деньги (няня все так же не вмешивалась в происходящее — как видно, Норт был ее любимчиком), а Василисе пришлось убегать от него и даже залезть на большой, раскидистый дуб, спрятавшись меж ветвей. Дерево высилось над домом, заслоняя густыми листьями окна Василисиной комнаты, поэтому в помещении всегда было темно. Зато по ветвям дуба, чуть-чуть не достававшим до оконного карниза, можно было незаметно забраться в комнату или, наоборот, спуститься в сад. -Я же говорю, Белка! — воскликнул Фэш, за что получил подзатыльник от «Белки». -Вообще-то Белка — это я, если я, конечно, ничего не путаю! — важно сказала Лисса, как бывшая БК. -Извините… — немного стушевался Драгоций-младший. Селена расплылась в улыбке, она столько лет не видела сына и запоминает каждую его эмоцию. Обычно Василиса так и поступала, спасаясь от невыносимых братьев и сестрички, — Дейла к тому же была остра на язык и при каждой встрече выдавала очередную колкость. -Две недели вам обоим! -Пап, ты так будешь бесконечность… так что давай то часам вот уже два часа накапало… — попыталась оправдать своих родственничков Василиса. -Ну, ладно, — Дейла с Нортом выдохнули и благодарно посмотрели на сестру. В будние дни, ровно в восемь утра, у ворот Василису поджидал господин Эрн. Провожал до школы, вечером забирал, вез на занятия по гимнастике, а оттуда, когда к ним присоединялись госпожа Азалия с Нортом и Дейлой, домой. Весь ритуал происходил в совершеннейшем молчании, и Василиса потихоньку начала привыкать к постоянной опеке. А вот Лешку господин Эрн раздражал ужасно. — Слушай, этот тип так и будет все время за тобой таскаться? — спрашивал он как-то, косясь на мрачную фигуру водителя, постоянно маячившую поблизости. -Я к тому моменту уже понял, что дааа… — запрокинул голову Лёшка. Многие хмыкнули. Сегодня была суббота — полностью свободный для Василисы день. Норт, Дейла, Эрик и Ноель куда-то исчезали на все выходные. Во всяком случае, просыпаясь в шесть утра, девочка уже не заставала никого, кроме господина Эрна. Василиса, накопившая за первую неделю приличную сумму, пошла с Лешкой по магазинам. Она наконец-то купила себе новенькие синие джинсы, кроссовки, тоненький свитер с вышитой на груди бабочкой и отличную спортивную форму. -Фуух, я уж думал, что будет полноценный женский шопинг… — проговорил Маар. -Не не не, она не такая. Не такая же?! — Лёшка уже не уверен. -Да не такая! — вразумил их Фэш, — я лучше вас знаю… -Да ты что?! — спросили одновременно и Василиса, и Лисса, и Селена, И даже Нортон с Диаманом. -Да. — Важно заявил тот. Все засмеялись. Приобрели новый спортивный костюм и вяло сопротивлявшемуся Лешке, а также футбольный мяч и настоящие фирменные утяжелители на ноги для бега, о которых, Василиса знала, он давно мечтал. После чего Лешка, не слушая возражений, пригласил Василису поесть мороженое. И, поедая сливочные шарики в шоколадном креме, они радостно обсуждали покупки, почти не замечая присутствия господина Эрна, читающего газету на улице, а может, и притворяющегося, что читает. -Плохой конспиратор, — прокомментировала Захарра. Многие, внимательно слушащие кивнули. — Ну что, твой отец уже приехал? Ты его видела? — спросил Лешка, как только одолел большую часть мороженого. Надо сказать, он был в восторге, что Василиса неожиданно разбогатела, и видел в этом одни положительные стороны, ну разве что кроме появления в ее жизни братцев, сестры и мрачной фигуры Эрна. — Нет, я его еще не видела. — Василиса задумчиво ковыряла ложечкой в вазочке. — Странно, да? Я даже толком не знала, точно ли у меня есть отец, жив ли он или давно умер… -Знаешь что я тебе скажу, Василиса, — осмотрела внучку ЧК, — Твой отец такой гад, что окончательно умереть никак не может. -Да знаю я… -Не понял. Вы что спелись? -Ой, внучок, уже даавно, если ты не понял, -добродушно усмехнулся Родион. — Странно, что он не примчался сразу же посмотреть на тебя, — не без резона заметил Лешка. — Ему двенадцать лет не было до меня дела, зачем сейчас торопиться? Диаман поднял бровь, недовольно глядя