Миллионы смертей

Ты при смерти, валяешься где-то в переулке возле мусора и кучи бутылок. Тебя опять избили какие-то мужики. Похоже, перестарались. И я, смотря на твое беспомощное положение, могу только сесть рядом. И так всегда. Настолько низко ты опущен, что даже любой человек попытается убить тебя. Неужели весь мир настроен против тебя? Против твоих пустых глаз, вечно натянутой улыбки и дешевых сигарет. Даже сейчас ты умудряешься курить. Почему ты улыбаешься? Я не понимаю твоего оптимизма. Ты умираешь, нищеброд, в который раз ты умираешь, и заставляешь умирать меня. Делаешь мне больно каждый раз, когда я вижу тебя в таком состоянии. И я беру твою руку, а ты даже не смотришь. Кладу ее на свою щеку, вымазывая в твоей крови. И мне хочется кричать. Так громко, как только я смогу. До потери голоса, до того, как кто-нибудь не найдет меня. Ты не смотришь на меня, наверное, у тебя уже нет сил, даже повернуться в мою сторону. И я не заметил, как ты уже закрыл глаза. Как твое сердце перестало биться, как ты перестал хрипло дышать. Кашлять кровью. Как ты замолчал, но не на долгое время. Скоро я опять буду слышать твой голос. Веселый, радостный, по-детски наивный. И я все-таки начал кричать от всех тех чувств, что ты заставил меня чувствовать. От всей той боли, что ты мне причинил. Ты сидишь рядом, но ты ничего не сделаешь. Ты, мать его, мертв. И сколько бы я не пытался, я не привыкну. Я не привыкну к твоим смертям, не привыкну к твоим крепким сигаретам, которые всегда помогают расслабиться. Я беру одну из твоего кармана. Думаю, что ты был бы не против этого. И все что я могу — положить свою голову на твое плечо, заливая его своими слезами. Пожалуйста, обними меня, заройся своими пальцами в мои волосы, успокой. Но ты меня не слышишь. Ты, мать его, мертв.