Гнев меняет

«Блин, даже «трансвестит» не помог…как же мне заставить её признаться?» — Брюнет, задумчиво взглянул на связку ключей, которую ему сунули в руки на кафедре — Гая-сенсея он так и не нашёл, и, что интересно, никто не имел понятия, куда последний мог запропаститься, ведь физрук всегда ответственно относился к дисциплине, которую преподавал уже больше семи лет. «Вот прикол, если он и вправду в кладовке окажется …» — брюнет закрыл за собой дверь спортзала и увидел Наруку, откинувшуюся на коробки. «Беспредел!» Парень подошёл к девушке, которая, заметив его, только разочарованно протянула: — Что, пара минут уже прошла? «А ещё парней лентяями обзывала…сама-то чем лучше?» — Не представляешь, даже больше, целых пять! — Что ж ты так долго? Я даже подремать успела, — блондинка поднялась с пола и, отряхнув складки джинсов — настолько большими они ей были — потянулась. — Ну, я, по крайней мере, не прохлаждался без дела, — фыркнул парень. — А кто тебе сказал, что этим занималась я? Посмотри, сколько я успела разобрать, пока тебя не было! — девушка с гордой улыбкой кивнула в сторону горы коробок, уменьшившейся чуть ли не в половину. «Как ты?..» — на секунду Учиха застыл, анализируя фронт работ, проделанных блондинкой за столь короткое время и пришёл к выводу, что физически обычной девушке с этим не справиться, а вот парню вполне по силам. Хотя, если речь шла о Наруке, то Саске ни в чём до конца уверен не был. — Спа-ли-лась, — довольная ухмылка исказила безукоризненное лицо брюнета. — Думаешь, девушка не смогла бы сделать такое? — Уверен, — ухмылка стала шире. — Может, и так, но только если бы она была одна, — на губах Узумаки мелькнула усмешка. «Она издевается!» — Намекаешь, что вызвала подмогу, тебе тут быстренько помогли и смылись до моего прихода? Не слишком ли муторно для пяти минут? Девушка помрачнела: — Не перестаю удивляться твоей фантазии! По-твоему, я успела обзавестись целой бригадой друзей, готовой примчаться сюда по первому зову, за две недели? «Это вряд ли, но…» — Но, ведь, друзья же могли быть и до поступления в универ? — Учиха, хватит чушь пороть, мне и вправду помогли, но вовсе не так, как ты думаешь, — девушка отошла к очередной коробке и принялась хлопотать над её содержимым. «Такое впечатление, будто она взяла, да превратилась в парня, пока меня не было…но, такого ведь не бывает! Не стоило мне ту мангу покупать…» — Учиха, вздохнув, опёрся на ещё неразобранные коробки и чуть не подскочил на месте, когда из-за них выглянул Гай-сенсей.  — О! Саске, мне как раз мужские руки нужны… «А свои на что?» -…сила молодости как никак. Иди, подсобишь! — физрук, одарив его широкой улыбкой, подошёл к увесистому новенькому тренажёру. — Гай-сенсей? И давно вы здесь? — Саске вообще не понимал, каким образом он смог пропустить столько за пять минут. — Да нет. Эта девочка меня нашла, представляешь, зашёл я за сетками, а дверь взяла и захлопнулась! Так я же ключи на кафедре оставил и открыть, сам понимаешь, никак! Вот и ждал, пока меня кто-нибудь хватится! Какие же всё-таки, отзывчивые девушки пошли сейчас, — физрук восторженно глянул на блондинку, которая возилась со своим ящиком. — Ага, просто чудо, — «прослезился» Учиха. — Это ты сейчас так говоришь, — мужчина, заговорщически подмигнув, схватился за один конец тренажёра, красноречиво намекая, что пора бы приниматься за работу, — а потом и сам не заметишь, как начнёшь восторгаться ею. «Кто?! Я?!» — Учиха поморщился не столько от веса спортивного снаряда, сколько от мысли о том, что ему придётся восхищаться этой девчонкой. «Э, нет, у меня на неё совсем другие планы…» — Саске, плотоядно ухмыльнувшись, подхватил второй тренажёр — «её ждёт разоблачение…» — Стой! Ты чего творишь? Руки же пришибёшь! — Гай-сенсей, непонятно каким образом, оказавшийся в это время в другом конце зала, уже мчался на помощь студенту, однако, он никак не ожидал, что его опередят. Узумаки, метнувшись к брюнету, подхватила спортивный снаряд как раз тогда, когда тот почти расплющил пальцы Учихи о деревянный пол. «Нарука?» — Учиха пораженно уставился на свою спасительницу. Лицо блондинки уже успело налиться краской, а вены на руках стали заметнее — каждый мускул её тела подрагивал от напряжения. Саске с Нарукой