***
Придя в участок, я в очередной раз надеюсь, что сегодня будет что-нибудь интересное. Конечно, практически все прошлые дни были скучны и невыразительны, но ведь после года работы что-нибудь интересное обязано произойти. И это не я говорю, а наука — теория вероятности! Но прямо с порога ко мне обращается мой старший коллега, Бен, который плевать хотел на все фундаментальные законы вселенной: — Ты как раз вовремя, Джек! — говорит он со странным облегчением в голосе, что не сулит мне ничего хорошего. — К нам поступил вызов от женщины из Уэстбрука. Обещает быть интересным! — Когда ты говоришь, что будет интересно, всё обычно невероятно скучно, — устало замечаю я. — Да ладно тебе, не будь пессимистом, — Бен тщетно пытается задействовать свои скудные актёрские способности. — Слушай, ты можешь съездить один? Ко мне в гости приехали родственники и теперь у меня совсем нет свободного времени. — Они так часто к тебе приезжают, сколько их у тебя? Я работаю с тобой год, а в это оправдание не верил уже со второй недели. Может придумаешь что-нибудь новое? —Ну, знаешь ли… — кажется я совершил чудо и смог заставить его хоть немного смутиться. — Так ты поедешь? Я в долгу не останусь, ты ведь меня знаешь. — В том-то и дело, что я слишком хорошо тебя знаю. Ладно, поеду один, но это в последний раз! — видимо есть вещи, которые не под силу никому. Пробудить совесть Джека одна из них. На что я вообще надеялся? Выслушиваю его неубедительные благодарности и уточняю всё необходимое, отправляясь в путь.***
Честно говоря, не так я представлял работу полицейского. Где захватывающие погони и опасные перестрелки? Меня, конечно, предупреждали, что глупо ожидать чего-то подобного в нашем захудалом городке, ведь такое редко случается даже в мегаполисах. Но я всё равно продолжаю надеяться. Не обнаружив звонка, громко стучусь в дверь, ожидая на крыльце. Спустя пару секунд, хозяйка торопливо подходит к двери и открывает её. — Здравствуйте, вы из полиции? — тихо спрашивает она. — Да, из полиции, — отвечаю я, бросая выразительный взгляд на свою форму, смущая её, а потом смущаюсь сам, осознавая, что у неё могут быть проблемы со зрением. — Ох, может зайдёте, выпьете чаю? — интересуется женщина. — Почему бы и нет? — принимаю приглашение. Прохожу в дом, осматриваясь вокруг и пытаясь подметить какие-нибудь подозрительные детали, которые выдадут в бабуле бывшую наркобароншу, но единственное, что я вижу — сияющий чистотой дом, заставленный на удивление комфортной винтажной мебелью, умели же раньше делать! Все поверхности едва ли не блестят, будто их протирают несколько раз на дню. Съев угощения и выпив чай, спрашиваю её о причинах звонка в полицию. — Видите ли, давным давно хозяин дома напротив переехал. С тех пор я его не видела, да и дом его давно разграбили. Но недавно мне начало казаться, что кто-то в нём кто-то поселился, — быстро выпаливает она. — Вы хотите чтобы я проверил, живёт там кто-то или нет? – спрашиваю, немного удивлëнный прямого старухи. Такие обычно рассказывают историю своей семьи со времëн пилигримов, прежде чем переходят к делу, а эта даже ничего не сказала, когда я засмотрелся на старую фотографию брюнета в нелепом красном пиджаке, у неë на книжной полке. — Ну, да... — неуверенно говорит старушка, будто бы немного стыдливо отводя глаза в сторону. Всё понятно, ситуация обычная. Часто встречаются старики, вызывающие полицию или скорую по любому поводу, просто чтобы не чувствовать себя одинокими. Видимо, она делает это впервые. Придётся подыграть, ведь её немного жалко, выглядит она очень нездоровой. Да и не стоит создавать себе дурную славу среди стариков — ничем хорошим это не закончиться. Они ведь как голуби — у них есть какая-то ментальная связь. В любом случае, не помешает всё проверить. Перед тем, как я ухожу, она протягивает мне огромный железный ключ, будто из сказки. Говорит, что может пригодится. Крутить пальцем у виска не прилично, поэтому я просто беру ключ, чтобы никто не остался обиженным. Перешагиваю через порог заброшенного дома, пройдя мимо сорванной с петель двери, и встречаю типичные признаки заброшенного здания: пустые помещения с кучей мусора и граффити, хаотично нанесённые друг на друга. Первый этаж, как и ожидалось, оказался пуст, подтверждая мою теорию об одинокой старухе. Уже собираюсь назад в участок, но резко передумываю — взыгрывает паранойя. Может тут действительно кто-то есть? Тщательнее осматриваю этаж, даже заглядывая под пустое ведро, и поднимаюсь наверх. Тут всё куда более цивилизованно, вандалы едва оставили следы своего пребывания здесь. Проверяю комнаты, надеясь встретить кого-нибудь, но помещения, одно за другим, меня разочаровывают. Осматривая последнюю комнату, чувствую отчаяние. Неужели опять ничего интересного? Внезапно замечаю что-то за шкафом. С небольшим усилием отодвигая его, оказываюсь перед прежде скрытой дверью. Эта дверь покрыта узорами, куда массивнее других и сделана из какого-то металла — по еë виду кажется, что еë очень давно не открывали. Замечая замочную скважину, радуюсь заранее взятому ключу, просовывая