Ты - моё отражение

Не желая мириться с безнадёжным положением, в котором они очутились, Алек и Клэри обратились ещё аж к трём магам. И всюду их постигала одна и та же неудача, а потом вердикт-приговор, по которому они были обречены провести вечность в телах друг друга. Ни один из них не верил, что им удастся хотя бы просто поладить, не говоря уже о большем. Клэри не понимала, как такое вообще возможно. Если отбросить поганый характер Алека, то он опять же был совсем не в её вкусе. Нет, уродом она Алека не считала, но тот же Джейс был много краше. Плюс Джейс был приветлив и обаятелен, тогда как Алек одним взглядом замораживал пространство вокруг себя на несколько метров. У Алека были аналогичные мысли. Клэри не понравилась ему с самых первых минут знакомства. И дело не только в том, как на неё смотрел Джейс. Интуиция сразу начала вопить, подавая сигналы тревоги, и вот он результат — он застрял в теле этой Фрэй без возможности всё исправить. И это злило. Алек пришлось призвать на помощь всё своё здравомыслие и выдержку, чтобы взять себя в руки. Она не может сидеть в его комнате вечно. Хотят они того или нет, а им придётся взаимодействовать с друг другом, если, конечно, не хотят окончательно и бесповоротно уничтожить жизни друг друга. И он, как мужчина и человек, привыкший мыслить трезво, должен объяснить это полупримитивной, ведь разумные размышления точно не конёк Клэри. Она живёт эмоциями и порывами. — Есть разговор, — произнёс Алек, без стука заходя в комнату Клэри, которая, по сути была его собственной. — Ну чего тебе? — апатично отозвалась она мужским баритоном. — Клэри, ситуация, в которую мы угодили, нравится мне не больше, чем тебе, — произнёс Алек, усаживаясь на постель. — Увы, изменить её мы не в силах, а значит нам надо найти хоть какой-то контакт, или наши жизни станут совершенно невыносимы. Мы, конечно, можем продолжать ругаться из-за всего подряд, подставляя друг друга в мелочах… — Ты это о том, что твоими стараниями многие считают меня непроходимой тупицей? — пробурчала Клэри. — Твою мать, Фрэй, ты сказала моей сестре, что у тебя расстройство желудка и вообще страшная диарея, и это слышал проходящий мимо парень, — прошипел Алек. — Теперь весь Институт думает, что я сижу у себя в комнате, так как в любой момент могу обделаться. И спасибо за это стоит сказать тебе. На слова Алека, полные негодования, Клэри лишь ухмыльнулась. Ну да, мелкая пакость, по сути, ребячество. Только вот стыдно ей не было. Нечего этому идиоту было её выставлять дурой. — В общем, мы можем и дальше отравлять друг другу жизнь и цапаться по поводу и без, а можем сосредоточиться, чтобы в итоге вызывать у окружающих как можно меньше подозрений. Сейчас, когда Валентин терроризирует Сумеречный мир и у него находится Джейс и твоя мать, никому не нужны лишние проблемы. Тут Клэри была согласна с Алеком. От постоянных ссор толку было мало, а загружать головы друзей лишними проблемами, учитывая, что помочь те ничем не могли, вовсе не стоит. — И что ты предлагаешь? — спросила Клэри голосом Алека, к которому начала уже привыкать. — Мы должны максимально скопировать поведение друг друга, — вздохнул он. — На людях ты должна вести себя, как я, а я — как ты.

