Fallen from Heaven

Просыпаюсь я от того, что яркий луч солнца упрямо светит мне прямо в глаза. Еще сонная, я пытаюсь отмахнуться от надоедливого поклонника и поворачиваюсь на спину, не открывая глаз, в надежде укрыться от него. Сон все еще не желает отпускать меня, и поэтому я решила позволить ему снова завладеть моим сознанием и телом. Вдруг я услышала скрип открывающейся двери. Почти неслышные шаги приближались ко мне, но я не смела посмотреть на того, кто решил наведаться сюда. Ответ был очевиден. - Просыпайся, - мужчина слегка коснулся моего плеча, а кожа уже покрылась мурашками, перенося будоражащие волны по всему телу. Я нехотя открыла глаза, хоть мне и понравилось купаться в мелодиях его голоса, но он молчал, а потому нужно было взглянуть на него. Открыв глаза, я заметила, что его лицо близко с моим. Он выглядел уставшим, хотя, скорее всего я бы этого не заметила, если бы не знала его. Усталость была видна лишь во взгляде, который сейчас был устремлен на меня. Похоже, мужчина работал всю ночь. - Ты не спал? – спросила я, прижав ладонь к его щеке, - Тебе нужно отдохнуть. Как это забавно. Я беспокоюсь о своем враге, наполняя прикосновения к нему нежностью. Странно, что он отвечает мне взаимностью … Будто мы и не враги вовсе. Быть может теперь так оно и есть? Но когда это произошло? Когда мы первый раз занялись любовью или в последующие разы? Или раньше всего этого… Похоже, он был прав: я пыталась отрицать то, что у меня есть к нему чувства и упрямилась. Глупая, Джилл Валентайн… - Я не против этого, если ты составишь мне компанию, - отвечает Альберт и тянется к моим губам, но останавливается буквально в паре миллиметров, и я удрученно выдыхаю, будто кто-то выбил воздух из легких, - Но сначала укол. Вескер садится на кровать и отворачивается, роясь в кейсе. Я тоже удобно усаживаюсь и протягиваю руку, готовая к процедуре. Тут замечаю, что бинт, которым Альберт вчера перевязал плечо, валяется на полу, и мне уже хочется ругать мужчину за то, что он не туго закрепил повязку, но я изумленно пялюсь на тот участок кожи, что неистово ныл всю ночь. Рана затянулась, да и шрам исчез. - Быстро, - замечает Вескер, прикоснувшись к плечу. Он довольно улыбается, будто труд всей его жизни, наконец-то, оправдал себя. Так приятно знать, что эту улыбку спровоцировала я. Или… мое тело? Я испуганно сглатываю ком, подступивший к горлу. Я же не нужна ему. Только мое тело… Руки задрожали, и я нервно дернулась в сторону, когда он прикоснулся ко мне, чтобы поставить укол. Я же собственноручно подписываю смертный приговор. Показываю себя и свои слабости ему… Человеку, который без раздумий воспользуется этим, чтобы унизить и уничтожить меня. Я же сама открываюсь для удара… Вескер удивленно смотрит на мое искаженное от злости и обиды лицо. У меня совершенно не получается контролировать свои эмоции. Да что же я, черт возьми, делаю!? Загнала себя в ловушку, из которой нужно срочно выбираться! Пока я не погибла, так же как и остальные его «союзники». Альберт изучающе смотрит на меня и уже гораздо медленнее тянет руку. Он не отрывает пламенного взгляда от моих глаз, в которых блестит и переливается гнев. Я резко вскакиваю и направляюсь в ванную, чтобы схватить вещи, одеться и убраться отсюда подальше. Я совершенно не смущаюсь тому, что обнаженная бегаю перед ним. Мне еле удается натянуть на себя длинную футболку дрожащими руками. Быстрее… Уйти отсюда, чтобы не видеть его, пока я снова не сдалась… Я чувствую, как меня схватили за локоть, резко дернув в сторону, и через мгновение уже оказываюсь в комнате, еле удерживаясь на ногах, чтобы не упасть. Длинные волосы завешали лицо, и поэтому я поднимаю их рукой и заправляю назад. - Что за черт, Джилл? – громко спрашивает он, метнув в меня пару молний, от которых я вздрагиваю, чувствуя боль во всем