на Нортона он произнес: -Ты Очень проницательна! — с нажимом произнёс он. -Бывает… — отмахнулась девушка. Возникло неловкое молчание. — Как твой братец, не пристает больше? — спросил Лешка, меняя тему. — Куда там! — Василиса махнула рукой. — Постоянно подкарауливает в коридоре, а еще эта Дейла! Да и младшие делают гадости, во всем старшего слушаются… — Эх, увидеть бы этого Норта, — с сожалением сказал Лешка, зло прищурившись. — Поговорить бы с ним по-мужски. — Это невозможно, — покачала головой Василиса. — Я бы вообще тебя с удовольствием пригласила. Знаешь, какой там сад! Но нельзя… И еще. — Василиса понизила голос, покосившись на фигуру Эрна. — У меня такое впечатление, будто я живу теперь под замком, как в тюрьме. Представляешь, в доме нет ни одного телефона, и я даже не могу тебе оттуда позвонить. — Слушай, так тебе надо купить мобильник, — хлопнул себя по лбу Леша. — Как мы сразу не догадались! — Если мне разрешат его иметь, — с сомнением покачала головой Василиса. Однако мысль о собственном маленьком телефоне ей понравилась. К счастью, связь в доме была отличная, так что Василиса, запершись у себя в комнате, теперь могла долго переговариваться с Лешкой. Но мысль о странном отцовском доме не давала ей покоя. Однажды Василиса специально пробралась к воротам, чтобы узнать, нельзя ли (вдруг пригодится?) самостоятельно выбраться за пределы «поместья». Немного покрутившись возле наглухо закрытых железных створок, девочка пошла вдоль забора, но так и не нашла другого прохода. Мало того, она не вернулась к воротам! Хотя была уверена, что обошла вокруг дома раза два-три. -Ты могла потеряться! — заявил Драгоций-младший с видом знатока. -Спасибо, что ругаешь мою дочь за меня. — одновременно сказали Лисса и Нортон-старший. За этим занятием Василису застал господин Эрн. Цепко ухватив девочку за плечо, он молча проводил ее до самой комнаты и коротко попросил не гулять больше возле ограды. Было еще одно обстоятельство, и тоже довольно-таки странное… Однажды, проснувшись глубокой ночью, Василиса обнаружила, что стоит возле приоткрытого окна. На черном беззвездном небе сияла полная луна, а руки Василисы слабо и нежно светились в темноте. Она, как завороженная, сложила ладошки вместе — они наполнились голубыми и синими мерцающими искрами. Василиса встряхнула руками, и комната на миг осветилась фейерверком серебристо-синих огней. На какой-то миг девочке показалось, что через полотно света проблескивают цифры… А потом все исчезло. Василиса подумала, что ей это приснилось, но на следующее полнолуние хождение во сне и загадочные циферки повторились вновь. -Ого, уже тогда, Огнев, ну ты и козлина, ты мне мог и раньше рассказать об этом! — Миракл отвесил другу крепкий подзатыльник. -Да я сам не сразу узнал… -А потом просто забыл сообщить! Ну да, слышали. Никому, даже Лешке, об этом Василиса не рассказывала, решила сначала сама разобраться. Часы пробили семь. У-у-у, воспоминания совсем захватили Василису, а ведь давно пора выбираться из библиотеки. -Ты же сказала, что не читала по ночам! — Лёша был явно не доволен. -Нууу, как ты понял я не всё тебе говорю… Она сидела на своем любимом месте — на подоконнике, спрятавшись за малиновой шторой. Здесь она и читала всю ночь Послышались раздражённые вздохи. при свете маленькой свечи. В доме было проведено электричество и центральное отопление, но ими почти не пользовались, предпочитая свечи и камины. Госпожа Азалия любила повторять, что господину Огневу больше нравится живое пламя, а не жалкое подобие в виде электрических ламп. Василиса собралась вылезти из своего укрытия, чтобы, как всегда, немного поразминаться с утра в библиотеке: надо было готовиться к лету, тренер не даст спуска. Правда, пустят ли ее в летний лагерь на целых три недели? Об этом Василиса пока предпочитала не думать. -А в итоге ты попала в лагерь, или нет? — поинтересовались родители Фэша. -Нуу, в итоге мы все попали… — замялась Огнева. -Интересно… Но тут из коридора донесся шорох. Кто-то возился под дверью. Василиса