***

Уже почти два часа они старались объяснить друг другу особенности собственной речи, поведения и жестикуляции. Казалось бы, сущая мелочь, легко запомнить и повторить, но это только на первый взгляд просто. И Алек, и Клэри были уже порядком раздражены. Ему больше всего на свете хотелось послать всё куда подальше и уйти, чтобы не видеть ненавистную Фрэй. Только вот проблема, он теперь её видит в любой отражающей поверхности, и это просто кошмар. — Фрэй, демон тебя раздери, прекрати вилять задницей, — скривился Алек, наблюдая, как Клэри в его теле пытается освоить мужскую походку. — Это ужасно. Мужчины так не ходят. — И откуда тебе знать, как что делают мужчины? — зло огрызнулась раздражённая сверх всякой меры Клэри. Обернувшись, она наткнулась на убийственный взгляд Алека, и ей стало стыдно. Да, он успел за короткое время достать её до печёнок, но эта её шпилька была неуместна. Плоская и злая шутка. Потому Клэри поспешила извиниться. — Проехали, — устало вздохнул Алек. — Клэри, сосредоточься. Сейчас я от тебя не требую ничего сверхсложного. Уверен, если захочешь, всё получится. У меня же получается. И это было ещё одним фактом, просто убивающим Клэри. Алек почти сходу умудрялся в точности копировать её интонации, жесты, походку. Только с выражением лица пришлось помучиться. Клэри пришлось долго объяснять ему, что такая холодная надменность, какая застыла на её родном лице его стараниями, ей совершенно чужда. Но что хуже всего, скопировать поведение и жестикуляцию Алека, не говоря уже выражении лица, казалось Клэри чем-то за гранью возможного. Ну не может она быть такой отмороженной и ко всему безразличной. И всё же Алек прав, она должна стать похожей на него со стороны, если хочет покинуть эту опостылевшую комнату. И потому, вздохнув и прикрыв глаза, Клэри снова несколько раз прошла из одного угла комнаты в другой. — Вот. Уже лучше, — чуть улыбнулся Алек. — Приведи себя в порядок. Обязательно побрейся, я не ношу щетину. И приходи в двенадцать ночи на крышу Института. — Зачем? — удивилась Клэри. — Будешь осваивать лук, — безрадостно отозвался Алек, которому было тоскливо от того, что она отобрала у него не только тело, но даже любимое оружие, — иначе никто не поверит, что ты — я. Я могу что угодно забыть и даже вести себя как угодно, но никогда не забуду, как обращаться с луком. И если хочешь сойти за меня, тебе тоже придётся этому научиться.

***

К огромному удивлению Клэри, да и самого Алека, стрельба из лука давалась ей лучше, чем они оба предполагали. Нет, конечно, до уровня Алека ей было, как пешком до Луны, но, возможно, при регулярных тренировках, она со скрипом сойдёт за настоящего Алека. И вообще, как бы Алек ни относился к Клэри, он был вынужден признать, она весьма талантлива. Даже очень. То, на что все они тратили годы обучения, она осваивала в кратчайшие сроки. Впитывала знания, как губка, и даже навыки боя покоряла с нескольких подходов. Ему оставалось только гадать: как? Ведь Алек, фактически, на собственной шкуре ощутил все физические недостатки Клэри. Плохо развитую мускулатуру, слабую растяжку. Что же, придётся ему вплотную заняться приведением этого тщедушного тельца в надлежащую форму. После полутора часов изнурительной и, как всегда это происходит в обществе Алека, довольно нервной тренировки Клэри была готова лечь и спать прямо на крыше Института. Из-за всех этих потрясений она уже которую ночь почти не спала, и сейчас это сказывалось. Алек, видя, что у Фрей закрываются глаза, объявил об окончании тренировки, посоветовал нанести Иратце и лечь спать. Завтра он заглянет к ней пораньше, чтобы разобрать самые скользкие моменты при общении с близкими. И он сдержал своё слово, явился за час до подъема, вызвав тем самым у Клэри приступ недовольства. — Не могу поверить, что придётся посвящать тебя в тайны своей жизни и запоминать факты твоей, — покачал Алек головой. — Но иначе та же Иззи раскусит обман на раз два. Вообще старайся поменьше общаться с моей сестрой. Клэри быстро приняла душ и вскоре уже сидела напротив Алека, который выглядел, как она, и была готова внимать его рассказу. Её терзало острое смущение. Наверное, она никогда не привыкнет смотреть на себя со стороны, а уж любые вопросы личной гигиены вовсе заставляли её менять цвет на ярко алый. Ну не готова она морально к такому! Да и Алек, судя по покрасневшим щекам, когда она вышла из душа, испытывал схожую гамму чувств. Если это действительно дело рук высших сил, то это не способ заставить их найти общий язык, а очень злая шутка, натуральная подстава. Слушала Клэри Алека внимательно, стараясь запоминать основные факты его жизни, о которых может вспомнить Иззи или его родители, если появятся на горизонте. Алек старался быть краток, чтобы не перегружать её мозг лишними подробностями. Он чувствовал себя максимально некомфортно. Уж кому-кому, а исповедоваться Фрэй ему хотелось меньше всего, только выбора не было. Потом Алек так же внимательно выслушал факты из биографии Клэри, стараясь ничего не упустить, и когда уже собрался было уходить, услышал: — Тебе надо научиться рисовать. — Чего? — изумлённо переспросил Алек из-за чего женский голос сорвался на писк. — Любой, кто сколько-нибудь меня знает, в курсе, что я скорее брошу спать и есть, чем рисовать, — охотно пояснила Клэри. — Но я не умею рисовать! Совершенно, — отозвался Алек. — Значит, придётся научиться, — пожала Клэри плечами. — Невозможно, — стал он отпираться. — Талант либо есть, либо его нет. — Отговорки, Лайтвуд, — отрезала Клэри. — Разберёмся с этим позже, — протараторил Алек, спеша поскорее уйти, пока в голову полупримитивной не пришла какая-нибудь ещё более безумная идея. — Договорились, — улыбнулась Клэри.

