Этот странный Мир

      После школы я заскочил домой, чтобы переодеться и скинуть сумку. Войдя, я сразу понял, что Хомуры дома нет, но всё же она меня послушала и была тут, уйдя не так уж давно.       Как я это определил? Да элементарно, по чайнику. Хех, всё же порой кажущиеся сложными вещи на самом деле просты. Но даже так, найти сестрёнку стоит, лишь переоденусь.       Недолго думая, взял джинсы, а также джинсовую рубашку с коротким рукавом и уже через несколько минут шёл по улице, особо не спеша. Куда я шёл? Понятия не имею, просто шел к сестре, этого достаточно. И уже через двадцать минут неспешного шага стоял у входа в торговый центр. — Мдя, – задумчиво чешу затылок, — это будет не так легко, как я думал.       И куда же она могла пойти? Хотя, раз изменила имидж, то и смена гардероба становится актуальной… Да, это вполне логично. Значит, пройдусь по магазинам.       Нет, не было её там. Значит… Ювелирка? И вновь мимо… Книги? Нет… Ну не могла же она пойти на закрытый этаж? Или могла…       Чёрт! – думал я, спеша к лестнице, — что если она связалась с плохой компанией или её обманом затащили туда? Зачем? Ну… эм… живодёрствовать? Или… Нет! Не думать, не думать больше ни о чём, только вверх, надо проверить этот чёртов этаж.       Стандартная табличка на тему «Посторонним Вход Воспрещён» была мною проигнорирована, и вот, поднявшись на этаж, я заметил, как… в мою сторону бегут Канаме Мадока и Мики Саяка? При том в руках у розововласой какой-то странный, раненый зверёк. Неужели мои предположения о живодёрстве – правда? — Стой, Мадока! – несколько напугано воскликнула голубовласая, заметив меня. — Оу, привет, девочки, вы случайно не видели… – и тут, пространство будто бы поплыло. — Что это?       А ведь и правда, что? Пространство плывёт, стены искривляются, лестница пропала, а и так высокий потолок, скакнул метров на пятьдесят. А теперь перед нами закружили хоровод постоянно сменяющиеся картины, и мелькающие то тут, то там бабочки.       Наконец, всё более-менее стихло. Стены вообще затерялись вдалеке, а нас, рефлекторно сбившихся в кучку, окружили какие-то странные, карикатурные человечки.       Девочки прижались друг к другу, а я стоял немного впереди. Судя по всему, они тоже не знают, что тут творится, а человечки пришли в движение. Сначала от них раздались смешки, а затем затянули что-то вроде песенки, слова которой мне очень не нравились, учитывая слова «слезать» и «принести королеве». Вперёд выдвинулось несколько человечков, вооруженных чем-то вроде алебарды, а у стоящих за ними появились довольно большие ножницы, хотя не только у них, часть ножниц просто летала, угрожающе щёлкая.       И… почему-то мне это кажется смутно знакомым… Черт. Только не снова. Я почувствовал, как голова наливается болью и сделал небольшой шаг назад.       Голову прострелило сильнейшей болью одновременно с тем, как алебардисты пришли в движение. Рефлекторно схватившись правой рукой за голову, я с опозданием заметил, как в меня несётся лезвие.       Время будто замерло, а восприятие достигло небывалой четкости. Вот, очень медленно стремится к моей голове алебарда, а вот сестра, только выскочившая из-за поворота, и заставая текущую сцену, а одета она была прямо как в том сне…       Последняя мысль стала спусковым крючком, и на меня навалилось… многое. Воспоминания нескольких жизней, а также какие-то обрывки памяти об этой… Хомура, сестра, она… множество раз перематывала время, я понял это, я знал это. И сейчас могу лишь посмеяться о своих недавних мыслях насчет «плохой компании».       Вот, я вижу, нет, я чувствую её состояние, и именно оно вернуло меня в реальность. Реальность, в которой меня от смерти разделяют лишь доли секунды. Раскрываться явно нежелательно, поэтому ловлю лезвие левой рукой, ощущая, как мир вокруг стремительно ускоряется, а также струйку крови, начавшую стекать по руке и немедля, пинаю оказавшегося удивительно лёгким человечка, отталкивая от себя.       А сейчас, когда опасность пропала и у сестрёнки появилось время, можно расслабиться, человечков она без проблем вынесет и я не раскроюсь перед этим стрёмным зверьком, кажется его Кьюбеем звать, но не ручаюсь, всё же игры со временем воспринимать сложно.       Откуда-то сверку упала цепь, окружившая нашу компанию, а как только круг замкнулся, появилась яркая вспышка, что испепелила всех окруживших нас человечков. — Это было опасно, но теперь всё будет хорошо.       