Звёзды
15 апреля 2018 г., 15:33
***
«Истинная ценность чего-либо выясняется, когда этого лишаешься»
ROV Хината
Я смотрел в окно, как «он» разговаривал с Коуши. Меня одолевало дикое желание ввязаться в этот разговор, прервать его; но я сдержал себя, успокоив тем, что позже выясню, о чём они разговаривали. Кагеяма Тобио что — то рассказывал Сугаваре, у него было какое — то беспокойное выражение лица; а Сугавара смотрел на него с такой строгостью, которая непривычна моему взору. «Они вроде уже договорили, мне нужно спускаться» — промелькнуло у меня в голове, и я пошел к ним. Подойдя, я сделал вид, что ничего не знаю и ничего не видел: — Добрый день. — Привет, Хината… — сказал Кагеяма Тобио, но я его проигнорировал. — Сугавара, привет! — радостно воскликнул я. — Идём скорее! — Идём. — ответил Сугавара и растрепал мои волосы. — До встречи, Кагеяма. Мы двинулись в парк, оставив «его» со своими мыслями наедине — думаю, так будет лучше.***
— О чём вы разговаривали, Сугавара? — спросил я. — Да так, ни о чем. — ответил мой собеседник, сжимая крепче мою руку. Он повернулся и заулыбался. От этой улыбки на душе стало как — то спокойно, меня не мучили больше терзания насчет их разговора; все сомнения удалились, будто и не было этой минутной ревности, будто я ничего не видел. Когда я нахожусь рядом с Коуши, то чувствую себя ребёнком. Я могу делать всё, что хочу; у меня отсутствует чувство зажатости. Мы можем разговаривать с ним о чём угодно, когда угодно; он никогда не скажет, что его ничего кроме волейбола не интересует. — Хината, — нежно позвал голос Сугавары, вытаскивая меня из моих раздумий. — «он» хочет с тобой поговорить. Ты хочешь или нет? Если не хочешь, я так ему и передам. — А о чём он хотел поговорить? — Не знаю, честно. Он мне не сказал. — Не хочу! — крикнул я и надул губы. Сугавара меня остановил: — Хината, я на тебя, конечно, не давлю, но, мне кажется, что тебе стоит с ним поговорить. Подумай хорошенько, а завтра напиши ему? — Хорошо, Сугавара. — Хината, называй меня Коуши? — Коуши. — сказал я, улыбнувшись во все 32 зуба, как я это умею.ROV Кагеяма
Я видел, как Хината наблюдал за нами через окно. Но когда он подошел, то сделал вид, что ничего не знает или ему просто не интересно… Не знаю, сколько можно было терпеть мои выходки.…
Как интересно: я с ним поздоровался, а он поздоровался только с Сугаварой. Даже обидно как — то, как будто меня вообще не существует, почувствовал себя никем. Надеюсь, Сугавара с ним поговорит и объяснит ситуацию. Надеюсь, я с Хинатой ещё поговорю.***
ROV Хината
Вот я и дома. Дома пахнет вкусным ужином, который приготовила мама. Сейчас выбежит Нацу и прыгнет на меня, и мы будем обниматься. А вот уже топот маленького слонёнка: — Привет, братик! — Привет, Нацу! — сказал я, обнимая её. Сегодня Коуши будет ужинать с нами; мы договорились, что он придет немного позже, так как у него дела. — А где твой друг? — спрашивает мама и начинает растрепывать мои волосы. Почему все любят это делать? — Мама! — крикнул я и засмеялся, так как она начала меня щекотать. — Он придет немного позже. — выдавил я из себя кое — как. — Хорошо, сходи в душ пока что. Он останется ночевать у нас? — Я не знаю. — крикнул я, убегая в комнату.***
*динь — доон* — Шоё, открой дверь, я сейчас занята! — Коуши! Привет! Я был счастлив, как никогда! — Извини, что задержался, у меня были неотложные дела… — Ничего! Проходи, ты ведь всё — таки пришёл! — Мама, знакомься — Коуши. Сугавара Коуши. — Приятно познакомиться, Хината Мия. — Красивое имя! Приятно познакомиться.***
— Спасибо за ужин, всё было вкусно! — Ты останешься сегодня у нас? Уже поздно. — говорит мама, смотря на часы. — С вашего позволения. — отвечает Сугавара, мило улыбаясь.***
— У нас есть гостевая комната, ты будешь спать в ней. — говорит мама Сугаваре, а потом обращается ко мне. — Хината, проводи своего друга в неё? — Хорошо, идем Коуши.ROV Сугавара
Мы прошли в гостевую комнату. Здесь очень уютно: над двухспальной кроватью — картина; справа от кровати небольшой диван и стеклянный столик; слева от кровати огромное окно с широким подоконником, на котором располагались покрывало и подушки; на потолке была шикарная люстра, а на полу мягкий ковёр — всё было в пастельных тоннах, но кровать была темно — вишневого цвета, что позволяло ей выделяться из всей мебели. — Хината, спасибо большое! — Не за что. — сказал мой возлюбленный. Мне не хотелось с ним разговаривать, только смотреть ему в глаза, и ему, видимо, тоже. Что мы и сделали. Я смотрел в его огненно — рыжие глаза и видел там непотухающий, вечно пылающий огонь. Он заводил и манил сгореть в них. Я бы с радостью сгорел. Его волосы были беспорядочно разбросаны; мне кажется, если были бы они прилизаны или расчесаны, то вид был бы совершенно другой. — Уютно у вас дома. Идём посидим? В окно посмотрим? Он смотрел в окно на звёзды, а я в его глаза: в них отражались звезды, и его глаза стали ещё более прекрасными. Они сверкали будто праздничный фейерверк. Я так хочу его обнять, хочу поцеловать его.ROV Хината
Мы поужинали. Мама сказала отвести гостя в гостевую комнату. Я отвёл, и вот мы уже сидим на подоконнике и смотрим на звёзды, хотя мой друг совсем и не смотрит на звёзды, а смотрит на меня. Я повернулся и увидел какое — то непреодолимое желание в глазах Сугавары. Свет от луны падал на него, показывая мне его красивое лицо. Карие глаза. Карие глаза — это плодородные земли, вспаханные поля, богатые и устойчивые. Твои глаза, Сугавара Коуши, — это кольца древних деревьев, мудрые и глубокие. Это шоколад в пасмурный день. Глаза излучающие тепло и такие успокаивающие. Карие глаза — это природа в её самом очаровательном обличье. — Ты хочешь спать? — Немного… Хината, позволь мне обнять тебя? — сказал Коуши. Было видно, что он не хочет ранить меня, ударить по больному месту. Он не хочет причинять мне боль; он знает, что будет лучше для меня — это одно из немногих качеств, которое я и ценю в нём. — Да… — тихо произнёс я. И он обнял меня, так нежно обнял меня. И я будто оказался в облаках, таких невесомых.Нежность — короткий, робкий божественный лик любви.
***