***

Как ни удивительно, но судьба в первый день совместного пребывания охотникив среди толпы была к ним довольно благосклонна. Никто ничего особенного не заметил. Только Изабель поинтересовалась у Клэри, как её желудок, и она поспешила уверить подругу, что всё в полном порядке. И всё же этот спектакль Алеку, привыкшему контролировать чуть ли не каждый свой шаг, давался куда проще Клэри, которой было тяжело сдерживать эмоции. — Прекрати крутиться рядом со мной, — прошипел Алек её родным голосом. — Ты привлекаешь к нам ненужное внимание. — Нам так или иначе придётся общаться куда больше, чем раньше, — отозвалась Клэри. — Пусть привыкают. На слова её Алек досадливо закатил глаза. Самое противное, она была совершенно и полностью права. Они направились в тренировочный зал, вызвав этим несколько недоумённых взглядов. Местные обитатели уже привыкли, что Алек и Клэри без особой нужды близко к друг другу не подойдут. — Клэри, — тихо и напряжённо прошептал Алек, когда они оказались совсем близко во время учебного поединка, — ты не используешь заложенный в моём теле потенциал и продолжаешь действовать, как примитивная. Соберись и сражайся нормально. Делай, как я. — Легко сказать, — так же тихо отозвалась Клэри. Но слова Алека возымели эффект. Она прислушавшись к себе, смогла ощутить всю мощь и силу молодого, хорошо тренированного тела. И пользуясь тем, что сейчас она была физически сильнее Лайтвуда, даже смогла его победить. — Молодец, — удивлённо протянул Алек. Похвала вызвала в душе Клэри волну гордости и тепла. Она далеко не так безнадёжна, как думает Алек. Пройдёт время, и она будет ничуть не хуже остальных нефилимов, которые учились своему делу всю жизнь. — Что там происходит? — произнесла Клэри, увидев, что народ зашептался и стал стекаться в главный зал Института. Туда же отправились и Клэри с Алеком. Как только им удалось пробиться через толпу, они осознали причину волнения окружающих. — Джейс! — ахнула Клэри и лишь в последний момент опомнилась и одёрнула свой порыв кинуться парню на шею и расцеловать его. Зрелище было бы точно незабываемым. — Алек, — широко улыбнулся Джейс и, подойдя, крепко и по-мужски обнял, вызывая в душе Клэри чудовищное смятение. Потом он отстранился, и глаза его вспыхнули ярким светом. Не успела Клэри прийти в себя, как Джейс на выдохе произнёс: — Клэри… И в следующий момент страстно целовал… Алека… в её теле.