насторожилась. В следующую секунду дверь начала медленно отворяться, и девочка услышала приглушенный шепот Эрика: — Ну и где рыжая? — Кажется, он был немного разочарован. — Ты же говорил, здесь будет? — Да здесь она, прячется где-то… — тихо ответил ему Норт. — Даю сто процентов. Дверь захлопнулась. Но Василиса знала, что братья все еще находились под дверью. — Да спит она, — протянул Эрик. — Вечером подловить стоило… — Нет ее в комнате, я проверял. — Норт сделал несколько шагов к малиновой шторе, где пряталась сестра. — Вылил ей в сумку случайно целую банку клея! -Нееет, ты же не повелась на это?! Он же в открытую блефует! — огорчённо спросил Фэш. -Нет, конечно, ты меня за дуру держишь? — отпарировала рыжеволосая и пытливо посмотрела на парня. Тот махнул головой, отрицая и она расслабилась. Услышав такое, Василиса чуть не задохнулась от возмущения. Только она хотела выскочить из своего укрытия, как ей пришло в голову, что братец, скорей всего, блефует. Поэтому девочка осталась на месте. -Вот, видишь?! — Рыжеволосая повернулась к парню и показала ему язык. Потом она отвернулась. Она знает, вышло по-детски, но с кем не бывает? Захарра засмеялась. Тем временем мальчишки приблизились почти вплотную к шторе. — Нет ее здесь, — уверенно произнес Эриков голос. — Она наверняка в саду гуляет. Опять сальто всякие делает. — Как обезьяна в цирке, — презрительно сказал Норт. -Слушай, Нортон, а ты вообще своих детей воспитывал? — с намёком спросил Диаман, Селена пихнула в бок мужа. -Лучше бы ты сказал, что не воспитывал, — обречённо протянул Миракл, — так хотя бы мнение о тебе скажется в лучшую сторону… -Нууу, я пытался их воспитывать, но без матерей это не особо выходило… Но, считай, перевоспитался… Сейчас их манеры более-менее, можно сказать, что характерно улучшились. -Ну да, ну да… Норт за весь разговор, то бледнел, то краснел, а за одно и Дейла с ним. Они действительно изменились, и, в лучшую сторону. Василиса крепко стиснула зубы, чтобы не ответить: не очень-то хотелось скандалов с самого утра. Она намеревалась попросить господина Эрна отвезти ее в город, чтобы встретиться с Лешкой. — Зато видал, как она по дереву лазит? — Эрик присвистнул. — Я видел, как она выбиралась из своей комнаты. Еще прыгала по веткам, как… — Обезьяна, -У тебя других слов в запасе не нашлось?! То же мне обзывательство «обезьяна», — усмехнулся Фэш. -Ну да, ты в обзывательствах знаешь толк. — Подколола его Василиса. -Только не говори, что он тебя так долго называл… -Не помню… Василиса навострила уши. О чем это он? Но братец замолчал. Зато Эрику, видать, не терпелось поговорить о новоиспеченной сестрице: — Я слышал, как Эрн говорил нашей Азалии, что девчонка делает отличные успехи в гимнастике… — Глупое, бессмысленное занятие, — опять оборвал брата Норт. — Я вот думаю о другом… Неужели отец хочет, чтобы она жила с нами и ТАМ? -Отец хотел, чтобы вы держали язык за зубами… — мягко намекнул своим детям Нортон-старший. Вновь заскрипела дверь. Послышались тяжелые, мерные шаги. — Что вы делаете в библиотеке? — раздался спокойный, равнодушный голос. — Вам больше не на что потратить субботнее утро? Норт? -А ты против чтения утром? — удивилась Николь. -Ты поймёшь, почему я не хотел чтобы они туда ходили. Сердце Василисы тревожно сжалось. Кто это? — Мы искали рыжую, папа… О нет… -Ну да, неприятненько… вышло… — голос принадлежал Лиссе, я даже знаю, что дальше будет… -Кстати, да, откуда ты знаешь? — поинтересовалась Василиса. -Ну я же могу видеть будущее, милая, — если честно, то Василису передёрнуло от «милая», её так особо никто не называл, а мать… она думала, что больше никогда не увидит её и от того становится более странно… — и я должна была узнать, как твой отец тебя встретил… -Ну, теперь более понятно, Ваше Величество, а вы смотрели за ней всегда? — поинтересовалась Диана. -Я давала слово этого не делать, но двенадцать лет прошло, поэтому почему бы и нет?! — Она сюда часто приходит. Василиса тут же устыдилась своего скрюченного положения. Но что же делать? Как