Скайримские хроники: Потомок Защитницы Сиродила.

Ирулан сидела в библиотеке и пыталась сосредоточиться на задании, полученном от наставника, но её мысли блуждали далеко. Вот уже целый год прошёл с тех пор, как она впервые переступила порог Коллегии магов, она уже достигла определённых успехов, стала студентом – адептом, но ни на шаг не приблизилась к тому, из-за чего пришла сюда. Получив доступ в Арканиум, Ирулан приложила все усилия, чтобы добиться расположения угрюмого орка, хранителя библиотеки. Вначале она просто приходила каждый день, чтобы взять для себя литературу, учебную и не только. А поскольку всегда любила читать и читала быстро, то Ураг Гро-Шуб едва успевал ей выдавать новые книги. Это не могло не обратить его внимание на такую любительницу чтения. Затем Ирулан стала задерживаться в библиотеке, чтобы разложить по местам книги забытые другими студентами или преподавателями. Однажды хранитель как бы в шутку предложил ей помочь ему с уборкой, нужно было смахнуть пыль с полок, на которых хранились старинные пергаменты. Ирулан с готовностью согласилась к немалому удивлению орка. В следующий раз девушка помогала ему уже составлять каталог на новоприобретённые книги. Так, мало помалу она официально стала помощницей хранителя Арканиума. Затем Ирулан узнала, что Ураг постоянно находится в поисках старинных и редких книг. Одному ему известными путями он выведывал, где может находиться тот или иной фолиант, и затем он нанимал людей для того, чтобы они добывали ему эти книги. Ирулан взяла это дело в свои руки, она лазила в разбойничьи притоны, нордские руины или ездила в Виндхельм к торговцу из квартала серых Ревину Садри, который тоже доставал для орка книги. Заодно ей удалось оказать пару мелких услуг самому торговцу, причём, не всегда законных, так что у неё появилась персональная скидка. В результате, орк стал настолько доверять своей помощнице, что открыл для неё все, даже самые потайные хранилища. Но сколько бы Ирулан не искала, она так и не смогла найти местоположение Чёрного Предела. Нет, он упоминался во многих источниках, но нигде не нашлось хотя бы примерного места его нахождения. Ирулан была на грани отчаяния! Ведь у неё было уже всё готово, всё, что назвала Азура, было у неё собрано, только не гадкий красный корень, Обливион его задери, Нирна! Даже драгоценный, идеальной огранки бриллиант она нашла. Вернее, нашел его Энтир, маг Коллегии. Этот босмер был тот ещё пройдоха! Он умел доставать любые вещи, даже незаконные. Как он это делал, не знал никто, но он снабжал всю Коллегию редкими ингредиентами, чёрными камнями душ, скумой, тайной информацией и тому подобными вещами. Так что, какой-то там бриллиант, хоть и жутко дорогущий, был вообще не проблемой. Но даже для этого полулегального снабженца оказалось не под силу раздобыть красный корень или информацию о Чёрном Пределе. Но, не смотря на это, Ирулан не жалела, что столько времени потратила на обучение. Ей нравилось учиться. Это удивляло её саму, ведь в детстве она терпеть не могла занятия с учителями, и ни уговоры матери, ни наказания отца не могли этого изменить. Учителя постоянно жаловались на лень и неусидчивость вверенной им ученицы. При этом девочка могла часами просиживать в библиотеке, читая буквально всё подряд, либо же бесконечно носиться по улицам Имперского города в компании мальчишек из более бедных районов. Однажды мать спросила у своей непоседливой дочери, что та любит больше всего на свете. - Читать и мечтать! – не задумываясь, ответила та. - Вот как, - сказала с улыбкой её мама, - О чём же ты мечтаешь? Глаза Ирулан загорелись как две искорки. - Я хочу стать героем Тамриэля, ну или хотя бы Сиродила! Как твой предок, Эмалет Ллендо. Мать еле сдержалась, чтобы не рассмеяться, так забавно выглядела её худенькая, нескладная, словно гусёнок, дочь со сверкающими глазами и мечтательным выражением лица, говорящая о героизме. - Хорошо, и что для этого нужно, как думаешь? – спросила она. Девочка ответила не раздумывая: - Для начала, научиться сражаться! Мать внимательно посмотрела на Ирулан. - Вот что я сделаю, - серьёзно сказала она, - Я найму для тебя учителей, которые научат тебя искусству боя и владению оружием, - при этих словах у Ирулан лицо стало восторженным и счастливым, - Отец, конечно, будет против, но я это сделаю на свои личные средства. Но будет одно условие: ты будешь уделять должное внимание и обычным занятиям. Иначе, всё тут же прекратится. Ты можешь дать мне такое обещание? Разумеется, Ирулан пообещала матери учиться с этого дня усердно, и она сдержала своё слово, благодаря чему получила весьма неплохое образование. Но всё равно, учёбу она не любила. Впрочем, теперь она понимала, почему. Нанятые её отцом учителя больше пеклись о своём жаловании, чем о том, чтобы заинтересовать свою подопечную. Они не передавали свои знания кропотливо и бережно, а впихивали, подобно огромным кускам пирога, нимало ни интересуясь, способен ли ученик их проглотить. Здесь же всё было иначе. Мастер Нелорен мог часами удивительно интересно рассказывать о преимуществах того или иного заклинания иллюзии, подкрепляя это практическими примерами. Мастер Толфдир казался весьма мягким, но он мог терпеливо и твёрдо повторять одно и то же, пока не убеждался, что все поняли и усвоили новый материал. Коллета Маренс очень щепетильно относилась к своей специализации – магии восстановления. Она весьма болезненно реагировала, когда кто-либо позволял себе высказать сомнение в полноценности этой школы магии. Незадачливому Онмунду, чьим наставником она являлась, не раз приходилось терпеть последствия её недовольства из-за своего поверхностного отношения к магии восстановления. Норд мечтал постигать разрушение, на худой конец, иллюзию, но как назло, в этих областях у него были весьма посредственные способности, зато в восстановлении он мог достичь высот и немалых, осталось лишь самому захотеть. В отличие от него, Ирулан сразу оценила всю ценность школы восстановления. Кому, как не ей было понимать, что лечебные зелья, сколько их с собой ни возьми, имеют тенденцию заканчиваться, а магия, при разумном использовании, могла поддерживать и исцелять если не бесконечно, то, по крайней мере, весьма продолжительное время. Она и Онмунду пыталась это втолковать, но норд есть норд, если вбил что-то себе в голову, разубедить его было очень трудно. Правда, ему всё равно приходилось упорно учиться, иначе его просто исключили бы. Тратить время и силы на лентяев здесь никто не собирался. Одноклассники Ирулан тоже успешно стали адептами, так что их класс пребывал в том же составе, что и при поступлении. Поначалу, девушка смогла подружиться только с Онмундом. У парня был весёлый, жизнерадостный характер, с ним было легко общаться и просто учиться. Данмерка и каджит вначале сторонились Ирулан. Может, потому что она была старше их всех, может, они завидовали, что учителя часто выделяли её. И дело было не в том, что она была сильнее или талантливее остальных, просто её отношение к учёбе и преподавателям сильно отличалось от отношения других студентов. Оно было более серьёзным, вдумчивым и очень уважительным. Джзарго и Брелина считали, что она подлизывается к учителям, но это, конечно же, было не так. Первой наладила с ней отношения Брелина. Однажды, когда все студенты уже были в своих комнатах, она, немного смущаясь, постучала к Ирулан. - Извини… Не могла бы ты мне помочь? – спросила она. Имперка была весьма удивлена, ведь до этого дня эльфийка даже не желала с ней разговаривать. - Почему я? – спросила она, гадая, нет ли тут подвоха. - Потому что другие отказались! – обиженно отрезала Брелина. Ирулан улыбнулась: - Может и мне стоит? Лицо у данмерки сделалось ещё темнее. - Ну, конечно, ну, и ладно! – прокричала она и бросилась прочь из комнаты. - Подожди! – остановила её Ирулан, хватая за руку. Она понимала, что данмерка наступила на горло своей гордости, чтобы обратиться к ней за помощью, и не хотела терять шанс наладить отношения, - Что