Нельзя, но хочется

Друзья оставили меня за баром одного, пошли танцевать. Сам я прекрасно понимал, что не в состоянии даже внятно говорить, а о том, чтобы самостоятельно встать речи вообще не шло. Перед глазами стоял образ Станислава, такого возбужденного. Как же сейчас хотелось вернуться туда и встать на место той блондинки в обтягивающем платье. Прижаться к нему плотнее, пошарить руками под одеждой… Когда я уже мысленно пару раз прижал Станислава Дмитриевича к стене, меня вдруг похлопали по плечу. — Влад. Влад, очнись. — услышал я знакомый низкий голос, — Ты меня слышишь? Это был Стас. Я так был рад, что он из ниоткуда возник передо мной. Но как бы ни старался, не смог ему ответить. Нет сил. Глаза сами закрываются. — Ты один? Или пришел с кем-то? Да ответь же ты! Мужчина уже начинал злиться. Я еле еле нашел затуманенным пьяным взглядом Марину. Она выглядывала из-за угла, удерживая с собой Саню. Девушка не собиралась возвращаться ко мне, просто наблюдая за действиями Станислава Дмитриевича. Я и не особо против. Лежу щекой на холодной поверхности столешницы. Мне кажется, еще чуть чуть и я просто усну. После еще пары попыток достучаться до меня, мужчина сдался. Оглянулся, дабы удостовериться, что меня никто не ищет. Подождал еще около десяти минут. Никто не пришел. Тогда он просто подхватил меня под локоть, одним рывком поднимая в вертикальное положение. Сильный гад. Он приобнял мою еле волочащую ноги тушку. А я был готов растечься прямо тут лужицей. Вытащив меня на улицу, буквально впихнул в такси. — Ну вот и что мне с тобой делать? — произнес он, сев рядом. Люби, корми и никогда не бросай. Собственно сейчас ты можешь делать со мной все что угодно. Я на все согласен. Мы тронулись с места, как только Стас назвал адрес. Я сделал себе зарубочек, что надо бы его запомнить. По приезде домой нас ждал неприятный сюрприз. Меня тошнило. Мутило так, что хоть стой, хоть падай. И зачем я столько выпил? Я даже не помню, что именно пил. — Господи, за что мне это? Можно подумать, мне вот оно надо? — злобно ворчал Станислав, придерживая мою голову над унитазом. Кажется, меня немного вывернуло перед дверью. И еще немного после входа… И чуток на одежду. И вообще день выдался хреновый.

***

Проснулся я с легким звоном в ушах. Молодой организм легко справлялся с похмельем, и особо плохо самочувствия не испытывал. Мне хватило буквально нескольких секунд, дабы осознать где я нахожусь. И еще пара, чтобы вспомнить что я вчера творил. Провожу по лицу ладонью, закатывая глаза. Твою мать… Взглянув в телефон, понимаю, что Станислав Дмитриевич давно на работе. Двенадцать часов дня. Пьяным взором не запомнить всех деталей, так что я решил осмотреться. Ничего удивительного не увидел. Обычная квартира для состоятельного мужчины. Ничего лишнего не было, никакого хлама, свойственного обжитой семейной квартирке. Значит, он живет тут один. Места было довольно много, кухня, ванная, отдельно туалет, пара комнат, одной из которых, видимо, он пользовался как гостиной. Все в спокойных, можно сказать, деловых тонах. А еще тут все чисто до безобразия. Я провел пальцем по всем поверхностям, где могла быть пыль, не поленился. Аж скрипит. Дабы проверить свою теорию, обследовал ванную поподробнее. Щетка одна, мочалка одна, станок для бритья один, гель для душа один, шампунь один. Хм, ни следа посторонних женщин. Стало быть, либо у него есть домработница, либо он сам хозяйничает. На батарее лежали мои вещи. Вы только поглядите, какие мы заботливые. Даже вещи застирал, надо же. Отписав Марине о произошедшем, а она была в нетерпении, судя по куче сообщений, я проголодался. В холодильнике было шаром покати. Да, дома Станислав Дмитриевич питается редко. Еще немного, и тут спокойно может мышь повеситься. А если я сейчас не поем, то буду вместо мыши. Откопал картошки, решил пожарить. Я далеко не мастер в делах поварских, но не так уж это и сложно.

***

Спустя всего тридцать минут на пороге стоял злой Станислав Дмитриевич. — Так, давай по порядку. Ты хотел есть? — еле сдерживался мужчина. — Да. — Поставил жарить картошку? - Да. — жался я к стене. — И как, скажи на милость, ты спалил все это дело почти до углей? — Говорю же, засиделся в туалете… С телефоном… Увлекся немного и забыл о плите… — Ты понимаешь, что мог устроить пожар? Понимаешь, на сколько это, черт возьми, серьезно? — отчитывали меня как дитя малое. Я правда засиделся на толчке. А Станиславу позвонили соседи, учуяв запах гари. Он сорвался посреди рабочего дня, и все из-за меня. Интересно, по шкале от одного до десяти, насколько он сейчас зол? Еще можно учесть вчерашний день для полного счастья. Пока он причитал о правилах пожарной безопасности, я засмотрелся на его чувственные губы и слегка поплыл. Широкие плечи, красивая спортивная фигура… По мне не скажешь, но я был ценителем красоты человеческого тела. Обычно это были милые девушки, тщательно следившие за питанием и за своей внешностью. Я также встречал красивых парней, но не думал, что меня кто-то так заинтересует. Для меня он даже не столько красив, сколько эстетичен. Все это в сочетании с голосом и деловой одеждой… Даже возраст ему чертовски шел. Кстати, он не выглядит старым. Могу точно сказать, что Станислав моложе моего бати, причем прилично. Но все же, хотелось бы знать, сколько ему полных годиков. — Собирайся, — вздохнул Станислав Дмитриевич, пытаясь себя успокоить. — Куда? — Со мной поедешь, фирму смотреть. Не будем откладывать твою практику. Я нехотя поплелся одеваться. Очень лень что-либо делать, однако, с ним я поеду куда угодно. Уже садясь в машину, я с грустью подумал о испорченной жареной картошечке. Прости меня, пища богов, мне искренне жаль. В следующий раз, обещаю, я приготовлю тебя с любовью и съем с удовольствием. А сейчас мне голодному и несчастному трудиться на благо общества.