Снежок и ПрЫнц

      Гул в аудитории, создаваемый множеством голосов, вмиг прервался, когда двери резко распахнулись и в неё вошли двое мужчин: директор Шон Мавэр – бета и двадцатидвухлетний омега. Быстро пройдясь своим фирменным взглядом по студентам, директор, чуть подтолкнув вперёд омегу, скрипучим голосов выдал: -Кериан Ирвонг, ваш новый преподаватель литературы. Только недавно прибыл из другого города, и это его первый урок. Надеюсь, среди вас не «найдутся» те, кто посмеет выделиться?       В ответ — лишь тишина и любопытные взгляды студентов в сторону препода. Ещё раз осмотрев аудиторию твёрдым взглядом, бета ушёл, кивнув омеге. Тот молча подошёл к кафедре и, встав за неё, раскрыл журнал посещения. -Ещё раз здравствуйте, - раздался негромкий голос Ирвонга, который быстро осмотрев список фамилий, решительно взглянул на студентов. – Я думаю, что лучше будет сначала, узнать, кто отсутствует, а с остальными буду знакомиться во время опроса. -Отсутствуют Игнатиус Симонс, Дон Лутаро, Виктор Фримонт и Кэсиди Вулфен, – отчеканил омега с белокурой чёлкой и светлыми глазами. И, заметив кивок, а затем вопросительный взгляд, продолжил. – Они на тренировке по баскетболу, так что прибудут или в середине пары или в конце. Моё имя Олле Дункар, я староста группы. -Ясно, вы можете садиться, мистер Дункар, - так же негромко выдал молодой препод, что-то записывая в блокноте. А затем, мягко улыбнувшись, обратился к студентам – Так как ваш бывший профессор не оставил записей о том, чему учил вас, то я бы хотел кратко узнать о том, что вы проходили. Давайте, начнём с… с вас, мистер?