Обернувшись на звук заметил спускающуюся по, непонятно откуда появившейся, лестнице девушку с янтарного цвета глазами и длинными светлыми волосами, завязанными на два хвостика, закручивающихся наподобие спирали. На вид она была лишь немногим старше нас и держала в правой руке сияющее желтым светом Фаберже. — О, вы спасли Кьюбея? Спасибо, он мой дорогой друг, – не спеша подошла она, обратившись к девочкам. — Он звал меня, его голос звучал у меня в голове, – мне кажется, или она оправдывается? — Хм… понятно. – ещё раз оглядев нашу компанию она продолжила. — Судя по вашей форме, вы из школы Митокихара, так? А ты… — Оттуда же, просто успел домой заскочить, – стоп. А теперь я оправдываюсь? — А ты? Старшеклассница? — Да, я должна представиться, но перед этим, – сделала она несколько па, подбрасывая Фаберже. — Вы не будете против, если я позабочусь кое о чём? – её силуэт ярко засиял, скрывая фигуру, а затем она прыгнула вверх, уже сменившей свой наряд. Мдя… нет, не понимаю я этого и как-то сомневаюсь, что этот… костюм защитит от удара.       Высоко в воздухе она обернулась к земле, а за спиной у неё, выстроившись ромбом, появились сотни ружей, направленных на прибывающих человечков. Один залп, и человечки исчезают в огне. А пространство начинает приходить в норму. — Вот это да! – не сдерживают возгласы девочки, в то время как наш стрелок приземляется.       Как только пространство перестаёт корёжить, на контейнер, стоящий чуть поодаль приземляется Хомура, несколько скучающе и… отчуждённо(?) глядя в нашу сторону. — Ведьма сбежала, если хочешь убить её, то отправляйся в погоню сейчас, на этот раз я тебе уступлю, – начала разговор стоящая рядом волшебница. — Меня не она интересует, – с какой-то… жалостью посмотрела она на нашу «защитницу». — Ты не особо сообразительная, да? – а вот это уже наглость, это что за наезд на мою сестру? — Я сказала, что отпускаю тебя, – эй, кем она себя считает, Господом Богом? Но… блин, если бы она нас не спасла, то уже получила бы от меня. — Нам ведь обеим не нужны лишние неприятности, да?       Не нужны неприятности? А, по-моему, она только этого и хочет. Но,видимо, сестрёнка решила не трогать эту хамку. — «Пожалуйста, поговорим дома, я всё объясню», – раздалось у меня в голове, удивив меня, но я точно согласен с этим предложением. Переведя на неё взгляд, лишь заметил её взгляд на мою руку. Затем она развернулась, и оказавшись у края, замерев на мгновение, спрыгнула… оказавшись явно вне здания. Мдя… Признаться, вот это было реально страшно. И после этого серьёзно воспринимать «Я сказала, что отпускаю тебя»? — Итак, – как ни в чём не бывало, повернулась она к нам. — Как и обещала, представлюсь. Меня зовут Томое Мами, третий класс средней школы Митокихара, – в ответ я посверлил её взглядом. — Что-то не так? — Хм… Акеми Рью, второй класс. — Ой! Рью-кун, у тебя кровь! – Мадока… хотя да, шок и всё такое, так что просто не обратили внимание до этого. — Эм, я Канаме Мадока, тут это… Рью надо помочь, – замельтешила она, на зная куда себя деть. — Мадока, успокойся, всё в порядке. — Но она права! – встала на её защиту голубовласая. — Не беспокойтесь, – вмешалась волшебница. — Рью-кун, дай мне пожалуйста руку. — …Хорошо, – вновь посверлив её взглядом, я всё же выполнил её просьбу.       Протянул ей руку вверх ладонью, не самый приятный порез, так что девочки резко отвернулись, а Мами, одной рукой придержав ладонь снизу, расположила вторую, покрытую золотым свечением над ранкой. Свет усилился, и уже через десяток секунд о ранении напоминала лишь кровь. От пореза и следа не осталось. — Вот и всё, – отошла она на пару шагов. — Спасибо. — И всё же Рью-кун, почему ты так странно реагируешь, я сделала что-то не так? — А я знаю! – вновь влезла Саяка. — Та девочка его сестра. Ну ты только присмотрись, похожи-то как! — Мики Саяка… Я и сам могу ответить на этот вопрос. — Вот видишь, прям один в один! Всё-всё, молчу, – и спряталась за Мами. — В принципе, всё как она и сказала. Ты явно не очень дружелюбно к ней настроена. — Вот оно как, – та прикрыла глаза. — Я ничего против неё не имею, но она напала на Кьюбея. — Что ж, я тебя понял. Могу лишь сказать, что сестра хоть и изменилась в последнее время, но я слишком хорошо её знаю, – перевёл я взгляд на этого, необычного, кошака. — Она бы не поступила так без веской на то причины. — И всё же, она напала, – на что я промолчал. — Ну и хорошо. А теперь давайте поможем Кьюбею.       Ладно, мне помогли, и я помогу, к тому же от нас ничего не требовалось, просто постелили первую попавшуюся ткань на полу, и присели, по идее можно было бы уйти, но это будет неприлично, да и ухудшить их отношения с сестрой может, хотя… С Мадокой и Саякой мы не так, чтобы особо общались, но в принципе давно друг друга знаем, поэтому случиться такого не должно, но вдруг?       