Я, ты, он, она - вместе целая страна

- Утро доброе, - пропел Дейдара, поднимаясь с кровати и выглядывая в окно, откуда ему приветливо светило солнце. - Данна, - прошептал он, подойдя к кровати Сасори и легонько тронув его за плечо. - Дейдара? - Сасори разлепил сонные глаза. - Какого черта? - Данна, - восхищенно протянул подрывник, - Вы только... Только посмотрите, какое прекрасное сегодня небо! - Это все, ради чего ты меня разбудил? - флегматично поинтересовался Акасуна. - В половину седьмого? - Да... - смущенно улыбнулся Дейдара. - Простите, Данна. - С тобой все хорошо? - поморщился тот. - Что ты несешь? Какое небо? - Голубое, - восхищенно ответил Цукури. - Разве оно не шикарно? - Мне все равно, - этот ответ слегка остудил его пыл. - Ладно, - легко согласился он, - я пойду, хорошо? - Да хоть на все четыре стороны, не смею задерживать, - поддержал его идею напарник, накрываясь одеялом с головой. «И что не так с этим парнем?»- фыркнул про себя Сасори. Действительно, крайне редко можно было увидеть подрывника с его сумасшедшим характером шепчущим что-то про небо в романтичном настроении. Да и привычке спать до полудня он тоже изменил. Вдобавок, из чувства уважения и порой страха раньше он бы не посмел разбудить мастера, чтобы сообщить ему какую-то чепуху. «Из чего можно сделать вывод, что он вообще плохо соображает, кто я такой», - констатировал марионеточник, и эта мысль тут же была забыта, так как ее хозяин погрузился в сон.

* * * * * * *

Выбравшись из логова, Дейдара бодро зашагал по направлению к лесу и, остановившись на небольшой поляне и зажмурившись, с упоением набрал в легкие теплого воздуха, пропахнувшего росой и свежей травой. Счастливо улыбаясь, он начал погружаться в мечты, как вдруг из полусонного состояния его вывел чей-то голос, который определенно раздавался где-то рядом. Перед собой он увидел стоящего к нему спиной Пейна. «Он что, сам с собой разговаривает?» - удивился Цукури и позвал его: - Лидер-сама? На него уставились сиреневые глаза Яхико. - Доброе утро, - вежливо поздоровался тот. - И Вам, - отозвался Дей. - Давно Вы здесь стоите? - Со вчерашнего вечера, - пожал плечами Пейн. - Мы все здесь. И действительно, чуть поодаль расположились еще пять Пейнов, оживленно о чем-то беседуя. «Ладно не заметить одного, но всех шестерых... Перетрудился», - Дейдара вздохнул и снова обратился к Яхико: - Вы видели сегодняшнее небо? - Его сложно не увидеть, - приподнял бровь Пейн, - для этого надо непрерывно смотреть себе под ноги. «Черт, тупой вопрос!» - Дей мысленно дал себе подзатыльник. - Ну... Вы успели им восхититься? - он смущенно улыбнулся. - Я давно разучился восхищаться красотой окружающего мира, - покачал головой Пейн. - Грустно это, - вынес вердикт подрывник. Воцарилось молчание, в течение которого Яхико выжидающе смотрел на Цукури, а тот мучительно соображал, что бы еще сказать, чтобы прервать неловкую паузу. - Почему ты не спишь? - подсказал ему Лидер тему для разговора. - О, так небо, - невнятно ответил Дейдара, - оно так чудесно сегодня... Пейн чуть нахмурился. - Ой, - подрывник вдруг вытаращил глаза, - а Вы случаем не видели... И-итачи-сана? - сделавшись красным, как помидор, он так умоляюще глядел на Яхико, словно жизнь его зависела от этого. - Все еще спят, - пожал плечами тот, - а что такое? Опять тебе приспичило проверить себя на биологическую переносимость шарингана? - Что-о? - в искреннем шоке распахнул глаза Цукури. - Драться с Итачи-саном? Как Вы могли такое подумать? Пейн нахмурился сильнее. - Иди спи, совсем замотался. Итачи никуда не денется. - Честно не денется? - почти со слезами на глазах воскликнул Дейдара. «Вот актер», - пронеслось в голове у Пейна. - Да, да, иди. - Спасибо! - начал его горячо благодарить подрывник. - Спасибо большое! «Я даже боюсь спрашивать, за что». Когда он, весело напевая себе под нос что-то, подозрительно напоминающее "Какой прекрасный я и песенка моя", убежал к себе в комнату, Пейн лег на траву и вздохнул. Вот откуда, откуда в блондине взялась это романтичность, эта поэтичность, эта скромность, это привычка говорить с придыханием? И что там у них такое с Итачи, что тот краснеет только от одного упоминания о нем? «Вечно у него все не как у людей, - фыркнул Пейн и посмотрел вверх. - Черт возьми, а небо-то действительно сегодня красивее, чем обычно...»