стали осторожно опускать железный снаряд до тех пор, пока металлические ножки не коснулись пола. Как только оба оказались свободны от тяжести, блонлинка метнула гневный взгляд в брюнета: — Что, Учиха, сила есть, ума не надо? — Не фиг, вмешиваться было, я и сам бы справился, — огрызнулся парень. Девушка задохнулась от возмущения: — Непременно. В следующий раз так и сделаю! Оба наверняка испепелили бы друг друга взглядами, если бы физрук, не на шутку встревоженный безопасностью своих студентов, не вмешался во всё это безобразие, грозившее перерасти в драку. — Ребята! Угомонитесь! — мужчина с силой дёрнув обоих за плечи, прервал их немногословный разговор. — Что на вас нашло? — сенсей перевёл взгляд с Саске на Наруку. — Просто у некоторых борзометр зашкаливает, — хмыкнула девушка, упрямо выставив вперёд подбородок. — Ну, хоть в чём-то наши мнения сошлись, — холодно отозвался Учиха. По-видимому, поняв, что унять этих двоих ему не удастся, физрук выбрал самый оптимальный вариант: — Нарука, займись, пожалуйста, оставшимися коробками. Девушка, немного присмирев, только кивнула и отошла к ещё не распакованным ящикам. — А ты, Саске останешься со мной. Там ещё тренажёры есть. И не вздумай пытаться дотащить их в одиночку, если себя не жалко, то хоть снаряды побереги. «Хорошо притворяешься, Узумаки. Но, ты упустила одну немаловажную деталь — только что ты держала тренажёр наравне со мной и этим только добавила подозрений в свой адрес…не жди, что я оставлю всё, как есть…» Оставшееся время прошло в работе. Ни Саске, ни Нарука не обращали друг на друга никакого внимания и переругивались только, когда Гай-сенсей пытался дать им общие задания, чтобы хоть как-то сплотить рабочий коллектив. Надо ли говорить о том, что все его попытки оказались совершенно бесполезны? Однако как бы там ни было им троим каким-то образом удалось управиться до начала их пары, правда, в отличие от всегда полного энергией сенсея, добровольцев постигла участь выжатых лимонов, поэтому обоих можно было застать рухнувшими на скамью в прохладном коридоре. — Ты как? — Учиха, нехотя, отлепившись от прохладной стенки, взглянул на блондинку — злиться на девушку сил уже попросту не осталось. — А? — девушка, приоткрыв один глаз, воззрилась на страдальца номер два. «Она чё уже даже уснуть успела?» — и когда он уже перестанет удивляться? Нарука — это Нарука. Попытавшись убедить себя этим фактом парень терпеливо повторил: — Ползти можешь, спрашиваю? Девушка, казалось, глубоко задумалась над поставленным вопросом: — Хмм…да где-то месяцев с пяти могу, — хмыкнула блондинка. «Взрыв»  — Чёрт! Я тебя нормальным японским языком спрашиваю, дойти до раздевалки сможешь? — закипел брюнет. — Раньше ты этого не спрашивал, — упрямо мотнула головой Узумаки. «Грр!.. как там меня мама учила? «Спокойно, я не буду убивать брата…он сам когда –нибудь умрёт!».хм, нет, пожалуй, это уже моя версия…» — Или ты хотел меня на руках донести? — сейчас девушка обрела удивительное сходство с лисой. — Ага, таскать мне больше нечего, — фыркнул парень и, спрятав руки в карманы, направился в раздевалку. «Кошмар! С ней даже пытаться поговорить опасно для здоровья!» *** «Уф! Наконец-то он отвязался, я уж думала, что придётся переходить к тяжёлой артиллерии… » — блондинка поднялась и, пошатнувшись, побрела в сторону раздевалки. Нет, ну, она, конечно, могла идти нормальным шагом, но тогда это было бы подозрительно. Она девушка всё-таки… «Главное — не перестараться — а то ещё волшебную карету с мигалками вызовут, а мне в больницу никак нельзя…» — примерно такими мыслями была забита голова девушки, пока она брела до пункта назначения. Добравшись, наконец, до этого пункта, блондинка остановилась и озадаченно уставилась перед собой: на двух белых дверях висели таблички «Раздевалка Ж» и «Раздевалка М». — Ну, чего стоим, помочь, может? — насмешливый голос скользнул у самого уха Узумаки. «Лучше бы это был не ты, Учиха!» — блондинка повернулась на сто восемьдесят градусов, но обнаружила лишь уныло раскрашенную в бледно голубой цвет стену. Девушка энергично потрясла головой, словно пытаясь вытряхнуть эхо голоса, который только что слышала. «Ну, вот, мерещится всякое…раньше спать ложиться надо…» — испустив тяжкий