теле. Мужчина стоит в метрах двух от меня. Его руки сжаты в кулаки. В глазах читается непонимание и ярость. А еще предостережение… - Ты… ты используешь меня, - громко заявляю я, не смотря на то, что уже вся дрожу от страха, - И мое тело. Я не нужна тебе… А если и нужна то только как предмет, который всегда под рукой. Похоже, он ошарашен таким заявлением и на миг застывает, как на фотографии. - Конечно, тебе нравится видеть мое унижение…Я же подстилка. Что теперь, когда ты одолел меня? Сколько тебе еще нужно, чтобы насладиться моим поражением…? Мужчина открывает рот, чтобы сказать что-то, но я прерываю его, начиная неистово громко кричать: - Как же я тебя ненавижу! Ты ничего не стоишь! И никому не нужен! Жалкий ублюдок, которому лишь бы трахать все, что движется!!! Как странно, что ты эту грязную стерву под себя не постелил. О, вы так похожи, - я громко и злобно смеюсь, совершенно не узнавая себя. Прекрати, Джилл! Немедленно! Соберись! - Заткнись! – Вескер уже прижимает меня к стене, не заботясь о том, что скоро мои руки войдут в бетон. Но это еще больше злит меня, и я продолжаю: - А может это уже случилось? – я смотрю ему в глаза, все больше заполняющиеся огненной бурей гнева. Он молчит, а значит я права, - Надеюсь, Крис доберется до тебя быстрее, чем до меня. Мне бы очень хотелось напоследок посмотреть на то, как ты будешь умирать… Глаза Вескера на мгновение округлились, но когда шок прошел мужчина грубо схватил меня за плечи, оторвав от стены, и кинул в сторону кровати. Я неудачно приземлилась: ударилась прямо об ее угол. Мне еле как удается встать, и я, хватаясь за голову, держусь за угол кровати, чтобы не упасть снова. Но Вескеру, похоже, наплевать на это и он уже движется на меня. Неужели я так разозлила его? Какая же я дура! Альберт разрывает мою футболку и та безжалостно летит на пол. Мужчина сильно толкает меня на кровать, и я умудряюсь удариться еще и об ее спинку. Больше не сдерживая стона, я жмурюсь от боли. Боже, что же мне делать теперь? Зачем я говорила все это? Я открываю глаза и немею от ужаса. Вескер наполовину раздетый, накрывает мое тело сверху собой. Нет. Нет. Только не так. Он прижимает мои руки к кровати, не позволяя двигаться. Но я сопротивляюсь, метаясь в разные стороны под ним. Сознание кричит, что это бесполезно, то тело продолжает битву. Пока не закончатся силы… Я должна… - Ну же, Джилл. Нужно соответствовать своим словам. Как ты там сказала: я ублюдок, которому нужно трахать все что движется? А ты моя подстилка, - выплевывает он, еще сильнее вдавливая меня в кровать. Вескер грубо переворачивает меня на живот и заводит руки за спину. - Нет! – кричу я все еще в шоке от происходящего. На секунду мне удается освободить свою правую ладонь, и я уже тянусь к его шее, но бесполезно – он сильнее. Сердце мечется в разные стороны, намереваясь раздробить грудную клетку и вырваться наружу. Кажется, я сейчас задохнусь. Содрогающиеся ноги все еще продолжают сопротивление, но не могут найти цель. Я чувствую, как сильная рука Вескера подтягивает меня за талию вверх, заставляя встать на колени. Не верю… Не может быть… Пожалуйста, пусть это будет все лишь дурной сон… Который скоро кончится. Буквально через секунду. Боль, образовавшаяся внизу живота, заставляет меня вернуться в мою разрушенную реальность и громко закричать так - будто я только родилась. Глаза наполняются слезами, и я кричу еще громче, чтобы выпустить эту боль наружу, будто она раненая птица, разрывающая всю меня изнутри, не в силах освободиться. Вескер свободной рукой надавливает на спину, заставляя тело выгнуться еще сильнее, а голову упасть в подушки. Задыхаюсь… задыхаюсь… Я поворачиваю лицо боком, чтобы кислород быстрее добрался до впавшего в кому мозга. Я уже не сдерживаю слез, и они текут по щекам тоненькими струйками, пеленая