***

      Пары прошли незаметно, и довольный собой Кериан отправился в сторону директорского кабинета, чтобы обговорить то, что ему понадобится в ближайшее время. Идя по коридору, он успевал кивнуть уже знакомым студентам и профессорам-преподавателям, проходившим мимо него. На очередном повороте молодой преподаватель не успел затормозить и, размахивая руками, больно ударился о стену. И всему виной были рослые альфы, которые, не заметив произошедшее, смеясь, продолжили бежать по коридору, попутно сбивая зазевавшихся. -Симонс, Вулфен!!!! – раздался за поворотом разъярённый рык беты, который, судя по одежде, был тренером. Синие глаза сверкали праведным гневом, а черты исказились, делая его очень некрасивым. – Сколько раз говорить, чтобы вовремя приходили на тренировки, а в коридорах не бегали. Вы что не видите, что ваши забеги травмируют общественность? -Ничего страшного, тренер Рамидо, - раздалось уже где-то за другим поворотом, - Очухаются и перестанут зевать. -Симо-он-нс-с!!! – но ответом был смех. Тренер устало покачал головой, а затем увидел, как морщась, пытается подняться молодой черноволосый омега. – Простите. Эти оболтусы чаще ведут себя не так опрометчиво. Вам помочь дойти до лазарета? -Не стоит, - выдавил из себя омега, пряча за пушистыми ресницами глаза, в который отразилась боль. – Я сейчас… просто… -Э, нет, милый, так просто я вас не оставлю, - тренер, быстро подхватив омегу, поспешил в лазарет.       Чувствуя, что не сможет даже пошевелиться и воспротивиться такому странному бете, парень прикрыл глаза, чтобы не видеть удивление проходящих мимо учащихся.       Несколько минут спустя они оказались около дверей, из-за которых чувствовался запах лекарств, заставивших Ирвонга поморщиться и напомнивших о неком деле, давно висевшем грузом, от которого никак не получалось избавиться. -Шанди, - раздавшийся над головой голос так же заставил поморщиться и вновь попытаться вырваться. Но омегу держали крепко и лишь после того, как довели до кушетки и мягко уложили на неё, отпустили. – Шанди, к тебе клиент, пострадавший от моих оболтусов. -Не кричи, Сэм, я уже слышал эту новость, - звонкий голосок раздался из-за другой двери, и оттуда вышел миниатюрный омега, который зарделся при виде тренера, а затем посмотрел на пострадавшего. – Я Шанди Бруксволд, местный врач, чем могу помочь? -Кериан Ирвонг, новый преподаватель литературы, болит спина, и, кажется, шишка будет на затылке.       Маленькие и профессиональные руки быстро ощупали голову, а затем и спину, предварительно выгнав настырного и упрямого бету, пожелавшего видеть, как омега делает своё дело. -У вас очень чувствительная кожа, так, что будут синяки, они уже проявляются на тех местах, где есть старые, - озвучил омега, мягко скользя пальцами по синякам, двум шрамам, тонкой нитью вившихся вдоль позвоночника. Затем пальцы коснулись метки. – Я могу узнать, откуда у вас эти шрамы и гематомы? -Неудачная поездка в горы. – Кевин отшатнулся от прикосновений, но тут же зажмурился и чуть покачнулся. – Эй, парень, тихо ты. Тебе надо немного отдохнуть, и лучше дома. Ты хоть понимаешь, что как минимум ещё неделю надо было отлежаться? -Знаю, - был тихий ответ, а потом Ирвонг, посмотрев в глаза врачу-омеге, тихо попросил: - Может, вы дадите мне рецепт, а я, так и быть, отпрошусь у директора и до понедельника побуду дома?       Скептически осмотрев парня, Шанди всё же быстро написал нужную мазь и таблетки и подал бумагу одевающемуся омеге. В двери резко стукнули пару раз, и в кабинет ворвался директор Шон Мавэр. -Кериан, с тобой всё в порядке? – хоть мужчина говорил громко и требовательно, но вот его руки почти невесомо прикасались к омеге в поисках травм. – Ты скажи, и я всё сделаю. -Дядя.., - омега покачал головой, - Всё в полном порядке, не считая того, что мне придётся ещё хотя бы четыре дня провести в койке. Вот, мне даже рецепт дали. Успокойся, пожалуйста.       Бета, выхватив бумагу, быстро просмотрел её и затем — в сторону ошеломлённых тренера и врача. Быстро оценив обстановку, директор взял мобильный. -Димитрий, в лазарет. Отвезёшь Кериана домой, заодно купишь всё, что нужно, – отрывисто приказал он, а затем обратился к собравшимся. – Через полчаса я буду звонить к тебе домой, и не вздумай появляться в институте раньше понедельника. Рамидо, на тебе виновники произошедшего. Надеюсь, что вы сможете вбить в них парочку правил, заодно они научатся драить полы. Бруксволд, вы в понедельник, ещё раз проверьте состояние Ирвонга. И ещё. Желательно не распространяться о том, что мы с этим молодым преподавателем родственники.       Ещё раз внимательно осмотрев племянника, директор ушёл, а через пару минут в комнату вошёл высокий альфа в сером костюме. Он молча кивнул и, подхватив привычным движением омегу, вышел.

***

-Извини за то, что вновь ты мой нянь, - омега расстроенно и виновато посмотрел на альфу, который молча нёс того по лестнице на второй этаж квартиры. -Ты мне не в тягость, - был ответ, а затем альфа, посадив омегу в кресло, ушёл, чтобы через несколько минут принести всё, что надо для лечения спины и для головы. Позади него семенил омега, который помог раздеться и лечь на спину. -Всё так плохо, Ганс? – теперь Кериан спросил пришедшего омегу. Парень сейчас чувствовал несильную тупую боль, но ей не сравниться с той, что была, когда его тело вытаскивали из-под перевёрнутой машины. -Страшновато, но только на вид, - выдал мужчина, мягко втирая мазь в спину парню. – Кто бы знал, что в первый день работы вы пострадаете. Что же произошло? -Альфы «забег» устроили в коридоре, а я как всегда поблизости проходил. И почему мне не везёт с альфами? -Не все альфы такие… -Просто мне «везёт» с ними… -Вам просто попадались те, кто не смотрит по всем сторонам и увлечен своими делами. -Да-да, своими… Ганс, я посплю, а ты поговори, пожалуйста, с мистером Мавэром. Он, вроде как, обещал позвонить, но я уже засыпаю и вряд ли отвечу. -Хорошо, - мужчина сразу понял, что Кериан не хочет развивать тему об альфах. Вымыв руки и поправив одеяло, он тихо вышел из спальни, надеясь, что мазь и таблетки, вновь смогут помочь его хозяину.

