Мы падаем.

Намджун любил свою работу. Любил подолгу засиживаться в студии, работать допоздна, пить водянистый кофе из автомата и писать песни. Любил, когда к нему в студию приходил Сокджин с лёгкой улыбкой, принося с собой еду, потому что «если про меня забыл, так про еду, пожалуйста, не забывай». Сокджин так же любил задерживаться с ним в студии, целовать в щеку, приободряя, тихо сидеть на диване в телефоне и засыпать там же под теплым пледом, источая дразнящий запах шоколада. Сокджин уехал в другую страну на неделю, пока Намджун остался в Корее, в старом добром Сеуле без своей омеги. Он так же засиживался в студии, не спал по нескольку дней, а потом отсыпался в квартире под теплым одеялом, обнимая подушку Сокджина, от которой пахло шоколадом и каким-то цветочным шампунем. По секрету, Намджун сам стал пользоваться этим самым цветочным шампунем. Намджун снова запропостился в студии. По словам Джина, с которым они разговаривали совсем недавно, он вылетает уже сегодня и приедет в три часа утра. Поэтому было принято решение не спать, а потом лететь на всех парах встречать свою истинную пару. Но почему-то все пошло не по планам. Когда на телефон Намджуна в двенадцать ночи пришло сообщение от Сокджина, которое он тут же принялся читать. "Прости," - писал Сокджин. "Я не смогу вернуться," - следующая строчка. "Я не смогу тебя обнять, поцеловать, как прежде," - читает про себя Намджун. "Я не смогу послушать твои песни, почувствовать твой запах хвои," - Намджун, если честно, почти плачет. "Я многое не смогу сделать," - сердце в груди болезненно екает и сжимается. "Нас просят не беспокоиться, но я знаю, что это конец," - в глазах на секунду темнеет. "Мы падаем, Намджун," - сердце замирает. "Я люблю тебя, Намджун," - сердце останавливается. Намджун волнуется очень, пытается отправить сообщение, которое какого-то фига не отправляется. Рядом с окошком с сообщением «Скажи мне, что ты шутишь.» стоит красный восклицательный знак, а потом на весь экран «Недостаточно средств на балансе». Намджун матерится, вырубает электричество в студии, потому что поочередно все выключать слишком долго, хватает кожаную куртку и бежит с восьмого этажа вниз, на парковку. Пока едет, выкуривает сигарет пять, волнуется, простите, пиздец как, потому что "какой самолет", "почему падает" и "как я буду один?". Намджун приезжает в аэропорт в начале первого ночи. Долго выясняет отношения с девушкой с ресепшена и пытается добиться хоть какого-то результата и узнать, что с рейсом и самолётом Сокджина. Девушка молчит, тактично уходит от разговора и говорит, что ничего не знает. Говорят просто ждать. И, окей, он ждет. Сидит на диване в зале ожидания, сжимает в руках телефон, перечитывая все сообщения Сокджина, от которых слезы наворачиваются, и подавляет в себе жгучее желание пойти курить. Намджун минут через пятнадцать замечает, что нервничает не один. В помещении жуткая напрягающая атмосфера, всюду шатаются люди и еще очень тихо, как в морге. Даже в два часа ночи все молчат, им ничего не говорят. Сказали лишь, что самолёт все так же не выходит на связь и, возможно, самолет упал где-то над океаном. В зале тут же поднялся шум, а в груди Намджуна сердце под прессом сжимают, до того больно и одиноко. В половину третьего приходят снова. Молодая девушка стоит с опущенной головой, рядом два мужчины в строгой одежде с такими же опущенными головами. - Самолет был обнаружен спутниками посередине океана... Наши соболезнования... Намджун уверен. Он плачет. Сжимает в руках телефон, вчитывается в признание в любви Сокджина и просто тихо роняет слезы, пряча слезящиеся глаза ладонью. Слышит через звон в ушах, как плачут и кричат другие. Все более или менее утихомирилось где-то через два часа. Четыре часа утра, смотрит на время на телефоне Намджун. На щеках все еще невысохшие дорожки слез, глаза красные и опухшие. Он с горечью в душе и с болью в сердце вспоминает запах шоколада омеги, сладкие губы, горящие глаза, плавные движения, нежный голос. Смотрит на старую потертую бумажку, на его неровный и торопливый почерк, где Сокджин писал ему список продуктов. Намджун снова чувствует, как щекочет в носу, как пекут глаза, как по щекам текут слезы. Он всхлипывает, откидывается на спинку дивана, бьется затылком о стену и тихо плачет, так, что никто не слышит. А потом чувствует слабый запах шоколада сквозь забитый нос, думает, что с ума сошел, думает, что ему все мерещится. А следом чувствует нежное прикосновение к рукам, чувствует, как их слабо сжимают, и удивленно раскрывает глаза. И не верит этому чуду. Потому что напротив него сидит его Сокджин, его любимая истинная омега со сладким запахом шоколада. - Д-джинни, - голос ломается и в нем чувствуется, кажется, вся эта боль, которую он вынес. - Я жив, видишь, - мягко улыбается омега и гладит Намджуна по щеке, вытирая свежие слезы. - Самолет выровняли, я здесь, я с тобой. Намджун прижимает к себе Сокджина очень крепко, целует немного больно, сминая губы и кусая нижнюю. Плачет в изгиб шеи и повторяет, что больше никогда-никогда его не отпустит, что любит безумно, что нахер работу, только, пожалуйста, будь рядом. И Сокджин обязательно будет.