Зеленокожий

      Сука, до чего же сильно у меня болит плечо! Хорошо хоть кровь свернулась, так что смерть от кровопотери мне не грозит, но открытая рана это всё же плохо. Сколько, интересно, я тут уже лежу, изображая труп? Вроде рядом со мной продолжают ходить, гремя доспехами и оружием солдаты. Сука! Ну какого лешего я так громко вскрикнул, стоило мне увидеть своё отражение в луже? Хотя, не каждый же день ты умираешь от руки бандита всадившего тебе нож в бок и перерождаешься в новом мире. Да ещё и в теле, не принадлежащем человеческой расе. Ладно, к черту воспоминания из прошлого, сейчас мне не стоит шевелиться или дышать. Иначе велика вероятность, что убьют.       Сердце стало колотиться ещё быстрее, после того как я услышал громыхание копыт совсем близко от своего лица. Не рыпаюсь, изображая из себя труп уткнувшись лицом в землю, так что я вообще не вижу тех, кто проходит возле меня. Кто-то пару раз ткнул меня носком ботинка и древком оружия. После чего до моих ушей донеслась тарабарщина на едва ли понятном мне языке, из которого я понял лишь фразу "Идём". После этого люди начали не спеша отдаляться от меня, пока я вообще не перестал слышать их шаги. Ещё какое-то время лежал полностью неподвижно, а после поднял голову. Как оказалось проходящие рядом со мной люди отошли не слишком далеко и сейчас, в паре метров от меня, обыскивают трупы огромных под два - два с половиной метра ростом существ с кожей, цветовая гамма которых варьируется от тёмно-зелёного до чисто зелёного. Стоило мне слегка покрутить головой, как тут же на душе стало мерзко. Совсем рядом со мной лежит свёрток в котором некогда лежал грудной малыш; тело превратили в кашу из мяса и костей всадники, проскакавшие по нему. А возле его останков лежит тело матери, тянущей руку в сторону ребёнка. На спине этой женщины был такой же глубокий порез, как и на моей.       С трудом я подавил в себе желание зарычать от злобы на собственную слабость. В памяти так и стали мелькать кадры того, как горит палаточный лагерь, слышу жуткие боевые кличи и рык, ржание коней и чувствую запах крови в воздухе. Эта женщина... она спасалась от конников, что неслись прямо на неё, а я выскочил у них на пути с копьём на перевес. Мне ни одного не удалось убить. Один из врагов легко обошел меня и нанёс удар длинным мечом порезав мне грудь но не убил. Упав на колени, я развернулся назад и смог разглядеть, как этот же самый рыцарь порезал спину убегающей женщине, а я в этот момент получил сразу два удара. Один пришел мне в плечо копьём, а второй мне спину мечом, а после - темнота. А ведь этот парень, в которого я угодил, хотел защитить эту женщину, а он даже не смог нанести всадникам урон. Жалко мне его, но на реализацию мести нет ни времени ни возможности.       Ещё раз взглянул в сторону копошащихся по телам людей. Лишь один из отряда одет в полноценные латы, ехал верхом на коне, а вот все остальные разодеты в кольчуги и простенькие шлемы без забрал. На спине рыцаря красовался плащ с вышитым на нём золотым львом на черном фоне.Что же, запечатлею-ка этот герб у себя в памяти, чтобы знать кому мстить в будущем. В мою сторону никто не смотрит, так что могу по тихому пытаться уходить отсюда. Так, вроде на корточках стоять могу; всякий раз как я пытаюсь двигать правой рукой, отдаёт невероятной болью в плече. Ладно, не выпрямляясь, иду на корточках, стараясь не наступать на лужи. До моих ушей доносятся крики и вопли, на ровне со звериным рыком. После был непродолжительный вопль и крик людей, а за ним последовало скрещивание клинков, несколько вскриков умирающих, а после всё замолкло. Очередного выжившего добили. Надо поторопиться, а то скоро разделю его участь.       Вся земля была залита засохшей кровью, как красной так и черной, что принадлежала как оркам так и людям, тела которых уже давно забрали выжившие. Мертвецы лежали повсюду. Воины, старики, женщины дети, здесь лежали все. Уже несколько раз я наткнулся на тела девушек, одежда которых разорвана, глаза полны пустоты. А от внешнего вида некоторых убитых, меня прямо таки тянет выблевать все свои внутренности вместе с трапезой, которую я ел перед началом нападения. Ладно бы, тут были только изнасилованные мертвые девушки, в конце концов для меня видеть подобные картины не впервые. А вот смотреть на трупы детей, так же в обрывках одежды и со следами спермы на теле - пиздец как омерзительно! Об труп одного из таких вот несчастных я и споткнулся, после чего всё таки не выдержал и вырвал. Я как раз дошел до самого края лагеря так что мой процесс опустошения желудка никто особо не услышал, так как основное число нападавших собралось ближе к центру. Немного осмотревшись вокруг, замечаю длинный нож из черного метала, лезвие которого было слегка закручено назад и имеет по середине слегка выгнутый вперёд изгиб, напоминающий отдалённо шип. Не теряя времени быстро хватаю этот нож в здоровую руку и продолжаю идти вперёд осматриваясь по сторонам и прислушиваясь к каждому шороху.       