выбраться незаметно, чтобы встретиться наконец с человеком, видеть которого Василиса желала с самого первого дня пребывания в этом ужасном доме. И даже намного-намного раньше… — Норт, ты забыл, о чем я просил тебя? — В равнодушном голосе прозвучали холодные металлические нотки. По всей видимости, Норт тоже расслышал их, ибо проговорил как-то тускло: — Да, отец. Я больше не подойду к ней ни на шаг. -Кстати ты не сдерживал это слово никогда, — усмехнулась Дейла. -Не правда, иногда я её не трогал… — Я рад, Норт, что ты ведешь себя благоразумно. Скоро испытание, и твои мысли должны быть сосредоточены только на нем и ни на чем больше. — Да, отец, — почтительно произнес не похожий сейчас на самого себя Норт. — Я очень хочу быть настоящим часо… — В воздухе пахнет свечным угаром, — перебивая сына, произнес Нортон-старший. — И та штора, на втором окне, немного колышется… Прекрасно. -Вот же, шпион по соседству! — воскликнул Алексей. Вся зала хихикнула. Воцарилось молчание. Василиса замерла от ужаса, мечтая только об одном — провалиться сквозь оконное стекло наружу. -Неплохие у тебя желания, — хохотнул Ник, сложив брови домиком. -Бывали и получше. — Вылезай. Голос прозвучал негромко и спокойно, но у Василисы все похолодело внутри. Она поняла, что раскрыта. Чувствуя, что предательски краснеет, Василиса отодвинула тяжелую штору и неловко спрыгнула на пол. Мужчина, стоявший перед ней, был высок, худощав, но широк в плечах, светловолос. Серые с зеленым, как у Норта-младшего, глаза смотрели как-то сквозь, равнодушно. Почему-то Василиса совсем по-другому представляла отца: рыжим, синеглазым, веселым… Вся зала ухохатывалась, да так, что теперь слёзки собирают. Громче всех ржали трое мужчин и одна женщина. Миракл, Константин и Диаман не могли успокоиться, всё время представляя себе противоположных их описаниям родителей девочки, а единственная женщина была Нерейва, представляя себя и сына рыжими, а Лиссу белобрысой. Впрочем у этой четвёрки мысли были одинаковыми… Василиса сидела красная, а у Нортона-старшего было немного шокированное выражение на лице: глаза раскрыты, густые брови затерялись где-то на лбу, а рот немного приоткрылся, уголки рта то приподнимались, то вставали на место, видимо он не знал, смеяться ему или плакать… Он ещё не решил. Нортон всё перечитывал эти строки, ну может ему предвиделось, мужчина был в явном замешательстве Когда всё более-менее утихло, он продолжил: Однако Нортон-старший являл собой полную противоположность придуманному образу. По зале прошли смешки. — В моем доме не принято подслушивать, — произнес он, холодно оглядывая дочь с ног до головы. Лицо с тонкими чертами приняло брезгливо-кислое выражение. -Ты здесь прям монстер… — усмехнулась Селена и дала Лиссе «пять». -Да знаю я! — делая вид, что не замечает этого жеста со стороны женщин, ответил Огнев. — Я так и думал, — морщась, жестко подытожил он. — Ты разве не знаешь, что подслушивать плохо? — Я не подслушивала, — буркнула Василиса. — Я просто читала сказки. Она еще держала книгу, вертя ее в руках и не зная, что с ней делать. -Кстати, то наверняка единственный раз в той книге, когда я сказала тебе чистую правду. — Ухмыльнулась Василиса. -Неудивительно, — фыркнула Нерейва. Некоторое время отец молча разглядывал ее, а потом вдруг вытащил из кармана пиджака листок и протянул дочери. На краешке листка было написано: «Василисе». — Я нашел это в твоей комнате на столе, — произнес отец. — Прочитай. Василиса, недоумевая, развернула записку. Поведение отца порядком озадачило ее: не так она представляла себе их встречу. Неужели он ее даже не обнимет? -Прости меня… -Пап, всё правда нормально, я уже давно простила тебя, да и не только тебя, так что давай ты не будешь предо мной извиняться?! — выложила девушка и поймала на себе взгляд мамы Драгоция. -Хорошо… — вздохнул он. … «Василиса, будь вечером в библиотеке, мне нужно поговорить с тобой. Эрик». -Ух ты ж ёжик! — воскликнула Захарра. — Вот это интрига… -Не то слово… — протянула Василиса и посмотрела на отца, — это