Дорогой дневник

      «Если это мое желание так сбылось, то я еще несчастнее, чем думала!       Незнакомец сейчас спит в моей гостиной на моем диване. Но правильно ли я сделала, что притащила его прямо к себе домой? Надо сказать, это было нелегко! Кипр, как всегда, помог мне справиться с непосильной ношей. Каков красавец!       Что за одежда на «госте»? Он будто косплеит капитана Кирка! Правда, ободранного такого и потрепанного жизнью капитана Кирка. Но такого же симпатичного…       Уговорил, опишу его тебе: черные, как грива Кипра, короткие волосы, густые брови, светлая кожа, насколько я смогла рассмотреть из-за пыли на лице, аккуратный нос, пухлые губы. Ростом, думаю, выше меня – футов шесть, не меньше. Не худой, не толстый, хорошо – сложен, как Бог, что тут скрывать. Иначе, зачем мне тащить незнакомого мужика к себе домой? Шучу       Он так и не приходил в себя, не похоже, что маньяки так поступают. Шума с первого этажа не слышно, значит, воровать его тоже не тянет. Солнце почти встало, поэтому наберусь смелости и спущусь. Не думаю, что он все это время поджидает меня за углом.       Сейчас я в раздумьях: позвонить Дэвиду или разобраться самой? Лиаму я звонить не собираюсь, вряд ли это будет хорошим началом отношений – «Привет, Лиам, у меня какой-то мужик спит на диване, не приедешь?». Представляю себе его реакцию. Нет, не вариант.       Однажды Дэвид Нолан даже предлагал мне стать его помощником, когда я помогла ему раскрыть серию краж на фермах. Там меня спасло знание дела, а тут? Делами о пропажах людей должна заниматься полиция. Пока все аргументы за эту версию событий.       А вот и Томас!»       Эмма отложила дневник и наклонилась к рыжему коту, забежавшему в комнату, и взяла его на руки, поглаживая. Он то и дело принюхивался, хоть и мурлыкал.       – Что такое, Томас? Хочешь есть? Пошли со мной, – Эмма, не выпуская кота из рук, оставила дневник на столе и спустилась вниз на кухню, минуя гостиную.       Наполнив миску животного кормом, она решила съесть десерт. Обернувшись к столу, она вздрогнула так сильно, будто увидела привидение. На самом деле, почти так и было. Незнакомец стоял в дверном проеме и, не моргая, изучающе смотрел на нее, склонив голову набок. Ее бы это не смутило, если бы не его глаза. Они были ярко-голубого цвета, как топазы, и словно сияли. Он не говорил ни слова и не приближался к ней, продолжая ловить ее взгляд на себе.       – Привет, я Эмма, – осторожно произнесла она, не двигаясь. Она была в одной клетчатой пижаме, так что сложила руки в замок на груди.       Он не ответил, лишь нахмурил брови и посмотрел на ее губы, будто стараясь прочитать по ним то, что она говорит.       – Ты не говоришь? – все еще с опаской глядя на него, спросила она. – Слышишь меня?       Он никак не отреагировал, только приоткрыл рот и прищурил глаза.       – Понятно. Не говоришь, не слышишь, выглядишь, как космический бомж, что бы это ни значило, и тебя принесло именно на мое кукурузное поле. Имени, разумеется, у тебя тоже нет, как и документов, – это был, скорее, монолог. Напоследок, Эмма подняла голову вверх и проговорила, – что ж, спасибо за такое исполнение желания, только что с ним делать?       Незнакомец напрягся, играя скулами. Он осмотрелся и заметил на полке шкафа в гостиной несколько книг. Взяв одну, он бегло осмотрел ее, перелистывая одну страницу за другой, будто что-то искал. Знакомое слово? Закладку? Он вообще умеет читать?       Эмма спокойно наблюдала за этой картиной, ничего не предпринимая. Она точно решила набрать Дэвида, но только когда хоть что-нибудь узнает о «госте».       – Я не прогоняю тебя, ты можешь остаться здесь, по крайней мере, на день, – она жестом указала на диван, когда он оторвался от книг и посмотрел на нее, – можешь даже помыться, ванная по коридору налево, – продолжая жестикулировать, как стюардесса перед взлетом, Эмма смотрела в его голубые глаза. Он несколько секунд молчал, а потом еле слышно проговорил.       – Я, – он подал голос, приятный, низкий, – где? – Он показал сначала на себя, затем жестом обвел комнату.       – Серьезно? Да ты разговариваешь! И тебе отшибло память? Или знание языка? Ты в Сторибруке. Техас, детка, – Эмма развела руками и выгнула губы полоской.       Ее глаза расширились, когда мужчина, как пушинку, поднял кресло вместе с прыгнувшим на него котом и внимательно разглядывал его.       – С-слушай, опусти его, пожалуйста. Ненароком уронишь и разобьешь мне тут… – она огляделась, не увидев ничего стеклянного, – пол.       Он перевел взгляд на нее, заметив, как она напряглась, уставившись на него, и поставил кресло с котом на место.       – Асгард? Криптон? Йотунхейм? – не веря своим мыслям, спрашивала Эмма, но незнакомец ничего не отвечал.       Он положил все книги обратно, оставив в руке одну – атлас штата, и подошел к ней.       – Хочешь, чтобы я тебе показала что? – девушка взглянула на карту, а потом на него.       – Дом, – он говорил так, будто впервые в жизни слышал собственный голос. Несмело, будто пробуя на языке сказанное.       – Мой дом? Где мы сейчас находимся? Вот, – она ткнула пальцем в точку на карте, – это моя ферма. А ты покажешь, где твой дом? – она указала на него, но он только в очередной раз нахмурил брови. – Не понимаешь меня?       – Падать, – было чувство, что он сам не понял, что сказал.       – Что? – она улыбнулась, вздохнув. – Может быть, тебе лучше дать словарь или учебник? Подожди здесь, – Эмма направилась к другому шкафу в гостиной, в котором располагалась небольшая библиотека, и пробежалась по нему глазами.       Читать она любила. Достав пару книг с полки, она передала ему.       – Держи, прочтешь это и скажешь, как тебя зовут, хорошо? Но до того – умойся хотя бы, а лучше – прими душ. Пахнешь ты, как альпийский луг, но грязи на тебе несколько слоев, если ты не заметил.       Не надеясь, что он поймет, она открыла кран с водой, показывая на нее, а затем на его лицо. Но, кажется, он все понял, потому что стоял перед дверцей холодильника, в котором видел свое отражение.       Мгновение, и он уже снял верхнюю часть костюма, оголив мускулистый торс. Эмма, округлив глаза и порозовев, тут же проводила его в ванную, дотронувшись до его плеча.       – Подожди, ковбой, сначала – включить воду, затем – раздеваться, – она говорила у него за спиной, а он смотрел на нее из-за плеча, идя в сторону ванной, не особо понимая, что происходит.       Включив ему воду, чего он не испугался, она указала, куда надо встать, когда он снимет всю одежду, и положила полотенце, показав на себе, как надо будет поступить по окончании водных процедур. Он улыбнулся, но Эмма, на всякий случай, пояснила ему все.       Оставив его одного, она завтракала под шум воды и «переваривала» вместе с хлопьями случившиеся события. Эмма уже успела сварить себе кофе и мысленно скорректировать планы на день с учетом незваного гостя, когда услышала открывающуюся дверь из ванной комнаты.       Она чуть не выронила кружку с горячим напитком, когда увидела его, идущего с полотенцем в руках, а не там, где оно должно быть. Подавившись, она отвела взгляд, пальцами показывая ему прикрыться. Он, видимо, не сразу поняв, в чем дело, посмотрел на нее, прищурившись.       – Слушай, даже если ты сбежал из психушки, это не значит, что ты должен расхаживать по моему дому голышом, так что накинь-ка полотенце, – она говорила, все еще отвернувшись, тут же подумав, что у нее нет мужской одежды, чтобы он надел что-то не такое рваное и грязное, в чем она его нашла. – Стой здесь, – она прикрыла глаза одной рукой и побежала наверх.       В ее шкафу было довольно много спортивных бесформенных штанов и рубашек, удобных в работе на ферме. Порывшись немного, она взяла серые спортивки и красную клетчатую рубашку. Спустившись, она нашла его в той же позе, что он стоял, будто она его заморозила перед уходом. Нащупав его руки, она вложила в них одежду и отошла к столешнице.       Он явно знал, что делать, и быстро оделся, вместившись в одежду Эммы.       – Есть хочешь? – спросила Эмма, забыв, что он едва знает или помнит язык.       Она подошла к столу и взяла чашку с кофе и булочку в руки, показывая ему. Он посмотрел на них, осторожно подходя и беря хлеб. Запустив кусок в рот, он быстро разжевал его и взял другую булочку, подходя к столу, пока Эмма постепенно пятилась. Затем он отхлебнул черного кофе. Напиток ему явно понравился, и он быстро осушил всю чашку. Девушка все это время наблюдала за ним, всматриваясь в его необычные глаза.       Позавтракав, они прошли в комнату, где были книги, чтением которых и занялся мужчина. Было видно, что ему самому недопонимание доставляло неудобство.       – Ты… будь здесь, а мне нужно поработать, – Эмма указала на диван, затем на дверь. Незнакомец проследил за ее жестом и направился с книгой в руках к дивану. Она, покачав головой, ушла в комнату переодеться, а затем вышла на улицу.       День был слишком хорош, чтобы проводить время в доме. От солнышка, казалось, щурились даже щебечущие птицы. Подставив лицо ярким лучам и закрыв глаза, Эмма сидела на скамье. Опираясь на руки, она смотрела на животных, которые были накормлены и сейчас гуляли. Нередко именно так она отдыхала, просто сливаясь с природой, и была довольна своей жизнью. До того момента, как ей на голову свалился пришелец.       До приготовления обеда она решила записать свои мысли в дневник. Миновав комнату, где гость уже смотрел телевизор, она поднялась на второй этаж.       «Ты ни за что не поверишь!       Я уже щипала себя за локти и крепко жмурила глаза, надеясь, что это мне снится. Но нет, ничего не изменилось. Сейчас он внизу смотрит телевизор, как ни в чем не бывало. Я не знаю, что и думать.       Самое главное, если я скажу кому-то про него, то или меня заберут в психушку, или его увезут на исследования в какой-нибудь суперсекретный правительственный институт.       Почему? Да потому что у него глаза светятся! Они отдаленно похожи на глаза хаски. Может быть, он оборотень и превратился из хаски в человека?       Давай, смейся надо мной.       А как он поднял кресло вместе с Томасом? Оно ведь тяжелое. Я серьезно. Оно просто неподъемное. Об этом свидетельствовал, правда, против меня, слой пыли, вылетевший мгновенно.       Надеюсь, он вычитает что-нибудь полезное и ответит на несколько очень интересующих меня вопросов. Хотя бы имя свое назовет.       Кто-то приехал. Сюрпризы все не заканчиваются.»       – Как тебя зовут? – бросила Эмма, проходя мимо мужчины к входной двери, уже не надеясь на ответ. Каково было ее удивление, когда он ответил, да еще связным текстом. Она так и застыла на месте, уставившись на него.       – У нас нет имен, только призвание. Я – Капитан, – он встал с дивана.       – Отлично, Капитан, но здесь тебе нужно имя, особенно учитывая только что прибывшего, – Эмма судорожно пыталась придумать ему имя, пока поправляла надетую белую майку и немного приглаживала взъерошенные волосы.       Девушка закатила глаза, боясь представить, что сейчас будет, потому что приехал ни кто иной, как шериф Нолан.