Киллеры могут любить

*Звонит будильник: 6.00* Юнги еле открывает веки и в глаза сразу врезаются яркие солнечные лучи, от чего голова сразу начинает раскалываться. Он медленно переводит взгляд на потолок и начинает вспоминать, как добрался вчера до дома, но из раздумий его выводит телефонный звонок. На том конце провода послышался знакомый голос. Хосок. — Ну чё, пьяница, проснулась? Он говорит серьёзным голосом, но его ухмылку Юнги чувствует даже через телефон и по-немногу в памяти проясняются вчерашние события. — Да, как видишь, — очень тихо говорит он, но Хосок его точно услышал. — А теперь поднимай свой ленивый зад и дуй на базу, у нас новая цель. Юнги промычал в ответ и сбросил трубку. Даже в выходной день нельзя выспаться! А, точно, я же киллер, — думает он и начинает потягиваться. *** Чимин обычный подросток, который каждое утро встаёт и идет в универ. Многие в его возрасте любят ходить в подобные места, так как они хотят чего-то добиться в жизни, например, получить образование. А Чимину как-то похуй. Он бы с радостью сжёг университет к хуям, но это плохо повлияет на репутацию его, довольно значимых в местных кругах, родителей. В этой семье всё взаимно. Чимин ненавидит отца и мать, они в свою очередь ненавидят его. Каждое утро вместо фразы «вставай милый» он слышит «поднимайся, идиот». Это утро не было исключением. Чимин уже привык ко всем издевательствам со стороны родителей. Он бы давно съехал от них, но так как ему совсем недавно исполнилось 18, это стало возможно лишь сейчас. Чимин позавтракал и оделся, пытаясь не попадаться на глаза своему отцу, и отправился в универ. По дороге он думал, как придёт домой после учёбы, соберёт свои вещички, скажет родителям «пока, пока» и наконец свалит из этого ада. *** — Я на месте, — докладывает Юнги в маленький микрофон на одежде. — Отлично. Сейчас я отключу сигнализацию, посиди на крыше пару минут, — Хосок лучший хакер во всем Сеуле. Конечно, Юнги мог убрать цель и издалека, застрелив через снайперскую винтовку, но мы же не ищем легких путей. — Ну нахуй, я больше не буду с тобой бухать, — ворчит киллер, похмелье все еще не прошло. — Ага… Готово! — радостно воскликнул Хосок. Сигнализация отключена, теперь можно пробраться в дом незамеченным. Юнги мастерски запрыгивает на балкон второго этажа и взламывает замок. — Какого хера ты такой бодрый? — конечно это был риторический вопрос. Вы всерьез подумали, что этому похуист-намбер-уан-ин-сеул не насрать на состояние других? — Просто я не нажираюсь, как в последний раз, хён, — Юнги слышит в голосе эту ёбанную ухмылку. Пока они болтают брюнет уже успел попасть внутрь пентхауса и осмотреть второй этаж. — Скажешь, когда цель будет подъезжать к дому, — полу-просьба полу-приказ. А пока киллер ищет место, где можно спрятаться и незаметно прикончить пару людишек, Чимин бежит домой со скоростью света. «Наконец-то я съеду от них» — думает блондин.На переходе его чуть ли не сбивает какой-то мудак, но ему всё равно, он поскорее хочет вернуться домой. *** — Хён, твоя цель выходит из машины и направляется к лифту. Ты встретишься с ними через одну минуту сорок восемь секунд, — слышится голос из динамика. — Понял, — коротко отвечает киллер и уже спрятался в засаде, держа нож наготове. Слышатся шаги по коридору, кто-то возится с ключами и открывает входную дверь. Шаги стали отчетливей и Юнги может различить два голоса: мужской и женский. — Дорогой, отнеси пока эти документы, — говорит женщина и киллер слышит приближающиеся шаги в свою сторону. Через пару секунд за углом появляется мужчина лет сорока, Юнги хватает его за руку, прижимает к стене, закрывая рот и быстрым и легким движением руки перерезает ему горло. Тело бьется в судорогах и с тихим «шлёп» падает на пол. Брюнет оттаскивает тушку вглубь комнаты и ждет вторую жертву. — Дорогой? — говорит будущий труп через пять…четыре… Юнги выходит из укрытия, встречаясь с женщиной лицом к лицу. Та видит кровь на одежде парня и с ужасом в глазах, пятиться назад, разворачиваясь. Три… Юнги поднимает руку и прицеливается. Два… Слегка заводит кисть за голову и метает нож. Один… Тело безжизненно падает на пол, под ним образуется бордовая лужа крови. — Задание выполнено, передай босу, — ухмыляется киллер, подходит к мертвой женщине, наклоняется и вытаскивает из её спины оружие. Из-за того, что он резко выпрямился, в голову отдалось тупой болью в районе затылка. — Бляяя, — протянул он болезненно и поковылял в сторону дивана, плюхаясь на него и закрывая глаза. Чимин подбегает к дому, в предвкушении того, что он свалит от родителей и желательно куда подальше. Парень открывает дверь и понимает, что они уже должны быть дома, раз в прихожей на вешалке висит папино пальто и стоят мамины туфли. Он спокойно идёт по коридору. В доме слишком тихо, что кажется ему очень подозрительным. Блондин осторожно проходит в гостиную и видит, окровавленный труп матери на полу, а на кухне в углу валяется тушка отца. На диване, как ни в чём не бывало, с закрытыми глазами сидит паренёк лет 20. Всё бы ничего, но у него в руках нож, испачканый кровью. На лице Чимина начинает проявляться еле заметная ухмылка. — Юнги? Хён! ХЁН, ПРОСНИСЬ! — динамик заорал прямо в ухо, от чего брюнет дернулся и огляделся вокруг, задерживая свой взгляд на пару секунд на каждой вещи в комнате. «Что не так? Всё нормально. Стол, стулья, труп, какой-то парень, еще труп… СТОП, ЧТО?!» — Юнги огромными глазишами смотрел на блондина, который стоял по-среди трупов и ухмылялся. Вдруг он подорвался с места и начал носиться по дому, как будто у него зад горит и орать, — ЮХУУУ ХАТА МОЯ, — «Он ебанутый?» — подумал брюнет, всё ещё не сводя глаз с незнакомца. Неожиданно он подлетает к ничего не понимающему Юнги и выпаливает, — Значит так, я сейчас уйду в магазин, а когда вернусь тебя тут уже не будет и вообще тебя тут никогда не было, понял? — Юнги неуверенно кивает. — Вот и молодец, — улыбается «псих», как его уже прозвал у себя в голове брюнет, и стремительно покидает пентхаус через главный вход. — Что это только что, мать вашу, было? — говорит Юнги в микрофон, но ответа не слышит — связь прервалась. Как и сказал ему неизвестный парень, он выходит из дома, спустившись по лестнице, садится в машину и мчит на базу, вдавливая педаль в пол. В голове у Мина было очень много мыслей: «Почему я его не убил? Он же свидетель», «Почему он меня не испугался?», «Почему он блять радовался, когда увидел трупики своих родителей?», «Почему он такой милый?». Так, стоп, что? Почему я блять о нём думаю, — во всех этих мыслях он винил похмелье.