А реальность ли это?

Эбигейл сидела в мягком кресле в пустующей библиотеке. В руках находилась книга с каким-то банальным сюжетом. В чем смысл сей книги? Спроси кто сейчас это у сидящей девушки, то она не ответит. Ей абсолютно не интересна эта книга, она просто взяла первую попавшуюся. И немного даже пожалела об этом. Надо было смотреть, что берешь, чтобы потом не закатывать глаза из-за очередной приторной фигни, которую делали главные герои. Что в том мире, что в это — есть пустота внутри книг. Кто и для кого пишет вот это? Ей надоела вся эта муть, она кинула книгу на ближайший книжный столик и стала допивать свой чай, который добросовестно приготовил брат. И всё-таки никто так не умеет заваривать малиновый чай так, как это делает Вен. В том мире от его заботы и юмора все девчонки вешаются на него, а вот эльфийки непреступны. Впрочем как и весь их народ. А еще они достаточно высокомерные, ну не все. Взять хотя бы вот Линдира. Красивый (впрочем как и все эльфы), умный, имеющий чарующий голос и темные волосы (брюнеты всегда были во вкусе рыжей), но вот на подколки не реагирует. И вот это уже бьёт по самолюбию. Сколько бы Эби не пыталась хоть какую-то ответку, в ее стиле, получить от него — всё напрасно. Хотя один раз он сказал, что рыжие не в его вкусе. Девушка усмехнулась. Почему тогда он позавчера провожал ее поздно вечером и смеялся над ее шутками? А утром вел себя как обычно, разве что можно было видеть как он улыбался пару раз за завтраком. К счастью, это видела только Оливия. Правда, она потом рассказала об этом Вену и они вместе обсуждали какие у тех будут милые дети и на кого похожи. Эби поставила пустую чашку на столик и, облакотившись, положила голову на спинку кресла. Дети — это мило. Кстати, почему здесь не видно детей? Надо будет потом у кого-то спросить. Она закрыла глаза, но не надолго. Дверь в библиотеку открылась и зашел Линдир. От таких сложившихся обстоятельств ей захотелось смеяться. «Мы что в самом дешевом романе?» Линдир прошел к книжным полкам, даже не взглянув на отдыхающую девушку. Та провожала его взглядом от двери до тех старых книг. — Вот скажи мне: почему здесь не видно детей? — кроме присутствующего эльфа, вопрос задавать было больше некому, — вы их от солнечных лучей прячите? — Они выросли, — ответ последовал, но не развернутый. Он продолжал искать какую-то книгу, а Эбигейл всё еще ожидала продолжения. — И? В ответ он посмотрел на нее и сказал: — По человеческим меркам, вы достаточно времени уже здесь и ты не знаешь ответ на свой вопрос? — Ой, вот не надо в очередной раз хвастаться тем, что ты эльф, — она снова закрыла глаза, — и не культурно отвечать вопросом на вопрос, особенно девушке. — У эльфов рождение детей происходит в мирное и тихое время, когда нет никаких опасений и волнений, — девушка открыла глаза и снова смотрела на него, — зачатие детей происходит только из взаимной любви. — Да, пожалуй, тут есть над чем задуматься. — Только не понимаю зачем тебе это, — Линдир нашел нужную ему книгу и направился к выходу. Но вопрос девушки заставил его остановиться у, еще не открывшейся, двери: — Вот у нас с тобой могли бы быть дети? Он обернулся, чтобы посмотреть на нее. Такой вопрос был очень большой неожиданностью. Что лукавить — эта рыжая бестия появилась в его жизни неожиданно и принесла, вместе со своими друзьями, полнейший хаос. Хотя Гендальф его всегда убеждает, что на настоящий хаос они не способны. Он как-то уже и привык, что его утро начинается с какой-то непонятной шутки и колкого комментария в его адрес. — Ты книг перечитала? — Угу Девушка смотрела в потолок не поворачивая головы в сторону присутствующего. Линдир так бы и продолжал стоять с книгами в руках, если бы в библиотеку не зашла Оливия с чашкой чая. Эльф как ни в чём не бывало вышел из библиотеки. — Ты так давно ушла читать и я подумала, что у тебя уже мог закончиться чай, — девушка поставила чашку рядом с другой, опустевшей, — и не прогадала. Может мне податься в гадалки? Вместо ответа в нее полетела подушка, которая лежала на соседнем кресле. Было это столь быстро и неожиданно, что Оливия не успела даже пригнуться. Она была, мягко говоря, шокирована поведением подруги. — Из-за тебя и этого придурка я сейчас такую чушь несла, — Эби резко встала и стала ходить кругами. Ее лицо было едва заметно красное, что еще удивило непонимающую подругу. — Я…я…я…хотела что-то сказать, но я…немного передумала… — Что же вы с Веном не передумали вчера хрень всякую вслух говорить? Эби остановилась и зло смотрела на Оливию. По взгляду той было понятно, что она ничего не понимает. Рыжая снова начала