Ноги начинают ныть сильнее с каждым новым движением. Глаза начинают тяжелеть, но мне надо идти. Останусь в этом могильнике и точно закончу свои дни как прочее соплеменники. Минутку, я что осознаю себя как орка? К дьяволу всё это, лучше не отвлекаться от своей основной цели. Переступив через одно из последних тел на краю лагеря, я уставился вниз, стоя на краю скалы. Вся территория вокруг холма была утыкана кольями с насаженными на них головами моих новых сородичей. Внизу ещё продолжают работать солдаты, заканчивая работу по столь неблагодарному делу. Пару секунд я со злостью в сердце смотрел на действия людей внизу, а после запихнул клинок на пояс и стал спускаться вниз, хватаясь здоровой рукой за уступы. Как спущусь вниз рвану на запад в лес. В нескольких метрах отсюда есть речка, которая втекает в небольшую пещеру где меня уже точно не найдут. Надеюсь, что я туда доберусь.       Спустившись вниз, я чуть не упал. Ноги держат меня всё хуже и хуже, так что не факт, что я доберусь до реки, но я должен попробовать. Местный аналог луны, скрылась за тучами и люди начали постепенно зажигать факела, что выиграет мне время. Не смотря на кромешную темноту, я отлично вижу, чем и пользуюсь на полную. Встаю в полный рост игнорируя и боль в спине, и жутко ноющие ноги, выпрямляюсь и с максимально доступной мне скоростью иду по каменистому пустырю в сторону леса, пробегая мимо копий с насаженными на них головами. В разуме то и дело мелькали образы, связанные с моим прошлым. Или это прошлое орка, в которого я угодил? Хотя без разницы, я всё равно стал с ним одним целым, так что же мне мешает принять эти воспоминания как свои собственные? Вон, висит голова старшего брата. Только сегодня с утра сыграл свадьбу, на которой я напился грибной вытяжки и уснул. Кажется, тогда впервые и попробовал местный алкоголь и ощутив последствия от него зарёкся больше не пить. Вон, голова старика Уругара. Старый ворчун, что всегда ставил свою юрту на отшибе от большинства сородичей. Он предпочитал проводить время практикуясь с двумя мечами в одиночку, но изредка устраивал настоящие представления с использованием своих клинков. Я не любил мечи, предпочитая топоры, но всегда завороженно смотрел на смертельные танцы старика. Он был первым, кто увидел приближающихся людей, а также смог убить нескольких конников, перед тем, как его нашпиговали стрелами лучники. Эти чертовы воспоминания всё сильнее терзают душу, а желание со звериным рыком кинуться на первого попавшегося человека только усиливается. Но надо держать себя в руках. Отомстить ещё успею.       Кажется, кто-то из людей позади меня закричал, но я не оборачивался. Просто ковылял как можно дальше в лес, стараясь не споткнуться об корни, прикрывая лицо от веток кустов и деревьев. Когда я уже услышал журчание бурной речки, ноги меня уже почти не держали, поэтому до места назначения я дошел, держась рукой об толстенные стволы деревьев. Особенно весело мне было на четвереньках копошиться на берегу, высматривая среди камышей и тины нужные мне растения, чтобы хоть как-кто залечить раны. Юнец, в которого я угодил, кое-что знает про местные растения, особенно про целебные, которые лично частенько собирал. Ага вон он, среди камышей! Здоровой рукой я схватил цветок с девятью синими листьями и со всей силы потянул на себя. Длинный стебель не выдержал давления и лопнул, разбрызгав по округе немного сока, правда в лепестках его намного больше. Самое главное поднести лепестки к ране и капнуть немного сока на место ранения... Сука, как же больно! Твою мать жжется немерено, словно раскалённым железом рану прижигаю. Впрочем, именно такой эффект сок цветка всегда и оказывает, стоит ему попасть на рану; есть даже вероятность обжечь здоровую кожу, если пролить на неё много сока. Ладно, грудь уже обработал, теперь надо на спину и плечо хоть немного капнуть... Ах, зараза жжется даже сильнее! Ладно, с этим закончил. Надеюсь мне хватит сил, доползти до укрытия.