Спаси меня

Найлер уже добрых двадцать минут караулил под дверью. - Дарс, за это время китайская армия успела бы вымыться! Что можно там так долго делать? В ответ только беззаботное пение из-за другой стороны двери. - Дарси! – Найл нетерпеливо стукнул под кулаком по деревянной поверхности. – Я спешу! «La-la-la… You don't know you beautiful…» - Это тебя не спасет! – рассержено гаркнул парень. «... That's what makes you beautiful…» - Ну ладно, я за себя не отвечаю! – громко сказал Найл и рывком распахнул дверь в ванную. - Хоран? Ты опупел? Закрой дверь с той стороны! – недовольно проговорила я, смывая шампунь с головы. - А мне плевать! Мне тоже нужно в душ! Это моя квартира, моя ванная и душ тоже мой, так что принимаю его когда захочу и как захочу. А то, что ты сейчас в нем находишься, сугубо твои проблемы. Если что-то не устраивает – до свидания, - и с этими словами Найл скинул с себя майку, трусы, отодвинул запотевшую полупрозрачную шторку и забрался в ванную. Я так и застыла с мочалкой в руках. - Ну, зашибись теперь, - выдохнула я и оценивающе пробежала по нему глазами. Парень поймал мой пристальный взгляд и, вскинув брови, вспыхнул: - Что? Я просто замерз, - с этими словами он, изобразив крайнее безразличие, повернулся спиной и, отобрав у меня шампунь, начал мылить голову. Я вытянула губы трубочкой и потянулась за гелем для душа. - Нет желания потереть мне спинку? – заискивающе произнесла я, слегка повернув голову. - По-моему, ты и сама прекрасно справишься, - хмыкнул Хоран, беззаботно продолжая растирать шампуньку по голове. Я дернула бровями и стала медленно намыливать плечи. Потом начала плавно спускаться мочалкой к груди, искоса наблюдая за реакцией Найла. Тот неторопливо начал поворачивать голову, однако когда встретился с моим пристальным взглядом, тут же отвернулся. Я победоносно улыбнулась, мочалка в моих руках продолжала плавать по ключицам и шее, оставляя за собой пенную дорожку. И тут я почувствовала, как хорановские ручищи заскользили по моей спине. - Я вижу, ты благоразумно изменил свое решение, - не оборачиваясь, улыбнулась я, и через плечо передала ему мочалку. Ничего не ответив, парень принялся медленно растирать мою спину. Кожа плавилась под жаром его тела. Плечи против воли подрагивали от волнующих прикосновений. Умелые пальцы отпустили мочалку и теперь самостоятельно исследовали мою шею и бедра. Я чувствовала, как моя спина вплотную прижимается к груди Найла. Горло сковало сухой страстью. Разгоряченные губы скользнули по моему плечу, тяжелый вздох, и я, не сдержавшись, вздрогнула в его руках. - Ты в порядке? – шепнул голос. Я крепко закусила губы и резко развернулась к Найлу лицом. Но когда увидела чистые нежно-васильковые глаза, слегка приоткрытые пылающие губы и озадаченный взгляд, то просто не сумела подобрать нужных слов. Тела словно таяли… Губы сливались и кружились в бешеном танце под потоками горячей воды. Прожигающие кожу поцелуи на шее, груди и глазах. Томные движения рук, мягкие прикосновения пальцев… Такое желанное тело совсем рядом... и прерывистое, звучное дыхание, перебиваемое хрипловатыми, иногда болезненными стонами… нечаянные, глубокие вскрики. Все это доводило до безумия. Я прославляла бога за то, что это случилось в душе. Бесконечные капли и струйки теплой воды обнимали нас со всех сторон, предоставляя только друг другу. В то же время они даже при большом желании не позволяли Хорану разглядеть моих слез. Ладони обвивали горячую шею, губы трепетно касались его раскрасневшихся щек. И вдруг я почувствовала, как зубы Найла остро сомкнулись на моем ухе. Я непроизвольно вскрикнула и отстранилась. Парень, слегка приподняв брови и как бы извиняясь, смотрел на меня. - Прости, это вышло… непроизвольно, - смущенно произнес он. В моей голове моментально всплыла фраза из нашего диалога: «...