Пожиратель

Этот мир, серый, поглощённый войной, искалеченный его же создателями, на самом деле искрится, переливается, пульсирует разными оттенками эмоций и чувств. Саундвейв знает, что скрывает чужая грудная. Какое там настоящее сокровище, которое по достоинству могут оценить лишь немногие, а уж его вкус… Эта приятная мысль всегда вызывает у него улыбку, которая прячется под маской. Он знает, что о нем говорят, он знает, как часто становится объектом чужих насмешек, но, в сущности, ему наплевать на это. Большинство их Искр маленькие, с блеклыми протуберанцами и такими же невпечатляющими способностями. Даже сейчас, в эпоху истребления себе подобных, они заставляют собственный потенциал тухнуть, размазывают в собственных корпусах грязными и отвратительными пятнами. Но есть сильные и красивые Искры. Стоит ли говорить, что такая Искра была у Лорда Мегатрона? Как и у Оптимуса Прайма. Саундвейв не видел раньше таких сильных Искр, которые смогли расколоть цивилизацию на две половины. И ни одну из сторон нельзя было ни в чем упрекнуть – одни боролись за свободу, другие за сохранение старого порядка. И одна и другая стороны по своему правы, но, в свое время Саундвейв последовал за тем, кого хотел сожрать. Вытянуть по капле, как он раньше этого желал! Но даже для того, кем он являлся по своей сути, он слишком отличался. У него был слишком развит интеллект, что бы опуститься до бессмысленного пожирания трансформеров, что привело бы к его скорой гибели. Когда они столкнулись с белковыми, он изучал их историю и наткнулся на весьма внушительный пласт суеверий и легенд и почти сразу нашел схожесть его собственного вида с так называемым вампирами. Очень отдаленное сходство, но почему то ему понравилось их изучать. Разве что вампиры потребляли человеческую плазму, а не выедали сердца людей, которые можно сравнить с Искрами. Хотя в ещё более старых пластах чужой истории можно было найти и такое, но относительно молодое человечество тогда было ещё совсем младенцем. Из уст в уста, из деревни в деревню детали предания о диких, лохматых и страшных людях, в глубине лесов выдирающие сердца людей и пожирающие их. Оборотни, вампиры, каннибалы… На самом деле он немного затруднялся в классификации белковых суеверий, но их развернутость, глубина и безграничная фантазия на этот счёт ему определенно нравились. Пожалуй, это было одним из немногих качеств, которое удерживало его страстное желание разобраться с этой планетой поистине кибертронскими методами. На самом деле, Саундвейв скучал по Кибертрону. В любом его ключе, это было лучше, чем быть запертым на корабле, на другой планете. Конечно, вехиконы и эрадиконы могли утолить его голод, но ненадолго, хотя, конечно, с течением времени эту его потребность удалось взять под контроль и снизить необходимое количество Искр до минимального. Это было приемлемой ценой для того, что бы находиться рядом с Мегатроном. Он всегда был чуть умнее, чем его собратья. Поняв, что он может жить среди трансформеров так, что его не могли раскрыть, он начал развивать это качество в себе, совершенствоваться. *** Их союз с Мегатроном с любой точки зрения был странным. Их виды взаимно пытались уничтожить друг друга. Так случилось и тогда, когда Мегатрон вычищал одно из гнёзд искроедов. Война ещё только начинала набирать обороты, и у будущего тирана находилось время для таких дел. К счастью Саундвейв тогда не был там. Он холодно относился к подобным себе и старался проводить время вне гнезда, испытывая к ним презрение и отвращение из-за тупости, из-за тупого подчинения инстинктам, из-за бессмысленной жестокости. Разумеется, он не был идеалистом и не испытывал, точно так же, никаких чувств к другим мехам. Нельзя сказать, что он воспринимал их только как источник питания, но... Искроеды ведь не просто так получились? Тогда он вернулся как раз в тот момент, когда Мегатрон вытирал с меча энергон падших собратьев. Почему он его сразу не убил? Вопрос был хорошим, тиран так и не ответил на него впоследствии. Возможно потому, что Саундвейв не вёл себя агрессивно, не стал бросаться на Мегатрона и скорее просто немного удивился, чем огорчился зачистке гнезда. В итоге получилось так, что Мегатрон забрал его с собой. Первое время они устанавливали контакт между собой - а Саундвейв не мог оторваться от яркости чужой Искры - налаживали общение и, кажется, Мегатрон считал, что столь необычный союзник ему пригодиться. Период адаптации им обоим давался тяжело. Саундвейв привыкал к такому яркому сиянию рядом, которое нельзя будет поглотить, по крайней мере, в ближайшее время, а Мегатрон привыкал к тому, что рядом существо, которое выглядит как мех, но которое по сути им не является. Конечно, потом пришлось прибегнуть и к помощи Шоквейва, для отладки корпуса, налаживания нейросетей без глубокого вмешательства... в обмен на исследования, конечно. Саундвейв быстро понял плюсы их взаимосуществования, особенно когда в первый раз поглотил Искру неугодного Мегатрону меха. А потом ещё раз. И ещё. Для Мегатрона это был совсем неплохой способ избавляться от совсем уж неудобных и держать искроеда при себе и достаточно сытым для того, что бы тот не совершал глупостей. Потребность создания... Наверное, это была потребность в компании - хоть и минимально, но Саундвейв в этом нуждался, в иллюзии общения, пока он обрабатывает огромные пласты информации. До информации он был так же охоч, как и до чужих Искр, поэтому, хоть и не без труда, он освоил сложные информационные взаимосвязи и вполне себе органично вписался на место десептиконского связиста. А легенду он придумал потом себе сам, кое-что подчистив в информационных блоках - если попадётся кто-то достаточно любопытный для того, что бы полезть в зашифрованные архивы. Лазербик, как и другие маленькие мехи не являлись его продолжением в прямом роде, но удовлетворили потребность в плане создания себе подобных - как уничтоженные члены гнезда самого искроеда, но они были его дополнением и отвечали всем необходимым требованиям. Время текло, война разворачивалась, Кибертрон был потерян, они нашли эту белковую планету, а Саундвейв оставался верным тому, кто его когда-то поймал. Даже Старскрим был достаточно умён для того, что бы не задирать его лишний раз, хотя никогда не знал об... особенностях Саундвейва доподлинно. Мегатрон не считал нужным посвящать его в такие тайны. Декады складывались в обороты, Мегатрон пропал, потом вернулся - уже на подготовленную офицерами почву; потом связь с Тёмным Энергоном и кома... Но Саундвейв видел, что Искра его Повелителя все так же яростно и ярко мерцает, манит, опутывает сладким предвкушением. Возможно, когда-нибудь... Но точно не в этот раз.