Чертова работа

Утром она открыла глаза, подумав при этом: "Почему я не умерла вчера?" Голова нет, головы не было - было что-то огромное, тяжелое, наполненное раскаленной болью. -Боже что это было?, - пронеслось в этом огромном нечте. - Море, сынок, море, - сам собою пришел ответ. Смех убил в ней всякие признаки жизни, взметнувшись огненным вихрем боли. Едва отойдя от этого "удара", забрезжил первый признак разумной мысли: "Зачем столько пить?!" Действительно можно было только поразиться, как в такое божье создание средних размеров влилась бутылка "Абсолюта" и это не считая коктейлей. "Боже как хорошо, что я дома одна!"- это была вторая стоящая мысль. Стояло субботнее преддверье утра, что-то около пяти часов, восемнадцатого июля 199... года, когда наша героиня переступила порог своего дома. Он встретил ее чистотой и одиночеством, все домашние уехали на дачу. Подчиняясь скорее инерции, нежели разуму, она встала под холодный душ, но это было уже бесполезно, поэтому насухо вытеревшись, Ксения отправилась баяньки. Так для Ксении закончился день рождения шефа. Шефу стукнуло 38 лет, 37 из которых, он провел в блуде, пьянстве и во всевозможных выкрутасах. Шефа звали Виль Эдуардович, но он считал свое отчество проявлением старости, поэтому подчиненные обращалась к нему только по имени. Когда Ксения проснулась в очередной раз, все болевые ощущения куда-то исчезли, им на смену пришел голод, причем зверский. Она встала и опять полезла под душ, лежать в ванной это было не ее, хотелось простора, а мокнуть в тазике, нет уж увольте. После упругих струй воды чувство голода стало просто невыносимым. Опустошив холодильник ей стало понятно, что еды не хватило. Видимо пришло время куда-нибудь прошвырнуться. Часы показывали семнадцать пятнадцать, самое время для прогулок на свежем воздухе. Ксения едва успела сделать последний штрих к своему макияжу: надеть большие солнцезащитные очки , как раздался телефонный звонок. - Да, - проскрипела Ксеня в трубку, любуясь своим отражением в зеркале через фильтры очков. - Здравствуй солнышко! - звучит в трубке мягкий баритон. - Здравствуй, здравствуй Андрюша, - она прекрасно знала как он ненавидит это "Андрюша", его можно было назвать как угодно, хоть Дрон Горыныч, но только не Андрюша. Но отказать себе в удовольствии она не смогла, - Как твои дела Андрюшенька? - Замечательно, - Андрей попытался скрыть свое раздражение за бархатом голоса. Но это не ускользнуло от Ксении, и немного порадовало, совсем чуть-чуть, - Кстати, на улице так здорово! Может быть выйдешь посмотреть? - Не знаю, я подумаю, - как обычно началась игра в слова. - Думай, только не очень долго. - А там действительно здорово? - Да! - Ладно, выйду, тем более, что уже собралась, ты меня в дверях застал. - Жду. - Жди. Трубка опускается на рычаг. Их отношения Ксеня не могла назвать ни романом, ни любовной историей, Андрей был женат, и Ксения ничего от него не требовала, ей было занятно с ним. Они переживали на данный момент отношения чуть больше знакомства, как пятнадцатилетние ребятки, обмениваясь знаками внимания и не более того. Но антураж словесного противостояния заводил больше , чем постельные сцены. У Ксении возникало порой такое восхитительное ощущение его интереса к себе. Она чувствовала себя особенной, интересной для него, необычной . Как сладко было замирать от его восхищенного взгляда. Но как только это ощущение начинало давать корни и крепнуть, так в памяти Ксении всплывали слова Виля : "Они будут подбирать тебе такого мужчину, который тебя устроит, а еще лучше если он тебя зацепит!" Это отравляло жизнь , девушка пыталась смириться с возникшей ситуацией. "Под тебя подложат любого! Только скажи какого хочешь! А потом возьмут на мораль!" Нужно быть предельно осторожной! Предельно! Поэтому когда появился Андрей, было очень хорошо, что он женат. В женатого, по мнению, девятнадцатилетней девочки влюбиться сложнее, значит проще будет держать ситуацию под контролем. Да и чисто внешне Андрей ничего из себя не представлял, хотя нет : низкий голос, от которого по телу бежали мурашки, красивое тело и восхитительные темно карие глаза, посмотрев в которые понимаешь, что на долю их обладателя выпадали не только сласти, но и кое что еще.