Fallen from Heaven

Проходит три часа, как я хожу по своей комнате туда-сюда. Я все же решила остаться у себя этой ночью, но не могла уснуть. Двадцать минут назад стукнуло двенадцать. Я убеждала себя, что поступаю правильно, оставшись в комнате. Вескер – чудовище. Монстр. И ты не должна поддаваться низким плотским желаниям, убеждая себя в обратном. Чем дальше ты от него, тем больше у тебя контроля над собой. А трезвая голова нужна тебе, чтобы не сойти с ума. Та часть Джилл, которая все еще борется с происходящим, которая надеется выбраться отсюда и увидеть родных людей, не должна тратить силы напрасно. Она – все еще ты… Пока есть надежда, ты обязана держаться. Сопротивляться. Проходит пять минут от силы, а я не помню, как оказалась около дверей его кабинета. Постучаться? Или просто войти… Моя рука замирает, не успевая даже коснуться двери, а сердце пропускает удар. Нужно уйти. Немедленно. С чего ты взяла, что он станет дожидаться тебя? Скорее всего, он зол сейчас. Или ему наплевать и он уже давно занимается, чем-нибудь гораздо важнее. Я опускаю ладонь на дверь. Решайся же. Сейчас или никогда. Быстро открываю ее и захожу внутрь. Пусто. Так и знала. На столе стоит кружка, в которой, судя по всему кофе, так как сладкий аромат, который она испускает, быстро наполняет легкие. Ушел, даже не допив горячий напиток. Я разочарованно выдыхаю и сажусь на софу, закидывая голову в руки. Разум твердит, что это к лучшему, но тело не перестает дрожать от желания. Почему же я не пришла раньше? Теперь не смогу уснуть, зная, что упустила возможность насладиться его жаром. Вряд ли Вескер придет ко мне сам, как в тот раз. Я поднимаю глаза и уже собираюсь подняться, но… Вот он – стоит около двери, не отводя от меня взгляда. Что же сказать? Я резко встаю и нервно растираю руки, уже открывая рот. Но слова не могут вырваться из горла, будто их что-то держит. И я смыкаю губы, продолжая переступать с ноги на ногу. - Ты что-то забыла, Джилл? - спокойно спрашивает он и подходит к столу, загребая несколько папок руками. Мужчина все еще пристально смотрит на меня, ожидая ответа. - Не нужно делать вид, что не знаешь, зачем я здесь, - шепчу я, опустив взгляд на пол. Меня злит его равнодушие сейчас. - Понятия не имею, - удивленно произносит он. - Я пришла, потому что ты позвал меня, - объясняю я ему как ребенку. Наши взгляды встречаются, и сердце начинает бешено биться, - Я опоздала, - как будто он и сам не знает. Как долго он смотрит на меня… Хватит, это невыносимо. Я опускаю голову и направляюсь к выходу. Один шаг, два… Три… Они с замиранием отдаются у меня эхом в голове. Вдруг руки оказываются над головой, а сама я прижата к стене. Его глаза напротив моих, и мне кажется, что эти яркие огни продырявят мое измученное тело насквозь. - Больше не смей… заставлять меня так долго ждать, - произносит он и накрывает мои губы глубоким и жарким поцелуем. Такое ощущение, что воздух вокруг воспламенился, а легкие набились гарью. Хочется избавиться от этого проклятого чувства стыда, и я отвечаю Альберту. Забыть, скорее забыть, как ты ничтожна. Забыть все обещания. Выкинуть и сжечь. Пусть душа горит на огне. Голова начинает кружиться, и мне уже не удается стоять на ногах. Вескер легко подхватывает меня и несет к столу, не прерывая поцелуй. Я слышу, как на пол слетают бумаги и кружка, которая громко разбивается, как мой разум и остатки контроля, превращаясь в мелкие осколки. Альберт садит меня на край стола, не смея увеличить расстояние между нами. Он водит ладонями по моей спине, медленно… Изучая… А