разве что могу… покусать. Но это бывает только когда мне… слишком хорошо.» Я задумчиво прикусила губу и подняла взгляд на Хорана: - То есть ты… - абстрактно выражаясь, я пыталась донести до него то, что сейчас бушевало в моей голове. Найл улыбнулся краешком губ. - Да, ты была вполне ничего, - снисходительно отозвался он, разведя руками. Казалось бы, сделали комплимент. Но почему-то сейчас мне хотелось реветь. - Спасибо, - я чувствовала, что начинаю замерзать без его объятий. Поэтому потянулась за полотенцем и поспешила вылезти из душа. Затем поскорее пошла в комнату, чтобы побыть хоть несколько секунд наедине с собой, пока Найл выбирается из ванной. Я крепко вцепилась ладонями в комод, что стоял под зеркалом, и сжала зубы. Господь всемогущий… только не это. Нет, я не должна была ошибиться… Все должно закончится нормально. Это лишь... глупость. Глупость, нужно просто закрыть глаза, немного постоять так, и она пройдет. Да, именно так и сделаю. Но в этот момент, разбивая вдребезги все мои пути к спасению, в дверях послышался голос: – Дарс, мне кажется, у нас не вышло… Глубокий вдох, полный боли и нерешительности. Не оборачиваясь, я спросила: - Чего не вышло? - …Не повторить ошибок главных героев, - голос Найла дрожал. Мне было страшно посмотреть на него. «Молчи! Прошу тебя, молчи!» - мысленно молила я, до крови вжимая ногти в ладони. - О чем ты? – сдержанно проговорила я, по-прежнему сверля взглядом крышку комода. - Дарс, кажется, я полюбил лучшего друга...

***

Я не испытала особого шока. Словно внутренне уже давно готовилась к такому раскладу. И тем не менее что-то неистово дергало в районе груди, мешая сделать вдох. - Дарси, ты чего… ты плачешь что ли? – осторожно проговорил Найл, стараясь с расстояния заглянуть в мое лицо и не рискуя подходить ближе. Я крепче прижала к груди полотенце и откинула мокрые волосы с лица. - Хоран… - губы дрожали. – Ты… Я задохнулась в эмоциях. Больнее всего было сдерживать в себе слезы, когда они так неистово и безжалостно режут глаза, практически мешая видеть. В горле встал сухой ком, который препятствовал ровному дыханию, и я чувствовала как сумасшедше трясется грудная клетка в попытках вздохнуть. Переведя дух, я попыталась снова: - Найл, ты же обещал... - тихо прошептала я, пространственно глядя на него, мысленно умоляя, чтобы он сейчас опровергнул свои слова, сказал, что это всего лишь шутка, иллюзия, ему просто так показалось на мгновение, но ничего такого и быть не может. Потому что мы ДРУ-ЗЬЯ. Но Хоран молча стоял, с выжидательной лаской глядя на меня и совершенно не торопясь разубедить меня в своих словах. Я снова повернулась лицом к комоду, чтобы не видеть лица Найла, и еще крепче вцепилась пальцами в деревянную крышку. - Ты... ты фиолетовый дикобраз… - губы нервно дергались, я крепко зажмурилась, чувствуя вибрирующее, тяжелое дыхание позади меня. - Разумеется, - тепло ответил парень. Спустя мгновение я ощутила мягкие ладони на своей талии. – Но ведь ты помнишь, что и ты мой оранжевый барсучок… С этими словами его губы трепетно прошлись по моему голому плечу. Здесь силы покинули меня. Теперь более не представлялось возможным. С нескрываемой ненавистью к самой себе, я заревела в голос, резко