у тебя? Брелина показала выкладки: - Это должно быть заклинание призыва призрачных доспехов, - сказала она уже более спокойно. Ирулан удивлённо взглянула на неё: - И что тут сложного? - Нет, ты не понимаешь… Я хочу наложить это заклинание не на себя, а на тебя. - То есть, ты хочешь призвать доспехи не себе, а мне? Данмерка кивнула и гордо улыбнулась. - Это интересно… - задумчиво проговорила Ирулан, - а ты уверена, что всё правильно рассчитала? - Конечно, иначе я бы не стала тебе предлагать. Брелина славилась своими неоднозначными экспериментами. Она умудрялась совмещать несовместимое, что порой приводило к непредсказуемым результатам. Однажды, она пыталась создать копию Джзарго, но вместо этого превратила самого Джзарго в собаку. Надо ли говорить, что кот был просто в бешенстве, он потом целый месяц жаловался на собачьих блох, хотя никаких блох, разумеется, не было. В другой раз она захотела сделать Онмунда невидимым, в результате, по двору Коллегии весело скакал ржущий жеребец. Неудивительно, что помогать ей в экспериментах никто не жаждал. Ирулан вздохнула. Ей как-то не хотелось стать свиньёй или курицей. Но данмерка смотрела так умоляюще, что она сдалась. - Ладно, давай, попробуем… - неуверенно сказала имперка. Брелина поставила её посреди комнаты и произнесла своё заклинание. Ирулан окутал голубой туман, который вскоре рассеялся. Девушка, вроде бы, ничего странного не ощущала. - Ой! – раздался испуганный голос Брелины. - Ой? – испугалась уже Ирулан, - Что значит «ой»? Она стала осматривать себя со всех сторон и поняла, что выглядит как… призрак. Самый настоящий призрак. Вышло даже более похоже, чем у того сумасшедшего мага из руин Айварстеда. - Здорово, - не удержалась от едкого комментария имперка, - если меня такой увидят, то подумают, что меня убили, и я стала призраком Коллегии… На глазах данмерки заблестели слёзы. - Мне конец, - прошептала она, - меня теперь исключат. И она горестно заплакала. Ирулан подошла к ней и обняла её за плечи. «Ну, хоть плотность моя никуда не делась», - подумала она. - Да, ладно, с чего ты взяла? – спросила она Брелину. - Толфдир сказал, что если я ещё раз устрою эксперимент, не согласовав его с учителями, меня выгонят… - проговорила та сквозь слёзы. - Ну, не плачь. Действие твоего заклинания хоть само развеется? - Должно, - уже не так уверенно ответила данмерка упавшим голосом, - я его делала на недолгое время, чтобы только проверить… - Если всё само собой пройдёт, то никто ничего не узнает. Я ничего никому не скажу. Только ты действительно, в следующий раз лучше предупреди учителей, мало ли что… Брелина выглядела изумлённой. - Ты, правда, никому не расскажешь? Действие заклинания тем временем с лёгким хлопком иссякло, и Ирулан снова стала выглядеть как обычный живой человек. - Ну вот, вроде, всё в порядке. Не стоило так расстраиваться раньше времени, - сказала Ирулан, подавая данмерке платок. - Слушай, мне так стыдно, - сказала та, смахнув слёзы и вытерев нос, - я ведь думала, ты высокомерная имперская выскочка, подлиза и интриганка… А ты совсем не такая. - Рада, что ты в этом убедилась. Дружба? - Да! – радостно воскликнула эльфийка. С того дня Брелина действительно стала относиться к Ирулан по-дружески, и хотя она не оставила попыток создать какое-нибудь великое колдовство или иллюзию, но больше экспериментировать на одноклассниках она не пыталась. Дольше всех с Ирулан не желал идти на контакт Джзарго. Он вообще считал себя самым талантливым, самым учёным и при этом самым недооценённым. Его успехи в магии разрушения и правда, были весьма впечатляющими, однако, вряд ли это можно было считать поводом для подобного высокомерия. Однажды Ирулан во время своего дежурства после того, как вымыла пол, поднялась на верхнюю площадку Зала Одобрения, чтобы слить грязную воду в специальное отверстие. Рядом находился люк, ведущий наружу, где находились тренировочные площадки для студентов – экспертов. Сначала оттуда раздался грохот от взрыва, а затем вскрик и