Твоя привлекательность сводит с ума.

      Все время до ожидания фотосессии Стэн считал, что ничего мучительнее больше и существовать не может. Однако. С приходом вторника, он наконец полностью смог осознать: мучительнее ожидание вторника стало его наступление. Волнение, испытываемое Урисом на протяжении всей недели, усилилось в разы, оседая на плечах парня и отдаваясь головной болью. В школе объявили внеплановый выходной, чему Стэн был чертовски рад, но идти в таком виде на фотосессию было самоубийством. Мать Уриса зашла в комнату сына через пять минут, чтобы разбудить его, но сразу обратила внимание на темно-фиолетовые синяки под его глазами и, кажется, заранее знала, что он не одобрит новость о том, что приезжает его двоюродная сестра — Рэйчел. Устало покачав головой, миссис Урис одними губами пробормотала эту новость, но Стэн через чур эмоционально подскочил с кровати, чтобы утянуть маму в крепкие объятия, вешая ей буквально лапшу на уши, лишь бы она скорее вышла из комнаты. Мэгги Урис отчего-то сразу же догадалась, что дело не в его плохом самочувствии, а в назначенных её сыном планах на день. Мэгги была точно уверена, что Стэн не собирается проводить дома весь день за просмотром детективного сериала с кружкой горячего чая, но лишь промолчала, понимая, что Урис — весь в отца и рассказывать ничего попросту не будет. Бессмысленная трата времени и собственных нервов.       Стэн наблюдал, как мать допивает свой остывший кофе и помог отнести ей сумки в машину, а затем смазано чмокнул её в щеку, пожелал отличного дня на работе и ещё пару минут стоял, чтобы удостовериться, что Мэгги скрылась за очередным поворотом. У Уриса было всего лишь четыре часа на подготовку и ещё два на то, чтобы доехать без опозданий; студия находилась буквально на окраине Ванкувера, а его квартира — в самом центре.       Парень подумал, что тратить время зря не стоит и первым делом отправился в ванну, чтобы набрать себе расслабляющую ванну с эфирными маслами, которые имели приятные запахи мяты и апельсина.       Стэн пару раз отмечал, что это было странное сочетание, но оно приятно ударяло в нос и дурманило голову. Что-что, а резкие запахи ему нравились.       Урис капнул пару капель из двух разных пузырьков в набранную ванну, откинул свои вещи куда-то в сторону и залез в воду, полностью расслабляясь; он чувствовал, как отходят от напряжения все его мышцы, и как они приятно ныли в теплой воде. Стэн имел сейчас возможность ни о чем не думать и просто забыться на время, но в голове возникало множество вопросов о грядущей фотосессии. В чем заключалась задумка съемки? Сможет ли Ричи Тозиер предпринять хотя бы что-то, чтобы он смог раскрепоститься под объективом его фотокамеры или сделать атмосферу уютной для него? Он хочет чувствовать себя рядом с ним свободно и непринужденно. Это так терзало Уриса, что он так и не смог расслабиться как морально, так и физически; спина неприятно болела от того, что Стэн в очередной раз принял неправильную позу для сна. «Какое тебе модельное, если ты позу для сна правильную принять не можешь? Идиот.» — Урис усмехнулся собственным мыслям и, потянувшись, вылез из ванны, насухо вытираясь большим махровым полотенцем, и поднялся в свою комнату.       Меньше чем за отведенные четыре часа парень смог привести свои растрепанные кудри в божеский вид, мало-мальски и с трудом скрыть свои мешки до глазами и выбрать себе одежду под настроение. И в свое время Стэн уложился, успев даже съесть пару бутербродов и выпить кофе с маршмеллоу. Он придирчиво разглядывал себя в зеркале, отмечая, что сегодня он выглядит действительно неплохо; не вычурно, как многие его друзья, которые желают выглядеть старше своих лет (даже Билл), а именно неплохо, приятно и привлекательно. Привлекательно, как должен быть привлекателен парень его возраста. На нем были чёрные обтягивающие джинсы, которые подчёркивали его стройность и вновь оголяли щиколотки, зелёный безразмерный свитшот, немного заправленный в джинсы, кеды известного бренда «Vans»; на плече небольшой чёрный рюкзак, а на голове — хаос и кудри, которые забавно, словно золото, переливались на свету. И Урис был более, чем доволен, своим внешним видом, потому улыбнулся собственному отражению и выскочил из дома, запрыгивая в машину к Биллу, который «любезно» согласился его подвезти.       И Стэнли Урис — полнейший идиот, забывший свои деньги на тумбочке в кухне.