наматывать круги: — Только что я спросила у Линдира: милый, ты бы не хотел со мной завести детей прямо сейчас? — девушка снова села в кресло и вцепилась руками за голову. Оливия очень громко смеялась. Очень. Громко. И долго. Когда она насмеялась, то единственное, что она смогла сделать — это пару глатков чая. — Тебе смешно, да?.. — Естественно! — Не перебивай меня!.. — Не кричи на меня! — Я тут как дура у него про детей спрашивала! — Ну и что? Любопытство — это не грех. Мне тоже много что интересно. — Но я спросила его о возможных наших детях! — Жаль я не видела его лицо… — Представь какой он дурой меня считает, — Эби закрыла лицо руками, -Я ведь даже не люблю детей. — Теперь это спорно. Оливия немного сконфузилась, представляя себя в такой ситуации. Она села на колени напротив подруги и взяла ее руки в свои. — Успокойся, пожалуйста. И не смей лить свои драгоценные слезы, — девушка, сидевшая на полу, стерла большим пальцем единственную слезинку подруги, — в этом нет ничего страшного. Я понимаю, что тебе не всё равно, что о тебе думают, но даже это не должно тебя расстраивать. Людям свойственно говорить нелепости и в нас это не поменять. И ты должна это помнить. Да и тем более он одинокий, поэтому для него это должно быть выгодным предложением, — на последнем предложении Эби тихо рассмеялась, — Я думаю он подумает и согласиться. Убедившись, что подруга успокоилась, Оливия потянула подругу на выход из библиотеки. ******** — Да, после того как я долгое время не выезжала за город, на свежем воздухе у меня болела и кружилась голова. — Но зачем тогда жить в таком городе, где даже воздух приносит вред? — Не знаю. Все привыкли. Я в том числе. Там семья, работа и все удобства. Оливия прогуливалась с Леголасом вдоль одного из многочисленных водопадов. С первой помощи, которую стал оказывать эльф девушке, ее навыки улучшились. Правда, она не понимала зачем ему это. Как-то один раз она его спросила: почему он ей помогает лучше освоить лук и меч? Он сказал, что война задействует всех и лучше всего надо быть подготовленным заранее. Оливия ничего против не имела. Учитывая нынешнюю ситуацию в мире, да… Надо быть готовым ко всему. А когда есть хороший учитель, то почему бы и нет. Учитель действительно хороший. Результатам девушки удивляются даже близнецы на дневных тренировках и искренне не понимают как она так быстро улучшила свой результат. А так как ее теперь было учить не интересно, то Элладан и Элрохир взялись за Эбигейл. О ночных тренировках знали лишь Эби, Вен, Арагорн и Арвен. Рыжим Оливия сама всё рассказала, когда в очередной раз пришла не выспавшаяся на завтрак. Арагорн узнал, когда Леголас позвал его потренировать Оливию на мечах. Он был не против помочь. Он приходил до тех пор пока сам не сказал, что больше его помощь не требуется. После каждой тренировки Оливия и Леголас проходились по саду, перед тем как разойтись по своим комнатам. Кстати, они уже знали как выглядят комнаты друг друга. Просто в разные дни они зачем-то искали друг друга, никто из них уже и не помнит зачем. Леголаса удивило количество цветов на балконе у Оливии: — И они у тебя живут? — Что? Подожди, что ты имеешь ввиду? — То, что ты кажешься не очень ответственной и меня приятно удивляет тот факт, что ты умеешь заботиться хотя бы о цветах, — эльф стоял у балкона, отводя занавески в сторону, и рассматривал цветы, — ну, если так посмотреть, то не так уж и хорошо ты о них заботишся. Это было в первые в жизни Лихолеского принца (не считая детства), когда в него полетела подушка. Он ее поймал и кинул в ответ, неожидающей такого поворота, девушке. Леголас много рассказывал о том месте где он живет, о Лихолесье. Он очень любит это место, судя по его теплым словам и воспоминаниям, которые остались в его памяти. Оливии захотелось пройтись по тропам Лихолесья, после рассказов эльфа о том как там красиво в осеннее время года. Они было уже договорились о встрече там, как вспомнили, что это может и не осуществиться. После этого было небольшое молчание, но не долгое. Так же он говорил об отце и своих взаимоотношениях с ним. Владыка Трандуил был требовательным, мудрым, немного коварным и строгим правителем. Принц знал, что отец его любит, хоть особо это и не показывает. И был очень ему благодарен за воспитание, которое он получил. Рассказывал о битвах, в которых он учавствовал, и о мирных дня. Изначально, Легалас думал, что Оливия попала из точно такого же мира, но когда он узнал, что это совершенно разные миры, был весьма удивлен. Девушка отвечала на все интересующие его вопросы, рассказывала о каких-то смешных ситуациях, но