протяжный стон. Ирулан бросила ведро и кинулась наверх. Время было учебное, в общежитии никого не было, только она, поскольку дежурила, а эксперты в это время были на лекциях. Так что кто бы там ни был, он был один. С грохотом откинув люк, Ирулан выскочила наружу и сразу же увидела Джзарго. Он катался по каменной площадке и жалобно скулил, его форма местами обуглилась, местами сгорела совсем, а сам он был весь в ожогах, его шерсть кое-где слезла, а усы опалились, вокруг него пылали языки пламени. Ирулан быстро погасила их, просто затоптав, и кинулась в каджиту. - Ну, что ты наделал, тебе жить надоело? – спросила она, тут же накладывая на него исцеляющие чары. Джзарго сначала ещё поскуливал, но постепенно магия делала своё дело, и ожоги стали исчезать. Ирулан старалась не торопиться, чтобы не растратить «ману» раньше времени. Наконец, кот был исцелён. - Ну, вот, только, извини, шерсть я тебе восстановить не смогу, придётся ждать, когда сама вырастет… - устало проговорила девушка. - Спасибо, Джзарго очень благодарен, - ответил каджит глухим голосом. - Как ты тут оказался? Время же занятий. - Джзарго отпросился для самостоятельной работы. - А, ну тогда всё в порядке, - саркастично заметила Ирулан. - Джзарго хочет считать тебя своим другом, - сообщил кот таким тоном, словно вручал Ирулан ценный приз. Девушка сдержала улыбку и соответственным тоном ответила: - Почту это за честь. Похоже, кота этот ответ устроил, потому что он величественно кивнул. Разумеется, этот случай не удалось сохранить в тайне, ведь опаленные усы и проплешины каджиту было не скрыть. То, как Фаральда орала на своего подопечного было, наверное, слышно и в самом Винтерхолде. После этого вид у него был весьма удручённый, что можно было заметить по прижатым ушам, одно из которых подозрительно пылало. Такого унижения у парня не было ещё никогда. В наказание ему запретили покидать стены Коллегии на неопределённый срок. Таким образом, Ирулан сумела подружиться со всеми своими одноклассниками. И теперь, бросая взгляд на прошедший год, Ирулан считала, что он прошёл для неё не зря. Хотя, что делать со своими личными поисками, она не знала. - Что-то не получается? – услышала она спокойный и тихий голос своего наставника. Ирулан считала, что ей повезло. Лучшего учителя было трудно желать! Он был очень терпелив, всегда спокоен, но при этом всегда был готов помочь и лишний раз что-то объяснить, если вдруг не было понятно. Сергий Турриан всегда приветствовал вопросы своих учеников и никогда не уходил от ответа, скрываясь за общими фразами. Если что-то было ещё рано объяснять, он честно об этом говорил, объяснял, почему это так, и называл сроки, в которые ученики смогут удовлетворить своё любопытство. При этом он охотно беседовал и на отвлечённые темы, считая, что это помогает учителю и ученику лучше узнать друг друга. Сергий тоже был доволен своей подопечной. Он не признавался в этом, но кроме прочего, ему так же было приятно, что она оказалась имперкой, как и он. В ней он видел пытливый ум, желание учиться, трудолюбие и настойчивость. К тому же его поражало, как легко, словно играючи, ей удавалось постичь отнюдь нелёгкое искусство зачарования. Она без труда научилась управляться с пентаграммой душ, очень быстро поняла суть подпитки зачарованных предметов, с лёгкостью научилась видеть и распознавать по цвету ауры вид зачарования. Теперь она осваивала основы плетения энергий, чтобы создавать уникальные артефакты, кроме того, ей было уже пора учиться захватывать души и заключать их в магические кристаллы, которые в обиходе называли камнями душ. Как раз сейчас она должна была найти и собрать всю теоретическую информацию об этом процессе. Но, видимо, что-то не получалось, поскольку поиск затянулся, и Сергий решил узнать, не нужна ли его помощь. Ирулан подняла взгляд на учителя, ей не хотелось признаваться, что она думает вовсе не о задании, поэтому девушка решила задать вопрос, который давно уже собиралась. - Учитель, я просто