Чертов ангелочек!

Как я уже говорил, мы с Клодом мирно сидели в баре и намеревались вскоре отправиться спать, но кое-кто нарушил наши планы. Дверь бара широко распахнулась, послышался смех, топот, шум, в зал вбежали Люц и еще пятеро демонов: Мирт и Мариус, светловолосые братья-близнецы, Дира и Келли, сестры, и Слэй, муж первой упомянутой демонессы. Мирт, Мариус и Люц волокли какой-то большой серый сверток из плотной ткани, туго обвязанный веревками, вытянутый, неправильной формы. Сверток негодующе вертелся, пинался и что-то пищал, но разобрать слов было нельзя, хотя смысл был и так ясен - вряд ли содержимое этого кокона пело "Эсмеральду". То, что было завернуто в ткань, столь яростно сопротивлялось, что трое нехилых демонов с трудом удерживали это и несколько раз почти уронили, но Слэй и девчонки были начеку и вовремя подхватывали эту упакованную гусеницу. - Что это? - поинтересовался Клод у Келли. - Щас и увидишь, - подмигнула моя бывшая пассия. - Поверь, это очень интересно! - Так-так, - я слез со стула, мое любопытство полезло наружу. Демоны с явным наслаждением бухнули негодующе взвизгнувший сверток на пол, распрямились и вытерли пот со лба. - Ф-ф-ф-фух, доставили, - пробормотал Люц, садясь за стойку и заказывая себе воды. Впрочем, Мариус и Мирт вскоре присоединились к нашему Сатане, втроем они выдули никак не меньше десяти литров воды, прежде чем наконец оторвались от кружек и соизволили обратить свое внимание на сверток, лежащий неподвижно. - Слушай, а он там точно живой? – поинтересовалась Келли. - Давай проверю, - вызвался я. - Проверь, но осторожно, наш сюрприз не так уж и прост, - хохотнул Люц. Я опустился на корточки около этого странного свертка и осторожно коснулся его рукой. Он всхлипнул и дернулся. Я пожал плечами и подпалил веревку. Существо, закутанное в плотную ткань, задрожало. Я медленно начал распеленывать то, что было внутри… Внезапно вокруг меня пронесся пернатый вихрь. Я попытался хоть что-то уловить в этом мягком белом ветре, но не успел – нечто взвилось к потолку, а оттуда явно намеревалось удрать в открытую дверь, но Келли быстро захлопнула створку. Пойманное создание в панике заметалось по небольшому бару, натыкаясь на стулья, чертят и демонов. Люц резко выбросил вперед руку, и странное создание словно запуталось в невидимой паутине и упало. Наконец-то я смог нормально рассмотреть принесенный товарищами объект. На серой грубой ткани лежал… Ангел. Настоящий. Совсем молодой, почти что мальчик, очень тонкий, хрупкий; как наши при транспортировке не переломали ему все кости?! Если бы он был человеком, я бы сказал, что ему не больше 20-22 лет. Его волосы цвета спелой пшеницы красивыми волнами падали на хрупкие изящные плечики, едва прикрытые разорванной тканью некогда ярко-желтой футболки с темно-синей надписью «ХОЧУ НА ЛУНУ», а на стройных бедрах этого создания ловко сидели джинсовые бриджи с пиратскими скалящимися черепами. В голубых глазах плескался страх, граничащий с безумием. Голые руки, босые ноги… Мальчик дрожал, но, наверно, больше от страха, чем от холода. А, забыл упомянуть главное: за спиной такого щуплого паренька развевались просто громадные для такого хрупкого тела снежно-белые крылья. Каждое крыло по размеру было больше самого ангела, а перья по длине намного превышали орлиные. Правда, сейчас они были не в лучшем состоянии - перья топорщились во все стороны, некоторые были сломаны и измазаны пылью и грязью, что неудивительно: ленивые чертята редко подметают потолок в баре, а парнишечка своими роскошными крыльями залез в каждый угол и собрал всю паутину и прочую дрянь. Мое сердце екнуло от жалости к несчастному парню. Один, слабый, испуганный, против целой толпы Высших. Он посмотрел на меня своими громадными глазами небесного цвета, и я пропал. Спасти, спасти мальчика, и какой угодно ценой! - Ладно, парни, развлекайтесь, - Келли и Дира, крепко державшая за руку Слэя, покинули бар, не забыв захлопнуть дверь; я услышал, как щелкнул замок. Я обозрел помещение. Да уж, неизвестно, как бедный мальчик еще не умер со страха: вокруг него столпились пятеро Высших, все нехилого телосложения, и вряд ли он тут для того, чтобы поговорить об искусстве. - Что