Мята и сирень

      Был поздний вечер, большинство людей уже были в своих уютных домах: кто-то, зарывшись в подушку, готовился ложиться спать, кто-то только пришел домой и радовался, что этот тяжелый день уже закончился. Но были и люди, которые были не такими, как эти любители спокойствия и уюта. Маринетт шла по городу с бутылкой ликера. Она знала, что пьет его не так, как другие, но ей было все равно. Сделав очередной глоток, чуть скривившись, Дюпэн-Чен подставила лицо неспешному потоку воздуха. Идя по ночному Парижу, Маринетт разглядывала ночные улицы. Мягкий свет фонарей освещал дорогу.       Непонятно, почему эта девушка шла одна, да еще и распивала алкоголь. Многие бы подумали, что этой милой на вид девушке лет шестнадцать, но те люди, что её знали, понимали, что этой малышке уже девятнадцать лет. И вот, эта самая малышка шла домой после празднования ее Дня Рождения. А праздновать, она и её друзья, решили в доме Адриана. Так как его отец в очередной раз уехал, ему нечего было терять. Натали, как верная помощница Габриэля, уехала с ним.       Родители Маринетт не возражали тому, что она решила праздновать не дома, а у друзей, так как понимали, что их чадо уже повзрослело. Друзья, которые присутствовали на празднике, устроили ей насыщенный день. Они танцевали, спорили, кто-то даже ругался и делали все, что им хотелось. После такого насыщенного дня все устали и хотели домой, но эти люди были счастливы. Сама же синевласка, была не менее счастливой и, уже выходя из особняка, попросила чтоб Адриан оставил подарки, которые ей подарили, у себя, потому что все она бы просто не унесла. Прихватив бутылочку ликера, она поспешила домой. И вот в шортиках и свободной майке, поверх которой была серая толстовка, она шагала домой. И шагала между прочим обычным шагом, не покачиваясь. Маринетт не знала почему, но её сложно было споить. Пила на празднике она не много, и поэтому её можно было считать трезвой.       Ликер взяла, потому что ей нравился этот горьковатый вкус, обжигающий горло. Еще когда Мари было семнадцать, ей подарили конфеты с ликером. Они ей безумно понравились. И так она покупала их каждый месяц. После совершеннолетия, она могла и пить уже чистый ликер. Она этим не злоупотребляла.       Наконец дойдя до дома, голубоглазая пошарила по карманам и, взяв ключи, осторожно открыла дверь. Поднявшись к себе, она разделась и сразу же легла спать.