вздох, блондинка, наконец, переступила порог женской раздевалки. — Неверный выбор. Нарука застыла. «Что даже в женскую раздевалку зайти не постыдился, ну, капец тебе!» — девушка попыталась с размаху врезать сзади стоящему, но на месте предполагаемого хама Учихи оказалась Харуно. — Ээй! Ты чего творишь?! — крик Сакуры заставил кулак Наруки замереть буквально в нескольких сантиметрах от щеки, полностью скрытой тональником. — Харуно? — девушка потрясённо опустила руку. — Нет, блин, Джирайя! А ты кого ожидала увидеть? Это же женская раздевалка всё-таки! — Вот именно! Этот извращённый литератор вполне мог сюда заглянуть! — не растерялась Узумаки. Сакура только презрительно фыркнула: — Нет, ты бы себя слышала. Стараешься тут для неё, вещи её забираешь, а она тебе в челюсть, — культорг резко сунула в руки блондинки её сумку и направилась к своему шкафчику. Узумаки открыла было рот, но Харуно её опередила: — Не стоит благодарности. -А я и не собиралась, только хотела сказать, чтобы в следующий раз не трогала мои вещи без спросу, — такая уж была Нарука от природы — если человек в упор ей не нравился, она не могла ему доверять. Интуиция, наверное… — Чего?! — розововолосая раздражённо дёрнула дверцу шкафчика и, та с перепугу открылась без ввода пароля. — Я думаю, ты всё прекрасно расслышала и с первого раза, — пожала плечами блондинка и быстро ввела нужный код на дверце своего шкафчика — она, конечно, могла дёрнуть так же эффектно, как и Харуно, но сочла это жестоким по отношению к своему шкафчику — всё-таки, только две недели прошло, сломаться ещё успеет. Кроме того, она боялась, как бы не выпустить силы больше, чем надо, а то так и застыла бы перед всеми с вырванной дверцей в руках… Нет, вандализм — это не её. — Нарука, тебе не кажется, что ты перегибаешь палку? — Иноичи стала рядом с лучшей подругой. Девушка даже поленилась возвести глаза к потолку — настолько она вымоталась за этот день, а ведь до его завершения времени ещё было предостаточно. «Как будто одной выскочки мне было мало…» — Нарука уже вознамерилась ответить нечто в духе «ляпнула, и все заткнулись — обмозговывают, а я тихо-мирно удаляюсь…», но её опередила Хьюга, до этого тихо сидевшая на скамье: — Ничего она не перегибает. Сакуре надо было хотя бы предупредить, что она захватит её вещи. Что если бы они разминулись, и она бы весь универ на уши подняла, подумала бы, что её вещи украли? — Ты думаешь, Сакура способна на такое? — взвилась Ино. — Не знаю я, на что она способна. Мы и знаем-то о друг друге только инициалы, да кто на какой основе учится, — брюнетка поднялась на ноги. Лицо Ино помрачнело: — Нужно учиться доверять людям, Хьюга. — Нужно учиться заслуживать доверие, Иноичи, — брюнетка невозмутимо направилась к выходу, абсолютно не заботясь о том, что вторая участница спора буквально вскипела от злости. Когда дверь за ней закрылась, многие тут же принялись перешёптываться. Завтра слухи разлетятся по всему факультету в весьма приукрашенном (или лучше сказать — изуродованном?) виде. «О, Господи, Хьюга, лучше бы ты не вмешивалась… «: Нарука, не желая и дальше оставаться слушательницей этого бессмысленного трёпа, решила сбежать в ближайший туалет — эта обстановка в раздевалке начинала действовать на и без того шаткие нервы. Да стремление разобраться с маньячным голосом — у девушки уже появился целый ряд подозрений о том, кому он мог принадлежать — который не переставал преследовать её, с каждой минутой только возрастало. Наклонившись над белым умывальником, девушка несколько раз окатила лицо холодной водой — отличный способ прийти в себя — ей всегда помогало, по крайней мере. — Зря ты так с Харуно…глядишь, ещё мстить начнёт, — насмешливо хмыкнул всё тот же голос. «Опять ты!..» — Слышь, ты, василиск чёртов, кончай меня преследовать, я — простая смертная и хотела бы дожить до этой простой естественной смерти, усёк? — девушка гневно вздёрнула голову и застыла в немом оцепенении — в большом зеркале, отражавшем целый ряд умывальников, стоял светловолосый парень. Его смуглая кожа красиво отражала блики, неуклюже роняемые слабым освещением, а в небесных глазах плескалось лукавство. В общем, он мог оказаться вполне нормальным парнем, если бы не одно «но»…этот парень заменял её отражение!