Шутка богов

Сколько я провел в больнице - не помню. Дни превратились в унылый серый поток часов, а их монотонность разрушало только появление Кириана. Надо сказать, что приходил он довольно часто (почти каждый день) и всегда травил байки о своей походной жизни пограничника. Да, он оказался военным, что и было видно по его телосложению: высокий, широкоплечий, всегда уверенно чеканит шаг. Однако, к моему удивлению, он отличался от привычных мне солдат. Ни для кого не секрет, что в нашей армии люди становятся овощами, Кир же был очень начитанным и образованным человеком, что было видно по тому, как он говорит. Любопытство в моих глазах очень радовало его, ведь, как выяснилось, Ренинхарн не особо интересовался делами любовника. Сегодня был один из таких дней. Кир рассказывал о том, как на них напали драггоры (помесь драконов и динозавров, хотя фиг знает, чем они отличаются) и даже показал перебинтованную руку, по которой прошлось когтями это чудовище. Моему восторгу не было предела. Не буду лукавить – сам служил, еще и фэнтези увлекался в родном мире, так что каждый рассказ был для меня словно новая книга любимого жанра. В дверь постучались. - Войдите, – обернулась моя шизофрения к двери. В палату вошла наша старая знакомая – медсестра-боксер. Я, кстати, до сих пор не понимал, почему она здесь работает, если по устройству их мира она должна шиковать. Необычное хобби? Возможно. - Господин Ренинхарн, лорд Кириан, – она поклонилась нам обоим, что было уже странно, потому как все время, что я здесь провел, она относилась ко мне чуть лучше, чем к предмету меблировки. – Я принесла заключение лечащего врача. Кириан напрягся и выжидательно уставился на женщину, накрыв ладонью мою руку. Я незаметно отстранился. Нет уж, драгоценный, не так быстро. Два года в армии заставили меня понять, когда стоит пресекать подобные выходки. С сожалением на меня посмотрев, он вновь обратил внимание на упыриху. - И что там? – мне показалось, или его голос дрогнул? - Многоуважаемый Айран постановил, что болезнь лечению не поддается. Это первый случай в нашей практике, когда больной не только не помнит ничего о себе, но и не имеет ни малейшего понятия об устройстве мира, в котором он живет. Исходя из этого, было принято решение выписать господина Ренинхарна сегодня же. Мне очень жаль, но мы оказались бессильны, - тем же официальным тоном заявила женщина. Глюк прикрыл глаза, принимая неприятную весть. Что ж, этого стоило ожидать. Было бы странно, если бы я помнил обстоятельства не своей жизни. Хотя, Кира было жалко – он хороший парень и не заслужил подобного. Но с этим ничего не поделаешь. - Хорошо. Я понял,– хрипло ответил он и повернулся ко мне, невесело усмехнувшись. – Сейчас я съезжу к нам домой и привезу твои вещи. Надо же, уже сегодня я смогу забрать тебя отсюда. Не скучай, – он поднялся и вышел, ничего больше не сказав. Куда он съездит? К нам домой? Так мы еще и живем вместе? Я чуть не заработал себе инфаркт. А задачка-то со звездочкой. Как можно уберечь себя любимого от домогательств, если предполагаемый их источник находится с тобой под одной крышей? Да и выходить из больницы я не хочу. Здесь есть хоть какое-то чувство защищенности, а что ждет меня снаружи – не известно. Хотя и так было понятно, что рано или поздно встретиться с новым миром мне придется и до «долгожданной» встречи оставались считанные минуты. *** Я стоял на пороге шикарного особняка, и боялся зайти внутрь. Вот и мой новый дом. Кир потянул меня за руку внутрь. - Чего встал? – усмехнулся он, ведя меня по длинному коридору. – Растерялся? - Нет, просто не могу поверить в то, что это все мое, – я осторожно высвободился и пошел рядом с ним. - Ничего, привыкнешь. Хоть ты и бастард, семья тебя без денег не оставила. Я сообщил им о случившемся, но они так мне и не ответили, хотя, думаю, скоро нанесут нам визит. Я сглотнул. Мало мне проблем, так еще и визит родственничков намечается. Красота, что еще сказать. Тем временем воин показывал мне дом, сопровождая экскурсию смешными историями из его совместной жизни с Ренинхарном. Как я ни старался косить под богатенького дурачка, мне это слабо удавалось, да и хватило меня всего на два дня. - А вот и наша спальня, – мы подошли к очередной