Из побуждения чувств

Не сквозит то отчаянные голым лезвием, поэтому стоит оставить то, прожито Мы идём одни под голым пологом, Мы не мчимся за луной гашеной, В молоке и в твоём молчании, Мы не звери, что были брошены, Мы не птицы, которым петь за упокой. Мы молчали, но наши души сами стремились за звездами. И пускай в них сплошное выгорание, Пускай в них нет белёсых отблесков. Мы не знаем про прощение, Зато мы знаем про жриц острова. Пусть они убивают осколками, Пусть они превращают в пепел, Все слова, что тобой были брошены, Все слова в которые никто не поверил. Но они были подобны горячим звёздам, Их роняли как и нас на пол. Их убивали за простое сияние. А мы грызли чужие души, Мы грызли камень отчаяния, Когда ты стоял и насмехался снаружи. Мы отплатим и пусть жрицы сотрут твою ухмылку, Ты умрешь под пенной волною голубой строки. Тебе не стоит уж бежать, бесполезно себя крестить, Небо больше не подвластно, оно не услышит зов глупых людей. Осыпет тебя звёздами, что острей твоих ножей, Ты так надеялся, что мы умрем, но смерть это лишь твоё — Твоё признание и страх. Не печалься, я не вскрою вены, Твои слова недолётали до сердца, ты ранил ими, Но неправильно, ты не смог остановить ничьи потоки тьмы. Ты глупый ворон, что каркал к смерти Себе же новый мотив за упокой души. Мне не страшно вырыть могилу тебе, Жрицы уже пришли, ты повержен будешь, и твоя улыбка сотрется с лица земли. Глупый мальчик, мечтал изменить мир, а сломал себя, Глупый мальчик, твоя кровь окропит наши пустые бокалы, И мы отпразднуем на твоей могиле. Ты больше никогда не встанешь, а я не взгляну в твои глаза, Ты слишком много хотел от мира себя, меня. Так что прощай, жалкая ирония судьбы уже не моей. Ты мог сделать многое, но щенки Не стоят у ног великих королей.