Инструкция по выживанию

Холод. Именно его начали чувствовать англичане, спустя несколько часов после приезда. Но тогда их изнутри грел легкий горячительный сидр, выветрившийся к концу дня. А сейчас им думалось, что всё же некоторые идеи лучше оставлять несовершенными. Особенно поездку в Сибирь. « — Там весело», — говорил он. « — Там многие понимают английский», — обещал он. « — Зачем столько вещей, там же не минус пятьдесят», — мурлыкал он. Скучковавшись у широченной трубы с горячей водой и обнимая её со всех сторон, Мародёры шипели всё, что могло хоть кого-то обидеть. Ну, а почему должны страдать только они? Хоть студенты и не убивались от отчаянья, но их природная тактика деваться никуда не хотела. Англичане отчаянно пытались найти того, кто мог бы им помочь, но в итоге кидали осмелившихся подойти к ним студентов в ближайший сугроб. Их гениальная тактика действовала до тех пор, пока они не дошли до Натальи. Тут началась борьба на выживание. Натренированная на Николае и Пете, она с грациозностью лебедя опрокидывала одного Мародёра за другим. Промокшие до нижнего белья бедняжки тут же помчались греться. Во всяком случае, теперь у них был персональный, отбитый у первокурсников, обогреватель…

***

Последний день в родной стране Долохов провел, наслаждаясь минус тридцатью градусами на термометре и прекрасным чистым небом. Господа Мародёры отказывались отходить от трубы, так что Фёдор мог гулять, не смотря на часы. Что может быть лучше хорошей погоды, когда снег хрустит под ногами, а в столовой уже готовят ароматный горячий чай? Только водка и самогон. Именно поэтому первым делом ему нужно было заскочить в свой сарай, где и хранились запасы. А что? Ему ещё полгода таскаться в стрёмной стране, где он только и делает, что создаёт проблемы окружающим. Начинался прекрасный час, посвященный излюбленному делу студента — самогону. Так как Анатоль увлекался этим не менее страстно, рассчитывать на банку уже настоенных дрожжей было бы логичным явлением. Порывшись в закромах, юный специалист нашёл нужные приборы и пустые бутылки для проведения столь сложной операции. Он открыл секретный подвал, вход в который знали все, и осторожно спустил туда банки. — Ну что же, сейчас забацаем! — потирая в азарте руки, чирикнул своим баритоном Фёдор. Уютная коморка встретила студента радостным теплом. В ней всё было по-старому: давно отпавшие обои, держащиеся на добром слове, старый чугунный котёл, наполовину взорвавшийся на уроке зелье варения ещё в прошлом веке, грустная мерно качающаяся паутинка с куколками мумий. Всё, что заставляло чувствовать себя в покое. Долохов поставил на плиту сложное сооружение из сплавленных между собой банок из-под тушёнки и томата и подключил его к крану. Да начнётся же перегонка! Сев в кресло с ногами, Фёдор задумался. Он не помнил, как попал сюда. Как любящий сын и брат, Долохов прекрасно знал лица своей семьи, но тут и крылась подводная вобла. Он ни разу не навещал их по-настоящему. Когда парень приезжал к ним, то не чувствовал родного тепла, не ощущал себя частью семьи. Сердце его сказывало про ложь. И только сейчас до него дошло. Его семья осталась там, в этой странной рукописи Толстого. Но как это получилось? Почему именно они внезапно были выплюнуты из сюжета? Кто ещё помнит настоящее? Долохов неотрывно всматривался в догорающую свечу, пока не пришло время менять воду в аппарате. Нехотя, он поднялся с дивана и направился к ржавой ванне в соседнем помещении. Мысли его возвращались к той записке всё чаще и чаще, и уже никакие способы отвлечься не помогали ему. — Да что здесь не так? — пропыхтел Фёдор, тут же мысленно отвечая себе «всё». Закончив разлив крепкой водицы по всем ёмкостям, и убрав всё на свои места, студент пожал на прощание перчатку на бутыли и вышел на поверхность. В коридоре первого этажа его уже ждали английские знакомые, обрадовавшиеся явлению, трагично скрипя зубами. — Когда мы уже уедем? — Хвост не выдержал первым и взвизгнул. — Завтра, — смахивая корочку льда с бровей, бросил Фёдор. Этому радовалось большинство людей в замке. Проводить «дорогих» гостей и Балбеса в путь собрались даже преподаватели. Только Безухова не было.

