Старший брат

— Маринетт, тебе пора спать, иначе завтра проспишь всё на свете, — укоризненно произнесла Тикки, когда девушка, поднявшись к себе в комнату, вместо того, чтобы лечь в кровать, уселась за компьютер. — Ох, Тикки, я всего на минуточку. Посмотрю, не скинул ли кто новые фотографии с Адрианом, и сразу лягу!       Маринетт поспешно открыла сайт Агрестов, и у неё глаза разбежались от обилия фото. Сегодняшняя фотосессия в парке заинтересовала многих фанатов. Правда, большинство снимков вышли расплывчатыми — мало кто рисковал подобраться к модели так близко, как она, но девушка всё равно рассматривала их с глупой улыбкой на лице.       «Дюпэн-Чэн, я прикрыла тебя на химии, так что с тебя фотки кумира», — пришло сообщение в чате от Хлои, и Маринетт вздохнула. Если Хлоя жаждала пообщаться, то разговор предстоял долгим, никак не та минутка, которую она пообещала Тикки.       «Мне сейчас некогда», — быстро написала Маринетт.       «Да брось, пялиться на кумира ты можешь, а отправить фотографии мне — нет? Это что, ревность так проявляется?» — ответ появился раньше, чем Маринетт закрыла чат.       «Я зашла на минутку!»       «Вот и потрать время с пользой. С тебя фотографии Адрианчика, с меня — задачки на завтрашнюю контрольную».       «У нас завтра контрольная?!» — Маринетт горестно вздохнула, осознав, что сон всё-таки откладывается. К химии надо было подготовиться, иначе после очередного неуда с родителей станется посадить её под домашний арест.       «О ней ещё на прошлой неделе говорили, но ты видно опять мечтала, а не слушала».       «Лови фотографии, — сопроводив файлы грустным смайлом, Маринетт отправила Хлое самые удачные снимки, а сама открыла присланные ей задачи. — Ты мне поможешь, если не получится разобраться?»       «А куда я денусь? — появился недоуменный смайлик, и Маринетт представила, как Хлоя пожимает плечами. Она помогала ей с химией не впервые: Хлое всегда удавались естественные науки, тогда как Маринетт с легкостью справлялась с творческими заданиями, частенько делая их за Буржуа. Они общались (сказать «дружили» у Маринетт язык не поворачивался) с детства, и научились использовать сильные стороны друг друга. — Пробуй разобраться, если что не получится, спрашивай. А я пока полюбуюсь на задницу Агреста. Ты как вообще умудрилась так близко его снять?»       «В кустах посидела», — коротко написала Маринетт и, свернув чат, вчиталась в текст первого задания, а затем полезла за учебником. Что-то похожее она точно видела.       «А почему нет фото, где Адриан без рубашки?» — пиликнуло очередное сообщение.       «Хлоя, я вообще-то учиться пытаюсь», — возмутилась Маринетт, которая только настроилась на занятие. Тикки пришлось показывать задачки, чтобы убедить, что Маринетт действительно собралась заниматься, а не висеть в интернете.       «Ты не ответила на вопрос. Я точно видела в сети пару снимков, где Адриан без рубашки. Но там так далеко, что только дразнить любопытство. Порадуй меня и скажи, что у тебя есть получше»       «Если бы. Пришёл Феликс и помешал, — Маринетт откинулась на спинку стула, вспомнив утро. — А еще он в курсе, что я прогуляла, так что завтра пойду в школу под конвоем».       «Бедняжка».       «Не притворяйся, что тебе меня жалко. Кстати, ты не знаешь, с каких пор Феликсу нравятся сладкие булочки?»       «Он вроде сыр любит. А что?»       «Родители сказали, что проследят, чтобы его сладкий пирожок не съели», — странный разговор родителей с Феликсом всё никак не выходил у неё из головы. Возникшие подозрения только усилила реакция Хлои:       «Вау! И ты ничего не поняла?»       «А что я должна понять?» — уточнила Маринетт, напрочь забыв, что собиралась посмотреть химию.       «Дюпэн-Чэн, если ты до сих пор не догадалась, то неисправима! Просто купи очки!»       «Да о чем ты?»       «Забудь. Иди заниматься»       «Хлоя!» — уговаривать её было бесполезно, это Маринетт тоже знала. Хлоя никогда не упускала случая подшутить над ней. Хоть они и стали нормально общаться с тех пор, как Феликс запер их на вечер в темной комнате.       Маринетт до сих пор с содроганием вспоминала тот день. Ей было шесть, и она пришла поиграть к Агрестам. Хлоя тоже была там, и тогда девочки ненавидели друг друга. Маринетт не помнила, из-за чего они поссорились в тот раз, то ли Хлоя пыталась отобрать у неё куклу, то ли Маринетт забрала у Буржуа её любимого медведя, но дошло до драки. А Феликс, которому надоело выслушивать их вопли, выключил свет, вышел из комнаты и запер дверь.       Пока было светло — страшно не было, они расселись по разным углам и молча дулись друг на друга. Но потихоньку стемнело, и комната наполнилась ужасными звуками и тенями. Девочкам казалось, что вот-вот и на них набросился страшный монстр. Тогда-то Хлоя и заговорила с Маринетт: она рассказала, что мама ушла от них год назад, и теперь Хлоя живет с папой, но ему вечно некогда, и, наверное он даже не заметит, если её съедят. Так что пусть Хлою съедят первой, потому что Маринетт нужна своим маме и папе. Потом девочки вместе поплакали, успокоились — вдвоем было не так страшно, а когда Феликс всё же соизволил открыть дверь, то уже довольно спокойно играли в темноте, став если не подругами, то приятельницами.       «Ну и ладно, я сама всё узнаю», — написала Маринетт, так и не дождавшись ответа.       «Не сомневаюсь. И мне безумно жаль, что я не увижу твоего лица в тот момент. Я офлайн, если надо помочь, скинь сообщение на сотовый», — Хлоя отправила ей подмигивающий смайлик и вышла из чата.