никогда не говорила о семье, что была там. Эльф поинтересовался у нее про то, как она жила до попадания сюда, а она лишь отшучивалась, мол мы еще не так близко с тобой знакомы. А в этот самый момент они шли подруку (и не в первый раз) и его это удивляло, как может быть не близко, если вполне себе. И он оставил эту затею. В последнее время они стали проводить время не только ночью, но и днем. — Вы через неделю уже уходите. — Да. Два месяца пролетели непривычно быстро. Может потому что всё это время вокруг было столько нового общения и думать о чем-то много времени не было. Было прохладно. Уже почти конец декабря, а в Ривенделле это чувствуется не настолько сильно, как должно быть. — Думаешь мы готовы к этому походу? На заданный вопрос девушке не хотелось отвечать. Она понимала, что в такой ситуации надо сказать: — Что ты такое говоришь! Конечно, вы готовы! Но обманывать она не любила. Да и Леголас сам прекрасно все понимал. Просто ему нужно, чтобы это кто-то сказал. Она лишь сильнее прижалась к его руке. И он всё понял. — Вы только за хоббитами получше присматривайте. Особенно за Пиппином. — Да, соскучиться они нам точно не дадут. Они посмеялись и снова продолжили свой путь в тишине. Чем ближе уход Братства, тем тяжелее всем было на душе. ************** — Гендальф уже уходит завтра на рассвете, но так до сих пор нам ничего и не говорит! Оливия и Эби лежали на кровати у Вена в комнате, который сейчас ходил кругами и очень злился. — Черт возьми! — он ударил кулаком по столу, — Почему все вечно всё делают в последний момент! — Успокойся, сестричка-истеричка, — Эбигейл оторвалась от чтения книги, — Я уверена, что у Гендальфа всё под контролем. — Систр, не выводи меня еще сильнее. — Тю, да я вообще молчу, — она продолжила читать книгу. — Вен, действительно, вещи у нас собраны, — Оливия махнула рукой в сторону собранного рюкзака парня, — а волноваться сейчас лучше о тех, кто идет на верную гибель. — А ты думаешь я не волнуюсь!.. — Ну и нахрена ты его тронула?.. — Я не хотела… — Я еще как волнуюсь! Я, в отличие от некоторых, столько советов полезных дал хоббитам, что им на всю жизнь хватит. — Тю, сдались им твои советы. Они сами кому угодно советов надают. — Подруга, ты чего-то «разтюкалась», — в ответ Оливии Эби лишь пожала плечами. — Советы я им давал, сестренка, из жизненного опыта и походов в лес. — Ты издеваешься? — Оливка, попрощу вот сейчас меня лучше не трогать. — Молчу я… Может тебе воздухом подышать? — Да! Через пару секунд, когда хлопнула дверь, рыжеволосая отвлеклась от чтения: — Чего это он с таким энтузиазмом убежал? И вообще что это было? — Не знаю. Он всегда был немного… — Придурком? Идиотом? Кретином? Полоумным? — Всё вместе, наверное, — Оливия перевернулась на бок, спиной к подруге, — а сейчас я хочу немного поспать, перед тем как отправить Братство. — Тю, спи на здоровье. — Ну вот опять. ********* — Вы отправитесь сегодня, — прошептал Гендальф, подозвав троицу, — и довольно-таки скоро. — Почему ты только сейчас об этом говоришь? — Не смей шипеть на меня, парень, — Гендальф снова ударил Вена по голове, — у волшебников всё происходит тогда, когда должно произойти. Вен закатил глаза и ушел к остальным членам Братства Кольца. — Гендальф… — Извини, но результат теперь зависит только от нашего Фродо. Много кто пришел проводить их в путь. Оливии было больно смотреть на свою старшую сестру, та не отводила взгляд с Арагорна. Они обнимали всех по очереди. Когда Оливия обнимала Боромира, то тот сказал, что обещает им еще показать Гондор. А вот когда девушка обнимала эльфа, который как никто тоже стал ей дорог, пообещала, что приедет на прогулку к нему в Лихолесье. Он улыбнулся. И просто какое-то время держал её за руку, пока она разговаривала с Арагорном. Хоббиты выглядели немного напуганно, но вида старались не подавать. Гимли же наобещал всем, что все пройдет как по маслу. Хотелось бы. Вот они в последний раз всем улыбаются. Оливия крепко держит за руку Арвен, у которой уже идут слезы. Всё. Пару шагов и их уже не будет видно. Вернувшись в полном молчании в комнату к Вену, где уже были все вещи, они переоделись и решили ждать. Оливия была уверена, что отец знал о ее сегодняшнем уходе. И ей так сильно сейчас захотелось обнять его, близнецов, успокоить Арвен. Но отдаляться было нельзя. Ну вот как она и предполагала. Стала болеть голова, помутнелось в глазах и воздуха стало порядком не хватать. Они схватили свои рюкзаки и Вен взял девушек за руки. Темно и холодно. Темно из-за того что их глаза всё еще закрыты. Первым решился открыть глаза Вен, в таких моментах — это была его работа.