ж, приступим? – усмехнулся Люц, делая шаг к съежившемуся на полу мальчику. POV ангела Нет, нет, отойдите, не приближайтесь! Не трогайте меня! И не надо на меня смотреть так хищно! Что Вы хотите со мной сделать? Почему тот, который с драконом на груди, так хищно облизывается? Они же не каннибалы, нет? Почему те светловолосые, похоже друг на друга, предвкушающе улыбаются? И еще один рыжий смотрит, как на лакомый кусок мяса. Только один брюнет, похоже, не разделяет общего настроения, он явно ведет борьбу с самим собой. Они же не собираются... - Так, чего стоим, кого ждем? - спросил тот, который с тату, похоже, самый главный среди них. - Наш мальчик уже заскучал, а он же наш гость... Не бойся, малыш, мы не сделаем тебе ничего плохого, если ты не будешь вырываться и сопротивляться. Хоть раз пикнешь - пеняй на себя, пощады не будет. - Я... я... я... - что-то слабо лепечу, понимая, что ничего не смогу сделать один против всех. Странный брюнет смотрит на меня, и мне кажется, что в его голове созрело решение. Светловолосые вместо ответа медленно ногтями разрывают мою футболку, и я предстаю полуголым пред всей этой толпой. Сжимаюсь, они пожирают глазами мое тело. Страшно, страшно. Парень, на ушах которого, казалось, расположилась целая ювелирная лавка, схватил меня за руку и прижал к своей груди. Его ладонь скользнула по ткани моих штанов, настойчиво оглаживая ягодицы, пальцы зацепили пояс и потянули вниз, штаны покорно сползли на пол по ногам. Дергаюсь, вскрикиваю - щеку обжигает болью. - Я же сказал тебе, щенок, чтобы ты не рыпался, а то накажем, - елейным голоском пропел тот, который держал меня, и его губы внезапно накрыли мои. Я задохнулся от унижения и отвращения. Голый, прижатый к широкой груди, и в бедро мне явно что-то упирается... Ой-ой-ой! Кусаю его за губу, отпихиваю пропитанное дымом тело от себя, падаю на пол. Голый, беззащитный. - Ну все, малыш, мы же предупреждали, - тихо рыча, главарь этой банды двинулся на меня. Я закрыл глаза и скорчился, ожидая удара, но его не последовало, вместо этого передо мною промелькнула темная тень. Конец POV ангела Он почти ребенок, а они, демоны, накинулись на него толпой, схватили, связали и привели сюда! Да его сейчас инфаркт хватит! Знаю, зачем его приволокли - Люц пока что не собирается обзаводиться парой, но и себя потешить тоже надо. Кстати, найдя пару, демон всегда хранит ей верность. Если что-то случится с супругом или супругой, то второй тоже умирает, не вынеся одиночества. А вы говорите - демоны, демоны, черствые, бездушные... Спасти мальчика! Я могу... Я могу спасти его только одним способом: сделав своей парой, и тогда уже никто даже не посмеет посмотреть на него косо или злобно. Да, это единственный выход! Срываюсь с места и встаю перед ангелом, закрывая его своим телом от Люца, Мирта, Мариуса. За их спинами маячит Клод... Он с ними, значит, против меня. Некогда размышлять - сейчас или никогда. - Не трогайте его! Я не позволю! Сволочи! Он же один, а Вас столько! - заорал я. - Звери, гады! Вы не посмеете! Это просто нечестно! Лица демонов вытянулись, губы Люца сложились в ухмылку, не предвещающую ничего хорошего. - Он будет моей парой! - ору я тот аргумент, перед которым бессильны любые возражения. - Моей парой, и я никому не позволю трогать мою пару! Ангелок, поняв, что я хочу ему помочь, мгновенно прыгнул мне на спину, крепко вцепился руками в мою футболку, его ноги обвили мою талию. Теперь, наверное, сдвинуть его может лишь бульдозер. - Что ж, - прошипел разозленный Люц. - Пусть будет так... Но без любви пара невозможна, мы не маньяки и не можем его принуждать жить с кем-то, а, ребят? - Сатана усмехнулся и продолжил. - Если этот мальчик полюбит тебя - то вы сможете пожениться. Если же нет - то он наш! Даю тебе три недели на все. Если через три недели он не захочет сам быть с тобой, то уж не обессудь - жестоко было бы лишать мальчика свободы, - он захохотал. Я вместо ответа подхватил на руки перепуганного малыша и решительным шагом направился к выходу. Мальчик прижался ко мне, его маленькое худенькое тело вздрагивало, и я прижимал его к себе. Его тонкие ручки обхватили мою шею. Запах мальчика, его кожи, волос, страха будоражил сознание. Я шел домой.