потом целует в шею, и с непокорных губ срывается стон. Альберт стягивает с меня майку, и я без сожаления отдаю ее. - Поцелуй меня. Скорее… - нетерпеливо произношу я, разочарованная тем, что он так медлит. Проходит мгновение, и вот его губы снова ласкают мои, лишь изредка останавливаясь, чтобы позволить нам продолжить скидывать с себя одежду. Наконец-то, я могу прикоснуться к его коже. Провести ладонью по ней, лаская каждый изгиб тела мужчины, что сводит меня с ума. Вескер раздвигает мои ноги и притягивает ближе к себе, незамедлительно врываясь внутрь. Я дико кричу, закидывая голову и впиваясь ногтями в его спину. Мужчина останавливается, но лишь на миг, и момент спустя продолжает двигаться во мне. Его движения грубые, собственнические… И сейчас я рада принадлежать только ему. Лишь бы эта близость не заканчивалась. Стоит ему прекратить поцелуй, как я начинаю царапать его спину, притягивая к себе. Не вздумай отстраняться… Он злобно рычит, но вновь целует меня, так дико, страстно и безудержно, что ноги сводит судорогой, а руки дрожат от удовольствия. Я совершенно забываюсь в ощущениях, давно потеряв счет времени. Стоны слетают с губ, утопая во рту Вескера, который ускоряет темп. Еще… Еще немного и я разорвусь на части, ведь эмоции переполняют меня сверху до низу. Как так может быть? Как, вообще, возможно чувствовать столько сразу? - Быстрее, - шепчу я, глубоко дыша, несмотря на то, что скорость его движений итак неимоверная. Сердце бьется так быстро, что скоро разорвет грудную клетку. Еще… Еще…Еще… - Джилл, - последнее, что я слышу, перед тем, как понять с какой силой меня сносит течением… Звуки исчезают, в глазах темнеет, и все вокруг становится таким незначимым… Пустым… Ненужным… Только дикий крик, вырывающийся из груди, заполняет пустоту… Только мгновение, длящееся так долго… Только ОН… И его губы на моей шее… Эта пытка длилась всю ночь. Мы не могли остановиться, продолжая испытывать свои тела. Такой сладостный сон, такой невыносимо нужный мне. Его руки, скользящие по моим бедрам. Мои губы ласкающие его лицо. И тела, переплетенные теснее, чем пожарные шланги, из которых вырывается наружу огонь. Я не помню, сколько это продолжалось, знаю только одно – мне было мало. Как и Вескеру. Я и не знала, что он может быть таким… Нежным и в то же время страстным… И я не предполагала, что можно быть так близко к кому-то. Быть одним целым. Мне становилось страшно. Если сейчас то у меня такая зависимость от него, то, что же будет дальше? Я, как полоумная буду носиться за ним по пятам? Ползать перед ним на коленях? Нет! Я не могу позволить этим мучительным ощущениям бить только по мне. Не верю, что человек, способный подарить такое безмерное количество эмоций, не может чувствовать. Клянусь, что найду в себе сил убить его, если он посмеет закончить наши встречи. Я разорву на мелкие кусочки его, его труды и все напоминания о существовании эгоистичного мерзавца. Ведь я окончательно поняла, что нуждаюсь в нем. Знаю, что не смогу спокойно жить без этих насмешек и пламенного безумия в его глазах. Без обжигающего дыхания на моем плече и без сильных рук, оставляющих синяки на моей бледной коже бедер. Как я раньше вообще жила без этого? Будто и не жила вовсе. Что же это за чувство, висящее в воздухе? Самое грандиозное из твоих поражений? Слышишь, как стучит сердце? С каждым ударом, Джилл Валентайн, ближе к падению… Чувствуешь, как она беспомощно кричит, пытаясь вырваться наружу? А кто ты? Мучитель собственной души. Ее палач. Предатель… Ты прав, Альберт – теперь мы похожи.