было подло. -Знаю, но по другому я не мог и ты тоже то знаешь… — в ответ он получил кивок дочери. — Что это значит? Василиса передернула плечами. Откуда она знает? Возможно, очередной обидный розыгрыш. Раньше никто из братьев не писал ей записок. Норт заинтересованно поглядывал то на отца, то на Василису, зато Эрик стоял бледный и испуганный. Он неловко переминался с ноги на ногу. -Из него неудачный конспиратор… — не угомонилась Захарра, — ему надо пучиться у Драгоциев, вот они идеалы в таком деле. -Ну, кто бы сомневался… — хмыкнул Маар, — тебе учиться ни у кого не надо… -Ой! Да ну тебя… — Ты часто бываешь здесь, в библиотеке? — продолжал спрашивать отец, делая вид, что не замечает, что творится с младшим сыном. Василиса раздумывала, как лучше ответить: в глазах отца блестели недобрые огоньки, и она не хотела разозлить его еще больше. — Она бывает здесь каждый день, — ответил за нее Норт, криво ухмыляясь. — Когда не в школе или на своих дурацких гимнастических занятиях. -Этож надо, сдал сестру с потрохами! — покачал головой Миракл, Норт сделал вид что ему ну уж очень нравится ковёр. -Да, вы знаете, здесь все будут сдавать друг друга, Да?! — С намёком произнесла Василиса и посмотрела на Фэша, тот незамедлительно ответил: -Ну конечно. — А что мне еще делать? — начиная злиться, отпарировала Василиса. — Нельзя же выходить на улицу… -Ого, вот это контроль… Ты запрещал детям выходить на улицу? — Диаман аж подался поближе к другу, но, когда понял, что ответа он не получит, пробурчал, — ну правильно, теперь строй из себя гордого козла. — Селена погладила мужчину по плечу, успокаивая. — Хорошо, — оборвал ее отец. — Эрик, Норт! Может, вы что-то знаете? Норт отрицательно покачал головой. Эрик опустил голову. Нортон-старший вновь повернулся к Василисе. Долгую минуту он вглядывался в ее лицо, словно желая получить ответ на невысказанный вопрос. После, очевидно, приняв некое решение, цепко схватил дочь за плечо и повлек за собой к выходу. Норт-младший проводил их торжествующим взглядом. -Нортон, если ты с ней что-нибудь сделаешь, то просидишь эту ночь в Одинокой башне! — спокойно, но со сталью в голосе проговорила Нерейва. Тот лишь вздохнул. Они сошли вниз по широкой лестнице, спускающейся в холл, и встретили на пути госпожу Азалию. Та, не обратив на бедственное положение Василисы ровно никакого внимания, низко поклонилась Нортону-старшему. -Ха, тоже мне Король! — усмехнулись Миракл и Диаман вместе. Селена с Лиссой на пару фыркнули, а Константин хмыкнул. -Вообще-то я некоронованный принц лютов! -Ещё чего не хватало! Отец с дочерью вышли из дома и пошли по узкой извилистой дорожке, густо посыпанной черно-белым гравием, все более углубляясь в сад. Остановился Нортон-старший только возле неприметного сарайчика. Эта часть сада казалась самой заброшенной — трава росла по пояс, скрывая маленькую постройку почти наполовину высоты двери. -Лис, скажи мне, сейчас же что-то будет?! -Матушка, ну естественно будет! Тут и спрашивать не надо… Чёрная Королева буравила сына взглядом. — Пришли, — произнес Нортон-старший, отпуская плечо дочери. — Тебе придется провести некоторое время здесь. Скажем, до вечера. — Но в чем я провинилась? — краснея от несправедливости, выкрикнула Василиса. — Я не хочу туда, ясно?! -Ууу, характер Огневых! — довольно сказал Родион. -А чей ещё?! — возмутился Нортон. -А я всегда думала, что характер у неё Дра-го-ци-ев, — вкрадчиво проинформировала мужчин Захарра, а брат её подхватил: -Во-во, вы вот всё придумываете, мечтаете, мастерите, а Василиса подвиги совершает! -Интересно, какие это подвиги совершали Драгоции?! — с прищуром поинтересовался Нортон-старший. -А мы спасали её за подвигами! -Интересненько… — проговорила Селена, — это ведь всё будет в книге?! -Естественно! — В моем доме заведены определенные порядки, — сказал на это отец, прищурившись. В глазах его промелькнула заинтересованность. Во всяком случае, сейчас он выглядел менее равнодушным. — Считай, что так и должно быть, — продолжил он, и лицо его вновь