его внутрь и слыша металлический звон. Толкаю дверь вперёд и захожу внутрь, застывая от удивления. Комната вся в пыли. Не той, что собирается на шкафах и под кроватями ленивых людей, а будто бы вековой. Комната не слишком большая и оставленная скромно: письменный стол, простой деревянный стул, большой шкаф и немного не вписывающееся в настроение комнаты, которая, скорее всего, была кабинетом, кресло. Несмотря на то, что открывал я её очень аккуратно, движущаяся дверь поднимает в воздух столпы пыли. Ладно, это слишком интересно, нужно осмотреть. Захожу в комнату, продвигаясь глубже. Чтобы двигаться вперёд, приходится высоко поднимать ноги над полом — иначе можно увязнуть, будто в трясине. Из-за этого воздух заполняется ошеломляющим количеством пыли. Нос не справляется, и я захожусь в кашле, с трудом добираясь до кресла в углу комнаты, рядом со шкафом, и усаживаясь в него. Оно на удивление мягкое, покрытое красной тканью с чëрным узором. Подождав пока пыль хотя бы частично осядет вниз, бросаю взгляд на шкаф. Он очень старый, скорее всего куда старше всей мебели здесь, хотя это трудно определить точно из-за толстого слоя пыли, покрывающего всю комнату. Когда я приглядываюсь, я замечаю на нëм такие же узоры как на двери и ключе. Он меня сильно заинтересовал. Несмотря на удивительное удобство кресла, которое чувствуется будто продолжение меня самого, и непонятную усталость, поднимаюсь на ноги и подхожу к шкафу. Раскрываю дверцу, надеясь хотя бы на клад, но едва не падаю с ног, сшибленный волной пыли, падающей на меня из него. Какого чёрта её так много? Раздражённо пинаю кучу, скопившуюся у моих ног, вымещая раздражение. Я буквально чувствую, как огромное количество пыли покрывает мои волосы, меняя их цвет с рыжего на чëрно-серый. Вновь захожусь в кашле. Резко навалившаяся усталость, затмевает злость, заставляя рухнуть назад в кресло. Откидываясь на его спинку, закрываю глаза и пытаюсь успокоится, глубоко дыша. Последнее, что было в поле моего зрения – это моя форма вся покрытая пылью. Чëрт подери, как же сложно будет еë чистить. Надо же было этой бабке тратить время полицейского на такую глупость. На старости лет решила поиздеваться на полицейскими. Ну ей это с рук не сойдëт, хотя бы пригрозить ей надо, а то она войдëт во вкус. Обязательно так и сделаю, только ещë полежу немного...***
Сколько же проблем с этим Джеком! Конечно, я тоже таким был — пересмотревший боевиков подросток. Но я быстро это перерос, а он всё никак не уймётся. Всё, как только его найду сразу выбью нам какое-нибудь серьёзное дело, может тогда у него сразу мозги на место встанут, пойдет что тишина и покой – это лучшее чего может делать полицейский. Хотя какое серьёзное дело, если он на пустяковом вызове умудрился найти себе приключений? Он куда-то делся, а меня спросят, почему он один поехал на вызов? И ведь не ответишь, что устал — это не оправдание. Про родственников лучше вообще не заикаться, всё равно как обычно не поверят. Оказавшись по адресу, я позвонил в дверь, но так и не дождался ответа. Странно. Заговорив с проходящим мимо соседом узнал, что сюда заезжал мужчина в полицейской форме, после чего отправился в соседний заброшенный дом. Услышав об этом я буквально рванул к тому дому, поблагодарив прохожего. Ведь в заброшенных домах много вариантов получить серьëзные травмы, и чем скорее будет оказана помощь тем лучше. Вот я и внутри дома. Один мусор, пыль и разрисованные стены. Чёртовы подростки, совсем им нечем заняться — на стенах рисуют. Я в их возрасте занимался спортом и готовился к службе! Сейчас, конечно, себя распустил, но всё же! Пока добрался до последней комнаты весь иззевался, ведь очень быстро убедился, что дом не опасен и скорее всего Джека тут нет. Однако последняя комната таила в себе сюрприз, который меня взбодрил. Огромная приоткрытая металическая дверь явно привлекающая к себе внимание. Подхожу ближе и заглядываю внутрь, заходясь в кашле. Ну и пылища! Внутри я вижу просто оставленную комнату, с письменным столом, простым деревянным стулом, креслом, на котором лежит огромная куча пыли, большим шкафом и на удивление чистым для данной обстановки диванчиком, стоящим посередине комнаты, будто на показ, и обтянутым синей тканью с простеньким оранжевым узором. Дверцы шкафа открыты. Матернувшись, подхожу ближе и заглядывают внутрь. Ни черта не видно из-за пыли, но он вроде там не спрятался, и на том спасибо. На полу комнаты видны тяжëлые следы, которые ведут к креслу и шкафу; и лëгкие следы, менее чëткие, ведущие от шкафа к креслу и стулу, после чего они покидают комнату. Видимо Джек тут был, но уже ушëл. Шикарно, где же его теперь искать? Видимо придëтся идти с повинной к начальству. Чëрт, вот и пошла по миру моя премия... Что-то я совсем устал, прежде чем идти стоит присесть. Стул подо мною оказывается на удивление мягким, будто продолжение моего тела. Сегодня и так вымотался, а тут ещё этот недотёпа… Куда же он делся? Кажется я слишком утомился, глаза так и слипаются. Ещё немного посижу и пойду. Ещё немного посижу и пойду. Ещё немного...***