Кавардак в будущем или испорченное прошлое

Придя домой, семья Дреяров переоделась и прошла в гостиную. — Лексус, ты будешь есть? — спросила Люси, взяв Эша на руки. — Нет, сегодня я не буду есть. — Хорошо.- На этих словах Лексус ушёл на верх, а Люси с детьми прошла на кухню. — Давайте быстренько поедим и пойдём спать. Поставив перед ними еду, блондинка достала из морозилки стейк и убрала в холодильник. Прибралась на столах и вымыла посуду, после того, как дети поели. Унесла их в комнату и уложила на кровати. Закрыла шторы и собиралась уходить. — Мама, ты же расскажешь нам сказку? — спросила юная Лейла. Люси улыбнулась и села на стул. — И какую сказку рассказать на этот раз? — Ммм. О принце и принцессе! — в один голос сказали Лейла и Эш. — Хорошо. «Жила как-то на свете одна принцесса и любила она принца. Он был эгостичным и самолюбивым. Но девушка все равно испытывала к нему чувства. Принц, издевался над принцессой и пользовался её любовью. Но постепенно сердце эгоистичного принца, начало таять. И на лице появлялась все чаще и чаще, настоящая улыбка. Он перестал быть грубым и самолюбивым, и в конце концов он признался принцессе в своих чувствам. Принц сожалел о прошлом и беспокоился, что принцесса больше не любит его, но она улыбнулась и сказала, что никогда бы не разлюбила его, даже если бы он полюбил другую. После этого они жили долго и счастливо, Конец.» — дети зевнули и закрыли глаза. Люси встала и укрыла их, а после поцеловала в лоб и вышла из комнаты, выключив свет. После она пошла в свою комнату, где и сидел озадаченный Дреяр. Pov Лексус. После ухода от Эвергрин и Бисклоу, я все думал об одном. Как и когда? Я даже не заметил, как мы пришли домой. Хартфилия спросила меня: — Лексус, ты будешь есть? Как я могу вообще есть, после такого, поэтому я и отказался: — Нет, сегодня я не буду есть. Лучше уж обдумаю все хорошенько. После она сказала, с огромной грустью в голосе — Хорошо. Немедля я ушёл и поднялся вверх по лестнице и оглядел все комнаты. Ясно. Я зашёл в нашу с Хартфилией комнату. Не так уж она плоха, у блондинки то вкус есть. Всё убранство комнаты подобрано в сочетании нежно-голубого цвета с белым. Стены оклеены красивыми белыми обоями с голубыми цветами. В комнате стоит большая кровать, покрытая голубым атласным покрывалом с белоснежными кисточками. На окне — воздушные белые занавески. На подоконнике цветы — целая коллекция фиалок. Возле кровати — небольшая тумбочка, на которой стоят ночник с голубым в белый горошек абажуром и ваза с цветами. В одном углу спальни — удобное мягкое кресло, в другом — большое овальное зеркало. На противоположной стороне — бельевой шкаф с зеркалом во всю его длину.  Я уселся на кровать и задумался, планируя все действия, чтобы выжить в этом мире, в мире без магии и в мире, где она моя жена. Я не услышал, как вошла Хартфилия, но почувствовал, как прогнулась кровать, когда та присела рядом и наклонилась, положив голову ко мне на плечо. И взяла меня за руку. Тишину прервал тихий голос Хартфилии: — Лексус… Не переживай, я не злюсь. Если что-то беспокоит, скажи. Я постараюсь помочь. — Не стоит. Развернувшись к ней лицом я посмотрел на неё. Столько эмоций в её глазах, я не видел никогда. Любовь, нежность, забота, страсть, боль и страдание. Она протянула ко мне руку и дотронулась до щеки, а после неуверенно коснулась губами моих. Так нелепо, словно это её первый поцелуй. Отстранившись она встала и подошла к шкафу. И сняла одежду, оставаясь в одном нижнем белье, а после надела мою футболку, которая, вероятно, служила ей сорочкой. Подойдя снова к кровати она залезла под одеяло и сказала: — Спокойной ночи, Лексус… Я ей пожелал того же. Выключил свет и разделся, а после лёг рядом с ней. Отправляясь в мир Морфея. EndPov.