Мадока аккуратно положила… ладно, пусть будет кот. Аккуратно положила спящего кота, а затем Мами начала его лечить. А через минуту, он заворочался, просыпаясь. — Спасибо Мами, ты меня спасла, – сразу же, как очнулся, произнёс зверёк, садясь. — Это их благодари, я просто проходила мимо. — Большое спасибо, меня зовут Кьюбей, – обернулся он к нам. — Меня не благодари, я просто случайно тут оказался, а в ином случае... Хомура вполне могла меня уговорить не вмешиваться. Так что, для меня это лишнее. — Зато честно, Акеми Рью, – и откуда он имя моё знает? Хотя… спал ли он до этого? — Эм… Это ты меня звал? – немного неуверенно начала Мадока. — Да, Канаме Мадока и Мики Саяка, – а Саяка вроде не представлялась… — Откуда ты знаешь наши имена? – голубовласая. — У меня есть для вас просьба, – как-то странно он съехал с ответа. — Я хочу, чтобы вы заключили со мной контракт и стали Волшебницами. — Хм, ну что же, удачи вам, а я пойду, – поднялся я. — Не останешься? – и зачем это ему? — А смысл? — Узнаешь о волшебницах. — Акеми Хомура. — Другая точка зрения? — Ей незачем мне врать, но можно сказать, что ты получил половину моего согласия. — Расскажешь немного о сестре, ведь впечатление о ней у девочек сложилось неоднозначное, – а теперь ты ошибся. — Удачи вам, – и больше не слушая, ушел.       Вернувшись домой, первым делом заметил, что свет выключен, да и вообще как-то темно в квартире, но Хомура точно здесь. Прошел в гостиную, сразу заметив закрытые плотными шторами окна, создающие полумрак. А сестра нашлась сидящей боком на диване, явно вместе с ногами, и смотрящей куда-то в стенку. Из-за спинки было видно лишь её голову. Ну что же, надо бы поговорить. — Хомура? — Да, садись, я расскажу тебе, – как-то даже слишком отстранённо ответила та. Хорошо, что я не пошел с остальными.       Оглянувшись, я заметил мокрые следы ног на полу, от чего слегка удивился. Обходя диван, чтобы сесть рядом, там как раз был небольшой уголок, заметил, что её волосы мокрые, а на плечи накинуто большое полотенце, на что толком не обратил внимания, а когда обошел…       Сестра сидела на диване, волосы мокрые, на плечи накинуто большое, мохнатое полотенце, а под полотенцем… ничего больше не было. Да и кажется, выйдя из душа, откуда и вели мокрые следы, она, не вытираясь, накинула полотенце и пошла в гостиную. И сделала это недавно, так как ещё были видны, стекающие по её телу капли. — Хоть волосы бы протерла, – посетовал я, садясь рядом. — Я… поняла, что ты скоро придёшь, и сразу вышла. Не хочу откладывать этот рассказ, – значит отстранённость, из-за глубокого погружения в воспоминания, это хорошо. — Ну что с тобой делать… – я взял её за плечи, и пересадил поближе к себе. — Что ты?.. – я поднял с плеч полотенце, и начал вытирать её волосы, секунд двадцать длилась тишина. — Как… как твоя рука? — Как видишь, всё в порядке. Эта девочка, Мами, решила помочь. — Ясно, – начала она приходить в себя. — Хи-хи, а ты знаешь, что только что лишил девушку единственной вещи, которой та могла скрыть наготу? – на что я лишь улыбнулся. — Буду знать. Вижу, ты приходишь в себя? – кивок. — Когда ты меня пересаживал. — Извини, и прежде чем ты начнёшь, позволь спросить. Сколько раз ты прожила этот месяц? – тут она ощутимо вздрогнула. — Как… откуда? – Её начала быть мелкая дрожь, особенно дрожали руки.       Недолго думая, я укрыл её полотенцем, легонько обнимая. — Тогда, когда на меня неслась алебарда, я кое-что вспомнил. Это были этакие осколки, памяти, наверно, о десятке повторений, и кое-что ещё, но расскажу подробней сразу после тебя. — Что-то около сотни, точнее не скажу, – это… Что-то около восьми лет, учитывая, что нам сейчас четырнадцать… больше половины жизни, или же трети, если считать вместе. — Значит, моя маленькая, младшая сестрёнка не такая уж и маленькая, да? — Хм, сейчас бы ещё понять, кто младший. — Ну-ну, решим всё после разговора, ну а теперь…       И она рассказала. О том, как впервые встретила Волшебниц, о том, как те погибли у неё на глазах, о её желании «Я хочу снова встретиться с Мадокой. Но теперь не она будет меня защищать... А я ее!!!». И о бесконечной череде потерь.       Рассказ шел нелегко, несколько раз она срывалась на слезы, которых не осталось под конец. Когда рассказ подошел к концу, было уже десять, так что перед сном я лишь отделался парой общих фраз. Мой рассказ, он будет завтра. А сегодня, она решила лечь спать со мной.