окаменело. — И еще… я запрещаю тебе появляться в семейной библиотеке. — Но почему я должна сидеть здесь? — Василиса оглянулась на дощатое строение за своим плечом. — Может, лучше бы мне заняться уроками? Нам очень много задали в школе… — Забудь о школе. И о занятиях. Теперь твоя жизнь сильно изменится. — С чего бы это? — процедила Василиса, вновь позабыв о вежливости. -И это ты была вежливой?! — поинтересовался отец-всея-семейства. -Ну да. -Впервые слышу, чтобы с тобой, отец, так разговаривали… — начал Норт. -Да мы и не так разговаривать будим, — усмехнулась девушка. -Весело весело… — пробормотала Николь. тем временем, как Василиса обняла Фэша за плечи, удерживая его. Он сразу понял, что что-то сейчас будет. — Запомни одно простое правило, — сухо произнес Нортон-старший, следя за переменами на лице дочери. — Никогда не зли меня. И отец, коротко размахнувшись, отвесил Василисе крепкую пощечину. И все моментально кинулись на Нортона-старшего. -Да как так можно! -И после этого ты ещё называешь себя отцом?! -За что?! Фэш тоже порывался встать, но его крепко держала Огнева. Но он продолжал буравить Огнева тяжёлым холодным взглядом голубых глаз. Сдавшись, он обнял Василису, которая даже немного растерялась, но обняла в ответ парня. Тот пообещал себе, что впредь и волосок с её головы не упадёт, больше ни-ког-да! Когда Нортон-старший по получал подзатыльников и выкрики в его адрес закончились, мужчина снова попросил у своей дочери прощения, на что она ответила: -Ты же обещал не извиняться! Многие хмыкнули. Девочка вскрикнула: щеку будто обожгло пламенем. Некоторые ещё косились на блондина… Нортон-старший быстро отпер дверь и толкнул дочь внутрь. Лязгнула задвижка, и он удалился. Василиса осталась одна в полной темноте. — Ничего себе… — только и сказала она, осторожно ощупывая скулу: щека, казалось, распухла. Фш сжал ладонь в кулак, но тут же разжал, когда на кулак легла ладонь в разы меньше его ладони. Да, не так она представляла встречу с отцом. Ну где же хоть одна улыбка для нее, хоть один теплый взгляд? Какие еще возникают эмоции при встрече с родными людьми после долгой разлуки? Малейшее проявление интереса, симпатии, простого любопытства: где была, как жила, чем занималась? Вместо этого — холод, равнодушие, отстраненность, пощечина. При воспоминании о последней губы у Василисы задрожали. Зачем ей такой отец? Не лучше ли было и дальше ничего не знать друг о друге? Кажется, его не очень-то обрадовала встреча с дочерью. -Тоже мне, отец называется, — фыркнула ЧК. Прошло около часа, и Василиса ощутила, что сильно дрожит. Холодно… Все-таки май только начинается и разгуливать в тоненькой кофточке рановато. Если бы она знала, что ее запрут в сарае, то оделась бы потеплее. Подумав об этом, Василиса хмыкнула. Движение отдалось в щеке легкой болью. Но тем не менее девочка попыталась сосредоточиться. -Вот это правильно, — кивнула Диана и поддерживающе посмотрела на подругу. Та в ответ улыбнулась. С чего вдруг Эрику вздумалось писать ей записки? Она заметила, как он испугался отца. А Норт выглядел изумленным и заинтригованным — значит, явно ничего не знал о записке. -Я позже узнал обо всём, — доверительно сообщил ей Норт. Вздохнув, Василиса крепче обхватила колени руками. Ладно, со всем этим она позже разберется. Но прошло около трех часов, а за ней так никто и не явился. -Ты издеваешься? — вкрадчиво поинтересовалась Селена. Мужчина ничего не ответил. Вздохнув, Василиса крепче обхватила колени руками. Ладно, со всем этим она позже разберется. Но прошло около трех часов, а за ней так никто и не явился. Фэш поднял бровь: -Не понял… -Это сон, вроде… -Хм, вещий сон, позволь заметить, — прокомментировал Константин. -Духовная кровь… — как бы невзначай произнёс Диаман. Василиса взмахнула ими — вышло это абсолютно легко, будто она летала всю жизнь. Дивное, невесомое ощущение возникло в самой ее душе, поднимаясь легкими толчками, и вскружило счастьем голову. Василиса взмывала все дальше и дальше, ввысь, наслаждаясь удивительным чувством — радостью