***

Сон никак не шёл, зато мысли и воспоминания заполняли пространство. Тихо взвыв, парень попытался скрутиться, но боль, ещё ощутимая, не давала двигаться так, как хочется. Сначала этот удар о стену показался незначительным и не таким уж сильным, но из-за старой травмы боль вновь «приоткрылась», отчего непрошеные слёзы вновь катились по щекам. -Чёртовы альфы, - шипя, выдал омега, вгрызаясь зубами в подушку в надежде, что таким способом никто его крик отчаянья не услышит. Но будто в насмешку, мозг «отправляет» своего носителя в прошлое, когда тот в первый раз встретился с Габриэлем.

***

Был жаркий июнь, когда Кериан отправился к местному озеру Ольтаро, чтобы под сенью вековых деревьев отдохнуть и почитать одну из книжек, обязательных к прочтению. Его ждал насыщенный месяц экзаменов, после которых смело можно себя называть Преподаватель. У омеги было два варианта: то ли преподавать философию и этику, то ли литературу и иностранные языки. Папа Микки лишь отмахнулся от хвалившегося сына, сказав, что всё равно Кериан скоро женится и будет сидеть дома со своими отпрысками, если, конечно же, сможет обуздать свой язычок. Отец Лукар, бизнесмен, вместе с дядей Шоном поддержали стремление парня. И дядя предложил после сдачи всех экзаменов и получения диплома стажироваться у него в универе. Тогда омега был окрылён и готов свернуть горы, чтобы добиться успеха и стать лучшим на своём курсе.       Искупавшись в озере и не слушая ехидных реплик местных альф, привычно ожидавших от омеги его фирменных подколов, Кериан вновь принялся читать, но теплый ветерок и лёгкая усталость, сморили парня. Проснулся Кериан только после того, как кто-то стал потихоньку забирать из его ослабленных рук книгу.       Это был красивый альфа, чьи пронзительные тёмно-карие глаза лучились теплотой и улыбкой. Заметив, что омега проснулся, альфа виновато улыбнулся и, присев слишком близко, прошептал. -Прости, просто ты так безмятежно спал, а книга могла нечаянно упасть на такое милое личико.       Омега зарделся и не нашёлся с ответом, но потом Кериан смог выдавить лишь «Спасибо». -Кстати, меня зовут Габриэль, а тебя, как я слышал от тех парней-альф – Кериан Ирвонг. -Ты явно не местный? – подвёл итог Кериан, быстро оценивая яркость улыбки и теплоту во взгляде.       Парень точно знал, что местные не стараются его задевать и шутить более допустимого, потому что охрана омеги может оказаться поблизости и надавать подзатыльников. Хотя несколько месяцев тому назад, отец дал поблажку, и охрана перестала влиять на общение омеги с другими. Но кто его знает, что ещё может придумать отец. -Не местный, ты прав. Я с отцом неделю тому назад прибыл в ваш город. У него тут намечается контракт с местными бизнесменами, а я, так сказать, обуза или поддержка. – Альфа, вновь улыбнувшись, потянулся рукой к щеке, но увидя настороженность в чёрных глазах, прошептал: - У тебя на щеке травинка. -А…, - быстро убрав её, омега понял, что начинает симпатизировать этому дружелюбному молодому мужчине. И не успев полностью подумать о своих словах, Кериан выпалил: - Так как ты у нас впервые, то я, если хочешь, могу показать самые лучшие места в нашем городе. -О, это будет просто здорово. – Радостный возглас, и широкая улыбка стала ещё красивее и милее.       Целых две недели омега и альфа пропадали в самых прекрасных закоулках городка, и с каждым часом Кериан понимал, что влюбляется в этого красивого альфу, хотя чувствовал, что тот решил «приручить» омегу. Первые объятия случились в очереди в кинозал. Первый поцелуй состоялся, когда Габриэль смог разогнать местную шайку, как всегда привычно решившую поддеть Кериана, а тот словесно и литературно послал нахалов. Высокий и спортивный мужчина, всем своим видом показывал, что с ним лучше не ссориться, а мирно разойтись.       