#Я хочу жить...

В то утро за завтраком я получил два письма. Первое было от мамы, второе — от Сириуса. Наконец-то я мог узнать, как поступить с Драко. Драко, сидел в компании с Крэббом и Гойлом, они что-то рассказывали ему, а он слушал, иногда похрустывая чем-то. Том сидел рядом со мной, погруженный в книги о темных искусствах. Первое письмо я открыл от мамы, ее почерк, который до этого был аккуратным, вдруг стал небрежным. Это меня встревожило. Хотя это было ее обычное письмо, в котором она спрашивала, как я поживаю, какие предметы мне нравятся… И долгожданный совет: — Поговори с ним… — прошептал я, после чего увидел еще одну строчку. После этого все остановилось в одно мгновение. Я молниеносно открыл письмо Сириуса, мои руки дрожали, и там было это. — Мой отец умер. Бросив письмо в карман мантии, я вышел из большого зала под удивленные взгляды других студентов. Но мне было все равно, мой отец был мертв. Даже в этой реальности я не мог поговорить с ним, узнать его. Да, у меня была обида на него, ведь он бросил меня и мою мать. Но что теперь делать? Мне было тяжело дышать, начал снимать галстук, слезы текли сами собой, хотелось кричать. Я просто остановился, как и время в тот момент. Что-то во мне умерло. Шли дни, и я перестал отвечать всем. Так с каждым днем я начал погружаться в серую рутину своей прошлой жизни. Я представлял, как тяжело сейчас маме и Сириусу. Через неделю меня вызвал декан факультета и отпустил на один день — это были похороны. Мама была тусклой, а ее глаза красными от слез. Сириус как будто сбежал из Азкабана. Я подошел к ним, и они обняли меня, после чего началась прощальная речь, и все волшебники подняли свои палочки. Прямо как в тот день. После этого все постепенно вернулись, и только мы трое стояли под внезапно начавшимся дождем с поднятыми палочками. Я не мог видеть из-за дождя, но я чувствовал, как плачут мои мама и крестный. Полностью промокший, я взял маму и Сириуса за руки, и мы пошли домой. Там мне вручили его палочку и очки с мантией. — Гарри, тебе пора возвращаться в школу, — Сириус подтолкнул меня к камину, показывая, что мне пора идти, я кивнул и произнес заклинание, услышав последнее. — Он был убит. Я оказался перед кабинетом декана. Снейп уставился на меня и я лишь как тень прополз в свою комнату, но остановившись возле двери его кабинета тихо произнеся: — Вы нужны ей, но дайте моей маме немного времени, — я не видел его реакции и пошел дальше. Кто убил моего отца? И в чем заключалось его задание, что он молчал одиннадцать лет. Разные мысли приходили мне в голову, но я все никак не мог найти логическое завершение. Кто хотел всего этого? И если это было спланировано, то кем? Мне нужен был мой дневник и все, что я в нем написал. В конце концов, разгадка могла быть там. Я вбежал в комнату и увидел Драко, читающего мои письма. Он был удивлен и хотел что-то сказать, но я, как трус, выбежал из комнаты. Я бродил по замку, заходя в разные коридоры. И в одном из них царила приглушенная атмосфера, такая, какая мне была нужна. Я сел на подоконник и стал наблюдать за пейзажами замка. — Гарри, мы можем поговорить? — появилась Гермиона, она стояла в тени с тарелкой еды. — Я знаю, что случилось с твоим отцом, мне жаль, что так вышло. — Все в порядке, я его почти не видел и не знал — но я хотел узнать его получше. — Я больше волнуюсь за маму. — И за Драко тоже? — она шагнула к свету и улыбнулась. Вот все она знает, где только она узнает? — Поговори с ним. — Нет, если он хочет, пусть продолжает злиться на меня! — крикнул я, Герми вздохнула. — Я его совсем не понимаю. — Разве я сказала, что он на тебя злится? — я ничего не понимал, что она хотела этим сказать? Она недоверчиво посмотрела на меня, потом объяснила. — Он злится на себя. — Откуда ты знаешь? — она улыбнулась и ушла. А я стал думать над ее словами. И вспоминая старые времена, почему-то именно Драко меня смущал. Если подумать, то все мои воспоминания с каждым днем становились все тусклее и больше походили на сон. Скоро я все забуду и начну с чистого листа, это было так забавно. Постепенно темнело, и я вернулся в комнату, где меня ждал Драко. Он сидел на моей кровати и держал в руках яблоко. Он был настолько погружен в свои мысли, что не заметил, как я сел рядом с ним. Я сразу почувствовал аромат свежей мяты и зеленого яблока, такой знакомый и теплый запах. Удивительно, как я успел привыкнуть к нему за неделю, проведенную с Драко. Он вздрогнул, поняв, что я сижу рядом с ним. — Я знаю о смерти твоего отца, — начал он. — Прости, я был неправ, я так по тебе скучаю. — Я не злюсь на тебя, только на себя, — это была правда. Я ничего им не объяснил, начал говорить с Гермионой, это было эгоистично с моей стороны. — Мир? — Конечно, мир, куда ты денешься от меня! — действительно, куда я денусь от этого проныры. — Видишь ли, я сказал это, не подумав, про грязнокровку… — Ну что ж, забудем об этом — наступают обычные дни, как в старые добрые времена. Дверь резко распахнулась, и влетел Том. Было странно наблюдать, потому что впервые на его лице было столько эмоций. Было беспокойство, паника, радость и снова паника. Он начал быстро говорить, и мы совершенно не могли его понять. Дав парню отдышаться, он, наконец, нормально сказал то, что хотел сказать. — На студента напали, он сейчас в лазарете, — испуганно посмотрел он на нас. Да, что случилось? — Появился тролль, Уизли и Лонгботтом пошли посмотреть на него, а в итоге тролль сломал им кости. — Что? — мы с Драко сказали вместе. — Дамблдор сердится, сейчас будет инспекция, и всем велено оставаться в своих комнатах, — я почувствовал на себе взгляд и выглянул в окно, чтобы увидеть Смерть, улыбающегося своей наглой улыбкой.