"Я никогда не..."

      «Привет, дневник. Меня зовут Шерлок Холмс. Мне девять лет. Я завел этот дневник, потому что мне не с кем поговорить». «Привет, дневник. Мне сегодня двенадцать лет. Майкрофт даже не вспомнил об этом, вся семья сделала вид что меня нет». «Привет, дневник. Мне восемнадцать лет».       Шерлок выдохнул и закрыл свой старый потрепанный дневник. Последняя запись была сделана ровно год назад, в день восемнадцатилетия Холмса. Но прошлогодний Холмс был другим. Он умел испытывать эмоции и чувства, хоть и не любил признавать это, считая что все эти проявления человечности делают его уязвимым. С Холмса сегодняшнего, девятнадцатилетнего, словно стерли все эмоции, уничтожили все чувства. Когда это началось не мог знать и сам Шерлок. Он просто понял, что с жизнью происходит что-то не то, что жизнь пролетает не меняясь, заставляя Шерлока только страдать. Это понимание, внезапно появившееся в середине лета, не давало покоя Холмсу, заставляя медленно увядать. В ноябре все дошло до крайности — Шерлок попытался убить себя. Это было вне дома, и родители Холмса не были поставлены в известность, но вездесущий старший братец еще долго водил Шерлока по докторам, и Шерлоку пришлось проявить весь свой немалый актерский талант, чтобы внушить врачам полное свое здоровье. К девятнадцатилетию депрессия немного отступила, но не настолько, чтобы Шерлок ужаснулся собственной попыткой самоубийства. Он лишь досадовал, что из так наскучившего мира уйти не удалось, прокручивая в голове возможный будущий повтор, на этот раз удачный. Телефон пиликнул, возвещая его хозяина о том, что зарядки осталось 15%. Холмс чертыхнулся и потянулся к заваленному всем возможным и невозможным столу, пытаясь отрыть среди кучи проводов нужный, чтобы поставить телефон на зарядку. Грохоту получилось больше, чем планировалось, поэтому снизу послышались шаги. «Черт, — подумал Шерлок, — и чего ей не спится в такую рань? Ведь пять утра только…» — Шерлок, сынок, ты чего не спишь? — в приоткрытую дверь просунулась голова матери Холмса, осуждающе смотрящая на беспорядок в комнате. — Я…будильник поставил случайно, — соврал Шерлок, хотя по виду миссис Холмс можно было с легкостью сказать, что та не поверила, — Ну что? — Меня хоть не обманывай, сынок, — мягко проговорила миссис Холмс, — Я же вижу что ты не ложился. Что происходит, Шерлок? Холмс одернул рукава пижамы, чтобы мать ни в коем случае не увидела шрамы на запястьях и, начиная выходить из себя, сказал: — Со мной ровно ничего особенного. Я просто поспал днем, а сейчас зачитался, — вновь соврал Холмс, едва находя в себе силы улыбнуться. — Вот теперь верю. Ложись спать, сынок, — миссис Холмс послала воздушный поцелуй Шерлоку и вышла из комнаты, тихонько прикрыв за собой дверь. Шерлок дождался, пока шаги стихнут и, тихо чертыхнувшись, достал из-под подушки сигареты. Курить он начал с пятнадцати лет, тогда же впервые попробовал наркотики. Но если от последних Шерлок отказался, то сигареты оставались единственным вариантом расслабиться. Успешно миновав завалы на полу, Шерлок подошел к окну. Тихая снежная природа, такая спокойная, что Холмс даже возмутился бы их контрасту, если бы не понимал всю абсурдность этого поступка. Поэтому, бесшумно открыв окно, Шерлок сел на подоконник, выпустив босые ноги наружу. Холод отрезвлял Шерлока, который, только приняв достаточно устойчивое положение зажег сигарету и принялся курить, наслаждаясь всем процессом и получая такое редкое в эти дни удовольствие. Телефон опять пиликнул. Холмс, не спеша докурил сигарету, вместо пепельницы используя одно из блюдец, стоявших на столе и вернулся в комнату. Окно решено было не закрывать, чтобы не знающие ничего о любви Шерлока к сигаретам родители оставались в неведении и не учуяли сильный запах. Ноги парня сильно замерзли, но это не имело никакого значения, так как прохладные ноги, как и руки были его обычным состоянием. Сейчас Шерлока интересовал только телефон, который по всем параметрам звучать не должен. Посмотрев на источник пиликания, Шерлок разочарованно выдохнул, поняв что это была всего лишь реклама, но скука и природное любопытство притянули его внимание к заголовку. "Я никогда не…" Звучало довольно интересно, и Шерлок нажал на нее. Приложение почти моментально скачалось. Шерлок открыл его и увидел, что нужно ввести свой ник. Особенно не раздумывая, Холмс написал простое «SH». К черту оригинальность, кому она важна в этом сером тупом мире. Внезапно на экране появились правила, и Холмс стал читать их, особенно не вчитываясь, но и стараясь не пропускать ничего важного. «Добро пожаловать в игру «Я никогда не…», SH. Перед началом игры ознакомьтесь с правилами: В игру играют десять игроков. Первый игрок говорит, что он никогда не делал. Если кто-то из присутствующих делал то, что не делал первый, то он ставит плюс. Через десять вопросов тот, у кого меньше всего плюсов побеждает и придумывает действие для того, у кого больше всего плюсов.» Шерлок усмехнулся, глядя на правила и нажал кнопку «В ИГРУ».