думаю… Захватывая в момент гибели живого существа его душу и помещая её в кристалл, не совершаем ли мы своего рода порабощение? Ведь душа – это, по сути, личность существа… И потом, используя душу в зачарованиях, мы её фактически убиваем, уничтожаем эту личность. Сергий Турриан улыбнулся. - Я не удивлён, что ты задаёшь мне этот вопрос, хотя на моей памяти никто из студентов не интересовался этими проблемами… Но ты всегда любишь докопаться до сути. Это правильно! Зачарователь сел напротив Ирулан. - Существовало несколько теорий относительно того, что представляет собой пойманная душа. Споры об этической стороне вопроса тоже велись давно, но сами собой как-то затухали. Итак, одна из этих теорий гласит, что всё происходит так, как ты сейчас и описала, поэтому допустимо использование только душ животных. Некоторые считали и это аморальным, но их голоса не были услышаны, ведь принятие их стороны означало бы полный отказ от зачарований вообще. Другая теория утверждала, что душа в зачарованном предмете продолжает своё существование, что практически означает своего рода бессмертие, хотя и лишённое свободы. Что же касается душ, которые используют для зарядки опустошенных предметов, типа посохов, то эта теория утверждала, что заряжая предмет, душа, таким образом, освобождается. Было ещё несколько теорий, но они совсем запутанные и не представляются хоть сколько – нибудь обоснованными, а потому не заслуживают внимания. Однако, мои собственные исследования, а так же изыскания других мастеров выдвигают на первый план другую теорию. Она гласит, что мы заключаем в кристалл не душу, которая есть сосредоточие личности, а жизненную энергию, покидающую тело в момент гибели. Сама душа отправляется туда, куда ей и следует, а вот жизненная сила вместо того, чтобы рассеяться в Нирне, заключается в кристалл. Вспомни, как заряжается опустошённый посох или, скажем, меч. Стоит лишь поднести к нему наполненный камень, и предмет тут же впитывает эту энергию, заключённую в нём, словно человек, испытывающий жажду, жадно хватающий предложенный стакан с водой. И вот, он вновь полон и готов служить тебе. Впрочем, были и такие артефакты, в которые, и правда, заключались именно души, а не жизненная энергия. Например, печально знаменитый меч Умбра… Но такие артефакты обладают собственной волей и со временем порабощают своего владельца. Вот тебе и косвенное доказательство моей теории. Если хочешь, могу дать тебе трактат по этому вопросу, чтобы ты смогла самостоятельно вникнуть в суть, - закончил свою небольшую лекцию Турриан. - Да, конечно, хочу! Спасибо, наставник, – ответила Ирулан. Если честно, она и сама, раздумывая об этом вопросе, пришла к похожим выводам. Тут к ним подошёл студент – новичок из нового набора. - Прошу прощения, мастер Толфдир просит ваш класс собраться в Зале Стихий, - сказал он, обращаясь к Ирулан. - Иду, - ответила она, поблагодарила ещё раз своего наставника, отнесла на место книгу, которую изучала, и поспешила в Зал Стихий. - Дорогие адепты, - обратился к ним Толфдир, когда все четверо собрались, - сегодня у нас будет полевое занятие, мы идём на раскопки в руины Саартала. - Джзарго запрещено покидать стены Коллегии, - мрачно напомнил каджит. Его шерсть и усы уже отросли заново, но Фаральда всё ещё не спешила прощать своего студента. - На время сегодняшней экспедиции твоё наказание снимается, - ответил Толфдир, - если сегодня всё пройдёт как надо, возможно, я смогу убедить твою наставницу сменить гнев на милость. Ирулан буквально почувствовала, что кот сейчас или презрительно фыркнет, или ещё что-нибудь подобное выкинет, поэтому быстро дёрнула его за свежеотросшую шерсть на руках. Каджит вздрогнул от неожиданности и промолчал. - Выдвигаемся немедленно, постарайтесь держаться вместе, не отставайте, - сказал тем временем мастер и направился к выходу из зала. Студенты потянулись вслед за ним. - Спасибо! Джзарго иногда не умеет сдерживаться, - прошептал кот. - Всегда, пожалуйста, - прошептала в ответ Ирулан.