***

      Когда Стэн оказался (в нужном, слава богу) месте по назначенному адресу, то снова сверился с тем, туда ли он вообще приехал, взглянув на указатель рядом со зданием с адресом из сообщения Каспбрака. Здание не выглядело как-то по-особенному и не вызывало восхищения; большое, из камня цвета слоновой кости, без каких-либо лишних изяществ, вывесок или знаков. Несколько этажей, множество панорамных окон, снаружи один вход. Ничего, что заставило бы взгляд зацепиться или привлечь внимание Стэна. Немного засомневавшись, парень толкнул дверь от себя, входя в помещение и ища взглядом любые указатели, которые помогут ему найти пятьсот пятую студию. Выяснилось, что нужно подняться на лифте на пятый этаж и идти прямо до самого конца. Стэнли, использовав эти указания, по дороге уверял себя, что все у него получится идеально, но когда двери лифта распахнулись на пятом этаже, то вся уверенность в этом мигом исчезла, а на её место пришёл ворох сомнений.       Стэн чертовски сильно волновался, у него подкашивались ноги и его немного качало во все стороны, как будто он был подвыпившим.       Глубокий вдох и Стэн выходит из лифта, проходя прямо до самого конца и натыкаясь на дубовую дверь с аккуратными серебряными цифрами. 505. Приличие отошло на задний план ещё в начале дня, когда он нагло оторвал Билла от своих дел, но Стэн все же осторожно стучит в дверь, тянет ручку и вваливается в студию, так и держа дверь открытой. Взгляд Уриса цепляется за широкую спину Тозиера: парня примерно того же возраста, что и Стэн (а может и немного старше), который был чертовски симпатичным. Высокий, с аристократичными чертами лица, которое было обрамлено темными кудрями, что в свете отдавали синевой; и одет он был слишком просто для человека, который работает в индустрии моды, но со вкусом. Светло-голубая рубашка с закатанными до локтя рукавами и расстегнутыми тремя первыми пуговицами, которая открывала вид на ключицы юноши, чёрные облегающие джинсы и кроссовки известного бренда. Чертовски сексуально.       — Даже мамаша Эдди не опаздывает на наши свидания, как ты на фотосессию. Именно поэтому я и не хотел связываться со съемками новенькой модели, но спасибо Эдди, он будет мне должен организовать ужин с миссис Каспбрак! Не стой в дверях и заходи, потому что ещё десять минут дадут трещину в моем графике. — Тозиер не смеет отвлекаться от настройки фотоаппарата, но оборачивается, когда Стэн закрывает за собой дверь и, глазами отыскав гримерку, уже направляется туда. Ричи, завидев Уриса, начинает жалеть о сказанном и прикусывает собственный язык, понимая, что чертов Эдди маменькин-сынок Каспбрак был прав. Стэн определенно его типаж. Юный, наивный, слишком привлекательный и с красивым телом. Сука.       Ричард Тозиер любил девушек моделей, не сомневался в своей ориентации, но отчетливо понимал, что эта уверенность пошатывается, когда рядом охуительно красивые модели мужского пола, как Стэн; ему редко доводилось фотографировать парней, он чаще всего отказывался, соглашаясь лишь на надменных, обаятельных, открытых и сексуальных девушек, но если такой шанс все-таки выпадал, то он тупо наслаждался этим. Ричарду Тозиеру нравилось доказывать, что слова о том, что все, кто пробились в модельный бизнес, пробились через постель — не шутка, но на мужской пол это не действовало. Однако, смотря на Стэна, в голове Тозиера не было ни одной хорошей или стоящей мысли, кроме дикого желания испортить этого мальчика.       Урис вышел из гримерной через десять минут, и Ричи не удивился, не увидев особых изменений в его внешности. Помимо того, что теперь на Стэнли были джинсовые шорты, растянутая белая футболка с кармашком, из которого выглядывал кот, показывающий средний палец, сверху рыжая расстегнутая гавайская рубашка и белые гольфы с радужными полосками сверху. Парень выглядел безумно хорошо, настолько, что у Тозиера перехватило дыхание на какой-то момент.       Тозиер перетаскивает к одной из стен высокий деревянный барный стул и указывает парню садиться на него. Он легко взбирается на него, принимая ненавязчивую позу: разводит ноги немного в стороны и ставит руки на спинку стула. Ричи что-то определенно не нравится, поэтому он откладывает фотоаппарат, подходит к Урису и просит его слезть со стула. Ричи внимательно оглядывает Стэна, расстегивает его блядские шорты, а затем лишь немного заправляет ему футболку, касаясь холодными пальцами его бедер и так же ловко застегивая шорты. Стэн на мгновение замирает и вновь садится на стул, когда Ричи отходит от него.       Щеки предательски краснеют, и Стэн Урис помнит касания Ричи Тозиера.       Ричи делает кучу одинаковых снимков, но понимает, что его опять что-то не устраивает. А когда наконец понимает, то устраняет проблему; преодолевает расстояние между ними, отводит воротник рубашки в сторону и оставляет лёгкий еле заметный засос на его шее.       Стэн медленно краснеет, недоуменно смотрит на Ричи, пытаясь понять, нормально ли это и вообще правильно ли.       — Твою идеальность надо было чем-то разбить. Слишком неестественно иначе. — Ричи пожимает плечами, немного вытягивает его футболку из шорт и отходит. Снимки получаются безупречными. Стэн вновь буквально нежится в свете, иногда откидывает голову назад, открывая вид на длинную шею с молочной кожей и лёгким засосом, непринужденно меняет позы, зарывается рукой в кудрявые волосы, слегка оттягивает их и до неприличия пошло кусает нижнюю губу.       — Не хочешь посниматься в глеймаре*? — Стэн на такое лишь усмехается, закатывая глаза и шепча, что знает определение этого слова, потому не поведется. Ричи обреченно вздыхает, протягивая визитку Урису, который принимает её и неловко прощается с Тозиером, благодаря за фотосессию.       Напоследок Тозиер, крича вдогонку Урису, спрашивает, как его зовут и сколько ему лет. Парень мило улыбается и кричит, что ему восемнадцать и его зовут Стэн. Ричи довольно улыбается, ощущая как в студии витает запах парфюма Уриса. Мята и апельсин.