комнате. Она оказалась довольно просторной и уютной. Я бы даже сказал, что она мне понравилась, если бы не словосочетание «наша спальня». - Эм… А можно я буду спать в гостиной? – робко поинтересовался я, не горя желанием делить койко-место с представителем нетрадиционной ориентации. - Нет. И не проси. Я, кажется, уже говорил, что от меня тебе избавиться не удастся, - отрезал он, но затем улыбнулся чуть мягче, уже выходя из покоев. – Я не хочу тебя снова потерять. Что значит снова? Они уже расставались? Сплошные вопросы и хоть бы кто ответил на них. Я вздохнул и почесал в затылке, ероша и без того взлохмаченные волосы и осматривая новые владения. Кровать-траходром - одна штука, шкаф - одна штука, камин, кресло и журнальный столик – вот и все убранство. Мой взгляд зацепился за зеркало на стене. Оттуда на меня смотрел красивый болезненный юноша с ярко-голубыми глазами и длинными серебряными волосами, превратившимися моими стараниями в воронье гнездо. Нет, с шевелюрой надо определенно что-то делать, долго я так не протяну. Взяв с журнального столика кинжал, я повертел его в руках. Может я и не парикмахер, но мучиться с этим кошмаром не намерен. Поудобнее перехватив рукоятку, я занес руку над этим непотребством. Именно этот момент выбрал сектант-алкоголик, чтобы вернуться. Да, я представляю, что за картину он увидел: любимый парень с обреченным видом заносит над своей головой кинжал. Кир рванулся ко мне и, больно сжав запястье, выбил железяку из руки, прижимая к стене. Я попытался вывернуться, но мне это не удавалось. Все же, как я скучаю по своему родному телу, сильному и накачанному, не то, что эти конечности суслика. - Пусти, – пропыхтел я, не оставляя попыток вырваться. - Ты что задумал? – рявкнул на меня этот Цербер. Помнится я сравнивал его с задохликом? Так вот, ничего подобного. Орет он - будь здоров, я даже испугался. А он тем временем продолжал драть глотку. – Я все понимаю, но это не повод умирать! Ты еще сможешь вернуться к обычной жизни! Ты слышишь меня? - Слышу, не ори, – проворчал я, морщась от боли. – Я с тобой абсолютно согласен: желание отрезать волосы – не повод, чтобы умирать, поэтому можешь быть спокоен, я не тупой. Пару минут я наслаждался медленно вытягивающимся лицом моего сожителя. Уж извините, любовником я его назвать не могу. - Отрезать волосы? – переспросил он, мигая глазами. - Угу. Он уткнулся лбом мне в плечо, разжимая руки, и облегченно выдохнул. Понять не могу, почему он меня принимает за суицидально настроенную истеричку? Не зная, что делать, я так и стоял столбом, не смея пошевелиться. Наконец, мужчина поднял голову и отошел на несколько шагов, подбирая злосчастный кинжал. - А я уж было подумал, что ты снова решил покончить с собой. Я так скоро параноиком стану, – он невесело усмехнулся. – Ладно, пойдем, цирюльник, слуги уже на стол накрыли. *** Я сидел на кровати, периодически шипя от боли. Нет, это не то о чем вы подумали. Кириан расчесывал мои волосы, периодически дергая за колтуны и тихо матерясь. Как он мне объяснил, волосы были показателем того, что я принадлежу к знатному роду и чем богаче род, тем длиннее патлы у отпрыска дома. Таким образом, моя мечта отстричь это издевательство оказалась неосуществимой, что очень и очень меня расстроило. - Слушай, Кир, а может, я их все-таки отстригу? – с надеждой произнес я, когда мужчина закончил терзать мою многострадальную голову. - Ни в коем случае, иначе мне придется тебя наказать. Меня аж передернуло от такой угрозы. Заметив мою реакцию, он провел рукой по моей щеке, вызывая новый приступ отвращения. Интересно, как долго я смогу продержаться при таком напоре? Пусть сейчас он практически не пристает, но рано или поздно ему надоест ждать и тогда… Бр-р-р, не хочу об этом думать. Сгребая меня в объятия, глюк завалился на кровать, будто не замечая того, как активно я его пинаю. Прижимаемый к крепкому телу, я уловил быстрый стук его сердца. Ох, беда. Нет, все же с этим надо разобраться. Вот только не сегодня. Уютно устроившись в сильных руках, я все-таки расслабился. Как говорится, если вас насилуют – расслабьтесь и получайте удовольствие, тем более, что мы до этого, слава богу, не дошли. Уже засыпая, я услышал тихое признание, сорвавшееся с губ Кира.