свободного парения. Пушистые облака неожиданно сменились звездами, дружелюбно мерцающими вдалеке… И вдруг в мягкой бархатной темноте вспыхнули тысячи огненных лестниц, они заслонили собою все небо. -Точно вещий, — фыркнул Фэш. -А ты сомневался? — спросила Василиса. -Семейные разборки позже, голубки, — подколола Время Захарра, Нерейва одобрительно хихикнула. -Я возьму тебя в Чернолют, — голова Бронера одобрительно закивала, Захарре пришлось руками останавливать её. ЧК хмыкнула. Василиса растерялась и не знала, куда же ей лететь: крылья опалил жар, идущий от пламени тысяч ступенек, стало трудно дышать. «Давай, — прошептал в ухо мягкий шелестящий голос, — поскорей, осталось немного… совсем чуть-чуть, главное, выбери правильную дорогу!» -Круто! Раздвоение личности! — сыронизировал Лёшка. «Нет! — перебил голос другой, более резкий и грубый. — По лестницам из огня нельзя ходить! И кстати, разве она знает, куда идти?» -Эм, нет, растроение личности?! — исправил Ник. -Да, походу на то… -Я здесь вообще-то. -Не волнуйся, ты нам этим не мешаешь, — усмехнулся Ник. Раздался громкий неприятный смех. Василиса вздрогнула и застыла в нерешительности, замерли неподвижно ее крылья. «Не сдавайся!» — испуганно произнес первый голос. Но девочка почувствовала, как ее понесло назад со страшной силой. Словно кто-то отматывал кадры на кинопленке: мигающие звезды стремительно уплывали вдаль и таяли, превращаясь в чуждые бледнеющие точки, пока их совсем не скрыл густой серый туман, возникший неизвестно откуда. Туман лез в уши, рот, глаза — крылья потяжелели и намокли, пока совсем не обмякли. Руки-ноги Василисы задубели, словно скованные ледяной броней, она не могла пошевелить даже пальцами! Девочка падала вниз, словно камень, сорвавшийся с обрыва, — тихо, стремительно, неумолимо; и видела, как все быстрее приближается земля… Еще немного, и она разобьется! Так страшно, страшно! Холодно!.. Все промолчали, хотя многие хотели сказать пару ласковых… — Мама! — закричала Василиса и проснулась. Она лежала на охапке сена, свернувшись калачиком. Несмотря на это, девочка так закоченела, что зуб на зуб не попадал. Снаружи потемнело — наступил вечер. Василиса вскочила и начала размахивать руками и ногами, чтобы согреться. Она несколько раз подпрыгнула, но больно стукнулась о низенькую ветхую балку, вдобавок на нее сверху посыпалась труха. -Неудивительно… — закатил глаза Фэш и получил локтем в бок. — Ауч, за что?! — он улыбался. -За всё хорошее и не очень, — мило улыбнулась Василиса, продолжая слушать отца. Нет, так не пойдет… И девочка вновь уселась на солому, поджав под себя ноги. Ну и странный сон ей приснился! Красные крылья, лестницы, голоса… Наверное, это от голода. -Конечно от голода! — закивала Захарра, — и от холода, и от усталости! — уже укоризненно произнесла она. -Ну всё, всё, не горячись, — усмехнулся Маар. А вот интересно, можно ли так летать в открытом космосе? Нет, там же нет воздуха… Хотя можно ведь научиться задерживать дыхание надолго? Честно говоря, плавала Василиса неважно, а ныряла еще хуже. Но если лететь в вакууме, скажем, одну минутку, вполне можно научиться. Хотя постойте! В космосе наверняка жуткий холод, и, чтобы там выжить, нужна не только способность надолго задерживать дыхание. -О, Великий Эфларус, о чём ты думаешь?! — спросил Марк. -Я тоже иногда задаюсь этим вопросом… — хмыкнул Фэш. -Ты вообще за кого?! — возмутилась девушка. -Конечно за Время! -А, то есть за себя?! Ну, я запомнила, — сказала девушка и дала знак отцу, чтобы продолжил читать. Ее научные и не очень рассуждения были прерваны звуком приближающихся шагов — кто-то крался к сарайчику. Василиса прислушалась. Шаги замерли у самой двери. — Эй, сестричка! — Голос Норта раздался, словно гром среди ясного неба. — Ты там не замерзла? Послышался то ли смех, то ли писк. Ага, значит, и Дейла здесь. Норт захохотал, а Дейла покраснела: -Ну, спасибо! -Не за что, сестрёнка, — засмеялась Василиса вместе с остальными. — Рыжая-рыжая! — затянул Норт. Василиса подняла глаза к потолку