вырвалась из ласковых рук и кинулась к тумбочке возле кровати. Практически воя от бессилия, я схватила свою сумочку и яростно вытрясла все ее содержимое на кровать. Последним из бокового кармашка вывалилось изящное серебряное кольцо с ограненным голубоватым сапфиром. Я гневно схватила его в руку, испепеляя украшение ненавистным взглядом, и, широко раздувая ноздри, протянула его Найлу. - Видишь? Ты видишь?! – истерично вскрикнула я, чувствуя, как неумолимо срывается голос, выдавая горящую, испепеляющую изнутри муку. Хоран усердно закивал, испуганно глядя на меня огромными глазами. - Колин! Колин Бернс! – смахивая ладонью слезы, прошептала я. - Что? Какой Колин? Дарси, я не поним… - Жених! ЭТО МОЙ ЖЕНИХ! И кольцо это он подарил мне! Мы помолвлены! Черт подери, Хоран, какой же ты тупой! – слезно взревела я и, обессилев, уронила себя на кровать. Было нечеловечески больно дальше сдерживать рыдания в груди. Я чувствовала, как начинается истерия, воздуха все меньше, а сумасшествия в голове все больше. Это страшно. Найл стоял, как громом пораженный, наблюдая за этой картиной. Я забилась в угол кровати и дрожала, уткнувшись головой в колени. - Зачем же ты приехала? – неожиданно холодно произнес парень. Я медленно подняла зареванное лицо, не решаясь посмотреть в глаза Найлу. Конечности не желали меня слушаться, и только предательски подрагивали. И все же я нашла в себе силы не спеша встать на ноги и подойти к окну. - Приехала… - начала я, открывая окно и судорожно вдыхая вечерний лондонский воздух. – Потому что боялась ошибиться. - В каком это смысле? - Найл не двигался с места. - Я не знала… правда не знала, что люблю тебя. Поэтому ответила Колину согласием. Он действительно славный парень. Пожалуй, такой, каким ты никогда не будешь, - на моих губах мелькнула тихая горьковатая усмешка. – Но… я никак не могу свыкнуться с мыслью... что не чувствую к своему будущему супругу даже сотой доли того, что испытываю к тебе, Найл… Я затихла, наблюдая, как ветер за окном треплет беззащитные черные лапы деревьев. Они отчаянно изгибались, скрипели болью и подавленными чувствами. Несчастнее них нет ничего на всем белом свете… - То есть, ты с самого начала… - ошарашенно прошептал Найл, разговаривая как бы сам с собой. – С того самого момента, когда приехала из Глазго была в меня влюблена… И то, что ты говорила про отсутствие личной жизни… - Найл хмуро сдвинул брови. - Только друзья... секс без обязательств... И тут его действительно осенило. Голубые глаза расширились, на губах замер отпечаток шока. - О, Господи... - прошептал парень. Хоран неистово вцепился в волосы. Его глаза сверлили меня яростным, выжигающим взглядом. - Ложь! Это… Боже мой… - он сумасшедшее расхохотался, потом замер на месте и бросил обвиняющий взгляд в мою сторону. – ВСЕ! Дарси, все это была полнейшая ложь! Все, что ты говорила... До последнего слова… Он обессилено упал в кресло и схватился за голову, неистово повторяя «Не могу поверить…». Я медленно подошла к тому месту, где он сидел. Удивительно, но его гнев придавал мне уверенности. - Не беспокойся… - вздохнула я. – Я уеду завтра же. Я примирительно положила ладонь на его макушку. Но Хоран только раздраженно дернулся. - Не трогай меня… - тихо прошептал он, не отнимая рук от лица. «Тяжело… понимаю. Я безумно виновата. Ты был моей последней надеждой на спасенье. Но я сама все испортила. Собственными руками». Направляюсь к выходу, но замираю в дверях. - Прости. Если сможешь. Ты все еще сидишь в кресле, закрывшись от меня руками.