***

      Сабин Чен только открыла магазин, как уже через несколько минут туда вошли пять парней. Были видно, что они были людьми, с которыми лучше не спорить. Мама Маринетт, даже не взглянув на них, продолжала складывать какие-то вещи в большой чемодан.       — Маринетт вставай, спустись и прими заказ у клиентов. Мы с твоим отцом уже уезжаем, — громко проговорила Сабин. Взяв чемодан, вышла с пекарни и подошла в машине, где стоял её муж — Томас Дюпэн.       Парни откуда-то сверху услышали громкое: — Твою мать!       Через несколько минут с деревянных перил лестницы слетела девушка с растрепанными темно-синими волосами, в шортах и майке. Быстро пройдя на улицу, она так же, как и Сабин, не обратила внимания на парней. Попрощавшись с родителями и, пожелав хорошего отдыха, она облегченно выдохнула. Уже спокойно войдя в дом, и по совместительству пекарню, она обратила внимание на парней, которые стояли у прилавка и были просто шокированы. Уже зайдя за прилавок, она обратила внимание на их лица. Они уже приняли спокойное выражение. Собираясь спросить, что они хотят, она вдруг присмотревшись к двум парням, остановилась как вкопанная.       — Натаниэль, Плагг? — шепотом спросила Дюпэн-Чен.       Парни сначала удивленно на неё посмотрели, а потом рыжеволосый парень, челка которого закрывала один глаз, и брюнет с яркими зелеными глазами, широко распахнули глаза.       — Мари?       Маринетт быстро подошла к парням и обняла их. Парни, не задумываясь, обняли её в ответ. Услышав смешки, синевласка повернула голову. Увидев трех парней, которые ухмылялись, она вопросительно на них взглянула.       — Просто ты так мило выглядишь, — ответил парень с темными волосами, кончики которых были синего цвета. Его голубые глаза заинтересованно её изучали. Отстранившись от своих друзей, она медленно и грациозно к нему подошла. Встав в нескольких метрах от него, она начала рассматривать его. Внезапно он, схватив её за руку и спиной прижав к своей груди, зарылся в волосы синеволосой и медленно вдохнул запах сирени.       — Не стоит этого… — начал было Плагг, зная, на что его подруга способна, но шокировано замер, как и остальные парни. Медленно повернувшись к нему, девушка протянула руку к его волосам и, наклонив его голову, уткнулась носиком в изгиб между шеей и плечом. Синеглазая, так же как и парень вдохнула его запах, только уже почувствовала запах свежей мяты. «Какой же приятный запах, и причем мой любимый » подумали оба.       Простояв так, они отлипли друг от друга, и повернувшись, посмотрели на остальных. Парни, отойдя от своего прежнего состояния, недоуменно взглянули на новоиспеченную пару.       — Вы бы хоть имена друг друга узнали, прежде чем обжиматься, — с доброй улыбкой заметил Куртцберг, поняв кто они теперь.       — Маринетт, — мягко ответила девушка на вопросительный взгляд парня, в объятьях которого стояла.       — Лука, — своим грубым и хрипловатым голосом сказал парень. У девушки от этого мурашки побежали по коже. Сильнее прижавшись к его крепкому телу, она положила голову на его грудь, а с её низким ростом это было удобно. Слушая его сердцебиение, она не прислушивалась к разговору парней. Лука, чтобы привлечь внимание, погладил синие волосы. Подняв голову, девушка встретила его хитрый и чуть нахальный взгляд. Указав на парней, он попросил их представиться.       — Франк, — ответил парень с пепельными волосами, корни которых были темнее. «Крашеный» сразу поняла девушка. У него были светло-карие глаза. Франк был такого же роста, как и Лука.       — Джозеф, — сказал парень с капюшоном, который был надет так, что при малейшем ветерке сразу же слетел бы. У него были волосы цвета бронзы. Глаза же были темно-серыми.       — Я думаю, вы уже знаете мое имя, — улыбнувшись, ответила Мари. Парни только кивнули. Лука, осмотрев всех, удовлетворенно кивнул.       — Ну, что, раз все познакомились, можно выезжать, — расслабленно проговорил парень. Девушка взглянув на него, подняла брови в вопросе.       — Ну ты же не будешь жить здесь, ты теперь будешь жить со мной, — просто выдохнул Лука. Маринетт освободившись от его рук, отошла к Плаггу, который стоял недалеко.       — Никуда я не поеду, — буркнула она. Уловив взгляд, который Лука бросил Плаггу, она поняла, что надо сматывать отсюда, но Мари слишком поздно это поняла. Зеленоглазый схватил её руки в локтях и стал удерживать. Парень, который был её соулмейтом, спокойным шагом подошел к ней и, взвалив аккуратно на плечо, пошел на выход. Мари же поняла, что сопротивлением здесь не поможешь, да и не хотелось ей сопротивляться. — Лука, отпусти меня, мне надо переодеться и после закрыть дом, — воскликнула девушка. Парень отпустив синеглазую, остановился перед ней.       — Хорошо, но только не делай глупостей, а то накажу, — хитро проговорил он, после чего мило улыбнулся. Смущенно покраснев, Маринетт толкнула его кулачком в плечо, после чего быстро поднялась в свою обитель.       Через некоторое время к парням, которые успели хорошо устроится, спустилась соулмейт Луки. Она была одета в черные рваные джинсы и черную рубашку. Волосы, которые были расчесаны, свободно спадали на плечи. Парни, встав, поправили свою одежду, которая у всех состояла из кожаной куртки, футболки и темных штанов. И только у одного Джозефа была кофта. Мари, обувшись в легкие балетки серого цвета, вышла, и стала ждать парней. Когда все вышли, Дюпэн-Чен оставила под дверью письмо для родителей и, закрыв дверь, повернулась к остальным. На улице стояло четыре черных, лакированных мотоцикла. Посмотрев на все это с восторгом, она подождала, пока все, заведут свои мотоциклы. Подойдя к Луке и, сев сзади него, она осторожно обняла его за талию.       — Кстати, сколько вам всем лет? Не считая Ната и Плагга, — поинтересовалась девушка.       — Мне двадцать один, Франку и Джозефу по двадцать, — спокойно, но при этом громко ответил парень, чтоб его услышали.       — Хм… Так значит ты у нас самый старый? — насмешливо фыркнула Дюпэн.       — Я не старый — возмущенно зарычал Лука. Едя уже некоторое время, Маринетт смотрела на темные тучи. «Люблю такую погоду» поразмыслив, решила она. Потому что именно в такую погоду с ней происходят вещи, которые приносят счастье.

«Вот и началась наша новая счастливая жизнь» такие были мысли соулмейтов которые встретили друг друга. И они были чертовски правы.