и вздохнула. Опять то же самое! Она решила не отвечать. Может, ее кровным родственничкам вскоре надоест издеваться, и они уйдут восвояси? — Если ты не хочешь с нами разговаривать, то мы не скажем, что велел передать тебе отец, — тоненьким голоском сообщила Дейла. И Василиса не выдержала: — Что? Что он велел передать? — Отец просил сказать… — медленно начал Норт, — что ты… рыжая-бесстыжая дурочка! -Да что ты?! Правда, Норт, а я не знал… — усмехнулся Нортон-старший. Пришла очередь краснеть Норта. Раздался дружный хохот. Кажется, здесь был и самый младший — Ноель… Интересно, Эрик тоже здесь? Подождав, пока они успокоятся, Василиса настойчиво повторила: — Так что же сказал отец? Или в твоем крохотном мозгу, Норт, не уместилась эта информация? -Вау, подъёб от бога! — просвистел Лёша, выдержав укоризненный взгляд Нерейвы. БАХ! Дверь сарайчика выдержала сильный удар снаружи. Василиса впервые обрадовалась, что та крепко заперта. — Ах, как благородно, Норт, вызволять меня таким способом! -Боже, а Алексей прав! — пустил смешок Диаман. — Отец велел нам освободить тебя вечером, — прошипел Норт зловеще, — но госпожа Азалия сказала, что вечер долгий и нам можно не торопиться… Угадай, кого мы послушаем? -Меня. — Холодно произнёс Нортон-старший. — Ну так и убирайтесь к своей нянечке, маленькие детки! -Слушай, за пять минут ты успела оскорбить их ровно столько, сколько ты бы их не оскорбила и за месяц в Черноводе, — усмехнулась Захарра. -Бывает… Василиса расстроенно плюхнулась обратно на сено. Так и знала, что ничего из этого разговора не выйдет. — Ладно, не кипятись, — неожиданно произнес Норт примирительным тоном. — У меня есть одно предложение… — Какое? — сразу насторожилась Василиса. — Мы тебя выпустим, если ты расскажешь, от кого та записка и что в ней, — равнодушным голосом произнес Норт. Он кашлянул, стараясь скрыть истинные чувства. — Ну, что скажешь? Мысли Василисы понеслись одна быстрее другой. Видимо, Эрик пока что ничего не сообщил брату о записке. Значит, это не розыгрыш… — Она все равно не расскажет, — пропищала вдруг Дейла, Дейле снова пришлось краснеть. Николь хихикнула. — наврет нам сейчас с три короба… — Нет, расскажу, — поспешила заверить Василиса. Мысль о возможном освобождении взволновала ее необычайно. — Только я почти уверена, что вам этого говорить не стоит. -Ну хоть у кого-то голова на месте! — проговорил Нортон-старший, — хоть кто-то думает, прежде чем сказать. Норт хмыкнул. — Ты, главное, скажи! А мы уж сами решим, стоит или не стоит. — Сначала откройте дверь, мне и так уже надоело кричать! -Да неужели, Огнева, это шантаж?! — изумился Ярис, — Неужели они тебе поверили. -Сейчас узнаешь… Василиса на цыпочках подошла к двери. В саду было очень темно, но через щели пробивалось слабое пятно света. «Взяли с собой фонарик, что ли?» Снаружи шло совещание. Наконец Норт опять стукнул в дверь. — Ладно, мы тебя выпустим… Только не вздумай убежать, — угрожающе предупредил он. -Идиот, — проговорил Марк, прижав ладонь ко лбу. -Знаю. Фэш вдруг заулыбался: -Да ты хитрюга… — прошептал он девушке на ухо. -А ты не знал? — улыбнулась она в ответ. Луч света метнулся ближе. Послышался лязг открываемой задвижки. Василиса поняла — сейчас или никогда. Она изо всех сил толкнула дверь. Раздался чей-то хриплый вскрик и звон разбитого стекла. Василиса стрелой выскочила наружу, на ходу увернувшись от чьих-то протянутых рук, и, судя по писку, раздавшемуся где-то снизу, нечаянно сбила с ног Дейлу. -Видишь, нечаянно! — воскликнула Василиса, видя что Дейла хотела что-то сказать. -Ну ладно, — проворчала она. После чего припустила к дому напролом через кусты и клумбы, ориентируясь только на свет, льющийся из окон, — такая была вокруг темнота. Василиса не обращала внимания на проклятия и угрозы, несшиеся ей вслед. Свобода! -Свобода попугаям! СВОБОДА! ПоПуГаЯм! — воскликнул Лёша. Половина залы засмеялась, половина улыбнулась, никто не остался равнодушным. -Матушка, — обратился Нортон-старший к ЧК, та приняла книгу и сказала: -Теперь моя очередь…