От поцелуев, запаха хвои, и нежных объятий кружилась голова, тело трепетало, а красивые места родного города делали их «свидания» ещё прекрасней и желанней.       Кериан решился всё же показать своего кавалера родне, но, увы, папа Микки улетел на острова к своему брату Тони, а отец зашивался на работе, и его никак невозможно было застать в свободное время. Лукар Ирвонг уходил рано и приходил очень поздно, у него были грандиозная идея и проекты, которые тот хотел решить в ближайшее время. Пришлось повременить со встречей родных с парнем, надеясь, что к новому году они всё же увидят друг друга, и тогда… На большее омега пока не рассчитывал, ожидая, что же скажут родители и, конечно же, Габриэль.       Время шло, и скоро ожидались экзамены. По просьбе Кериана и его дяди Шона Мавэр, ему сделали исключение, и парень смог сдать все экзамены раньше других. Экзамены прошли быстро и практически незаметно, потому что в душе цвела любовь, а холодный разум легко подкидывал ответы, и, что было интересно, половина вопросов была на любовную тему, в которую входили так же цитаты мудрецов, стихи разных поэтов мира.       Кериан летел к любимому на крыльях эйфории, радости и любви. Тёплые и сильные объятия раскрылись, поцелуи становятся настойчивыми и требовательными. Сознание заволокло калейдоскопом эмоций, а тело требует «ещё, ещё». Краткая вспышка боли у основания шеи, и окрик чужих голосов вырывает из неги. Испугавшись случившегося, Кериан вырвался из рук альфы и, не слыша его окрик, бросился домой, чтобы укрыться в комнате и переждать странный момент.       Пару раз ему пытался дозвониться Габриэль, но омега пока не мог толком сказать, что его больше всего испугало: метка, что не должна была появиться так рано, или то, что хоть он и влюблён, но пока не готов стать замужним. Вечером прибыл недовольный отец, сетовавший на то, что его проекты были отвергнуты из-за не выгоды большого вложения. А о мечте породниться с бизнесменом Кевином Миловишем можно забыть – типа, его сын достоин богатого и титулованного омеги, а не сына бизнесмена средней руки. Всё это и то, что отец почувствовал, а затем увидел метку, вызвало скандал, ставший причиной побега из дома омеги.       Куда же мог отправиться Кериан, конечно же, к тому, кто стал дорог – к Габриэлю. Приехав в гостиницу, где проживал альфа, омега узнал, что два часа назад тот уехал в отель Бруксвол, расположенный в горах. Взяв на прокат машину, Кериан поспешил туда, в надежде, что его поймут, выслушают, примут и никогда не отпустят. Несмотря на начавшуюся портиться погоду, парень стремился к возлюбленному, наверняка ожидавшему его ответа. И вот с первыми каплями дождя, парень оказался около отеля и легко взбежал по ступеням. Он не успел спросить про Габриэля, когда услышал его голос в ресторане гостиницы. Альфа что-то радостно вещал, и многие его поддерживали радостными криками и хлопаньем рук. Любопытство и стремление попасть к родному заставили быстро направиться к входу в ресторан. Около дверей что-то заставило его резко остановиться и, вобрав побольше в грудь воздуха, тихо растворить их. Тот, кто считался его любимым и желанным, в кого Кериан влюбился и к кому так стремился, сейчас сидел рядом с красивым омегой, чьё имя было Валентин Крауз. Омега радостно и счастливо прижимался к телу Габриэля, а тот периодически что-то шептал ему на ухо. Затем альфа вновь поднялся, чтобы выкрикнуть новый тост. Постаравшись унять шум в ушах и навострить слух, Кериан, побледнев, стал заваливаться на пол. Всё оказалось до боли банально и уже ни к чему, кроме разбитого сердца, не привело. Оказалось, что в то время, пока Кериан старался выучить множество терминов и запомнить задания на экзамены, Габриэль успевал встречаться с Валентином и так же, как и Кериан, показывал красивые места, о которых он где-то читал или ему показал друг. Появление Кериана и его