глаза. - Пожалуйста, Альберт, - обессиленно шепчу я, всхлипывая. Беспомощная… Жалкая… Вескер на миг замирает, но потом снова продолжает двигаться во мне уже гораздо медленнее и мягче, будто извиняясь за такое грубое начало. Я же сама спровоцировала его! Ну, зачем только эти мысли залезли мне в голову? Наплевать, пусть даже все так как я сказала… Чуть не лишила себя единственной возможности прикасаться к нему… Целовать его… Какая же я дура, Альберт… Боль постепенно уходит, и я облегченно вздыхаю, когда приятными волнами по всему телу распространяются его толчки. Так неожиданно… Неужели я возбудилась от его грубости? Я все еще пытаюсь сопротивляться, но тело не слушается, выгибаясь под Альбертом и двигаясь ему на встречу. Мне не удается сдержать мучительный стон, когда Вескер резко врывается в меня, наполняя до придела. Еще немного и я стану молить его о большем, позабыв о том, что случилось пять минут назад. Но мужчина не позволяет мне насладиться моментом. Он со злостью хватает меня за волосы и тянет к себе. Я вскрикиваю от неожиданности, но поддаюсь ему. - Если ты все так для себя решила, почему же не сопротивлялась раньше и не пыталась сбежать? Тебе же так невыносимо находиться рядом… – его голос холодный в отличие от тела, с которым ему, похоже, тоже не удается бороться. Мои слова сильно задели его… Мысль о том, что Альберт больше никогда не заговорит со мной, так как раньше, больно бьет в сердце, заставляя содрогнуться. Он не простит меня. И моя жизнь никогда не будет прежней. А я не смогу без него, потому что… - Потому что люблю… - произношу я почти вслед за своими мыслями хриплым голосом. Нет уверенности в том, что он понял то, что я сказала и поэтому я повторяю уверенно и громко, - Потому что я люблю тебя… Я чувствую, как мужчина резко выдыхает мне в шею. Он не верит, что я сказала это… Честно говоря, я тоже не верю, но когда Вескер прикасается губами к моему плечу, то у меня не остается сомнений. - Я люблю тебя, - повторяю только для него, чтобы только он слышал. Плевать если мужчина сейчас оттолкнет меня в сторону и рассмеется над этими словами, а затем убьет. Я сказала это, наконец-то. Теперь я свободна. Теперь страхи и боль, что царили в моей душе, потухнут и станут незаметными на фоне этой безумной, мучительно сладкой правды. - О, Джилл, - снова выдыхает Вескер, отпуская мои руки и волосы, и начинает покрывать поцелуями спину. Мне не удается сдержать снова нахлынувших слез, и я даю им волю, закрывая глаза. Руки на свободе и я теперь могу гладить его прекрасные волосы и идеальное лицо. Я открываю шею, и губы Альберта мгновенно оказываются там, начиная ласкать каждый дюйм кожи. - Поцелуй меня, Джилл, - просит он, как будто боится, что я откажу ему. Будто остерегается снова причинить мне боль. Честно говоря, в другой ситуации я бы дико рассмеялась, увидев Вескера, извиняющегося за причиненные им неудобства. Но это в другой ситуации… А сейчас я просто разворачиваюсь к нему лицом. Нежно касаюсь его груди левой рукой, а правой ласкаю его щеку. Все это время наши взгляды сосредоточенны друг на друге, вызывая жгучее чувство вины и нарастающего желания. Я закрываю глаза и приближаюсь к его лицу. Медленно… Мучительно долго… И вот, когда наши губы, наконец, соприкасаются весь неудержимый поток эмоций, чувств и ощущений вырывается наружу, освобождая мой мозг от ненужных терзаний и мыслей, которые буквально за мгновение превратились в пыль и исчезли насовсем. Такой мучительный болезненный танец языков и тел, олицетворяющих наши непростые отношения. Так будет всегда. Кто-то из нас будет страдать из-за другого. Но я согласна на эти муки, если он будет рядом. И пусть от меня ничего не останется, когда закончится наша безумная и глупая привязанность. Ведь сейчас я молю Бога только о том, чтобы наши губы не разъединились никогда.