реакция была замечена многими, в особенности «влюблённым», поспешившим помочь несчастному. Боль в груди, слёзы, истерика, непрошеные слова, всё это пыталось вырваться и разрушить эту грёбанную идиллию. Но ему не дали это сделать. Габриэль подхватил под руки и быстро увел на улицу, где нет любопытных и нет тех, кому ответы могут также не понравиться. Всё оказалось до боли банально и горько-смешно. Оказалось, что Габриэль — сын Кевина Миловиша, что его отец, прибывший с ним в этот город, решил найти лучшего партнёра по бизнесу и, конечно же, с титулом, дабы женить сына и объединить два бизнеса. Немного повздорив с отцом, Габриэль сбежал на местный пляж, где среди омег приглянулся он – Кериан. Узнав имя и фамилию интересующего, альфа решил познакомиться, а заодно приглядеться к тому, кто может в будущем быть его мужем. Да, альфе понравился этот тихий и чистый омежка, но вот отец всё же настоял на своём, и парню пришлось разрываться меж нескольких омег. А три дня тому назад, тот с уверенностью приказал, кого должен выбрать Габриэль, а с остальными мирно разойтись. Увы, в тот день, когда Габриэль хотел расстаться, Кериан был таким ярким, живым, тёплым. Альфа невольно «заразился» этой эйфорией счастья, и результатом стала метка и побег омеги. Посчитав, что он ещё успеет поговорить в спокойной обстановке с омегой, Габриэль уехал с Валентином, чтобы отпраздновать его день рождения и помолвку. Габриэль говорил тихо, без эмоций, не видя, что его слова разрывали омегу от боли, ненависти, отчаянья. Вот только сейчас он не мог ничего сделать, только тихо рыдать. Так думал Кериан, что еле улавливал последние признания стоящего рядом с ним альфы. Хотелось проклясть, но губы плотно были прижаты друг другу. Услышав тихое «прости», парень молча развернулся и пошёл к своей машине. Тихая езда по мокрому асфальту, урчание мотора постепенно успокаивали Кериана, и лишь зудение метки не давало впасть в лёгкий транс.       Внезапное появление спортивной машины гнавшей с бешеной скоростью, заставило лихорадочно и быстро искать варианты избежать столкновения. Но чужая машина стремительно направлялась именно на машину Кериана, и Провидение и ремни безопасности давали призрачную надежду на минимально хороший исход.       Машины столкнулись, скрежет металла о металл, и обе, перевернувшись, остались лежать на своих крышах.       Боль в спине и множество мелких осколков стекла, впившихся в руки, а не в лицо, которое было ими закрыто, дали понять, что омега ещё пока жив и может попытаться выкарабкаться. Затем всё было урывками и, как в плохом сне. Крики свидетелей…, попытки достать его и другого водителя, который оказался альфой и можно сказать везунчиком – отделался легкими ушибами… Звуки серены скорой…, попытки вытащить Кериана сначала не удались, из-за чего сильная боль прошила тело, заставляя страдать, а затем были тишина и темнота.       Очнулся омега от всхлипов папы Микки, бормотания отца Лукара и от тихого голоса врача, перечислявшего все симптомы и рекомендации на счёт выздоровления и реабилитации пациента.       Оказалось, что пострадала спина не из-за аварии, а из-за того, что неправильно вытаскивали парня. Так что придётся с месяц пробыть в больнице, чтобы провести нужный комплекс лечения.       Но для Кериана это всё было не так важно, он ещё в душе плакал о потере любимого, а смотря в глаза отца, омега замечал, что тот ещё продолжает злиться на метку, которая напоминает о несбыточном.       Прошло три недели, когда узнав в газетах, что Габриэль Миловиш и Валентин Крауз сочетались браком, а их семьи объединили бизнес, Кериан решил оставить метку. Она была напоминанием об этих богатеньких альфах. И недолго думая, омега перебрался к дяде Шону, который принял племяша таким, какой он есть.       Холодность родителей решила дальнейшую судьбу Кериана Ирвонга.