***

— Ну что, как вам? — Долохов скучающе пялился в окно, пока остальные с интересом разглядывали газету недельной старости. — Знаешь, теперь у тебя есть стопроцентное алиби от тех краж, — промямлил Поттер, отрываясь от бумаги. Фёдор склонился над переданной газетой. Красочный заголовок украшал половину страницы: «Спящие студенты испугали вора». «Сегодня ночью в школу чародейства и волшебства попытался пробраться неизвестный в тёмной мантии. Он хотел пробраться в запретную зону библиотеки, но благодаря ученику Северусу Снейпу его почти поймали! При попытке взять след преступника тот разделился надвое, и если один вёл в лес, то второй в мужские спальни Гриффиндор…» — Это как? — Лицо студента непонимающе скривилось. — Ну, видимо Нюниус стал ещё хуже выглядеть, — начал Блэк. — Да, холод однозначно плохо на него влияет, — Поттер хохотнул, утягивая свою газету из рук Долохова. — Но кто мог быть в спальне, если в этом году уехали все? — Но вещи же оставляли, — заметил Хвост, озадачено почёсывая подбородок. — И кусок ткани оставляли, — грустно промямлил Фёдор, укладывая руку себе на лицо. — Может попытаться найти зелье, которое хотя бы покажет, кто это? Или нечто похожее, — бросил кто-то из шайки. — А такое есть? — Долохов приоткрыл один глаз и заинтересованно оглядел всех. — Должно быть…

***

Удивительно, но долго копаться не пришлось. Уже через неделю общих поисков зелье нашлось. Хоть оно и не указывало на личность, зато примерно показывало путь цели. Несмотря на то, то вариться оно должно около месяца, студенты решили не сдаваться. Пыхтя и страдая, действуя во имя своего интереса, они начали искать нужные ингредиенты. Большинство из них уже числились с галочкой напротив, но некоторые удавалось лишь стаскивать с предметов. О да, Мародёры, остававшиеся после уроков на дополнительные занятия, совсем не вызывали подозрений! В назначенный день студенты собрались в ночной гостиной, собираясь одолжить пару вещей из кабинета зельеварения. Всё было высчитано и обговорено заранее, так что сейчас пятёрка молча вышла в пустые коридоры замка, перекинувшись парой знаков. «Вот нафига им этот обязательный пунктик, что нельзя будить картины? Как их не будить, если эти пылесборники чуют каждый твой шаг?» Где-то сбоку послышалось недовольное сопение. Этого ещё не хватало. — Кто здесь? — прошуршал сонный мистер со стены, вглядываясь в идущих во тьме Мародёров. Как и ожидалось, ему никто не ответил. «Шаг сто семьдесят один по одиннадцатому повороту», — считал про себя Долохов, осторожно выискивая сторожа в очередном пролёте. Ему выпало отвлекать на себя всё внимание. Идея как это сделать появилась после общения с надоедливым призраком, любящим идиотские розыгрыши и шум. Но делать всё это надо только в случае сигнала, а сейчас студент просто бессмысленно шатался меж этажами, стараясь не привлекать чужеродное внимание. В какой-то момент послышалась пара ударов по стене. Всё прошло гладко. Почти. Когда Фёдор дошёл до союзников в соседнем коридоре, появилась чья-то тень. — Что вы замышляете на этот раз? — Снейп выполз из-за дверей кабинета, из которого выбирались увлечённые подозрительными банками студенты. Мародёры подозрительно переглянулись. — А что ты делаешь перед кабинетом зельеварения ночью? Твоя любовь к варенью настолько сильна, что ты приходишь молиться сюда против комендантского часа? — Фёдор выдал первое, что пришло ему в голову, проходя мимо слизеринца, и ушел в гостиную раньше остальных. Его раздражали разборки знакомых с этим юношей, но он предпочитал не вмешиваться в них. Наконец все ингредиенты пылились, спрятанные в разных уголках комнаты. — Сегодня начнём варить, — задумчиво буркнул Люпин, перелистывая страницы учебника немного дрожащими руками. — Волнение прочь, отступать некуда, — нагло вытягивая ноги на столе, насмешливо протянул Долохов. Мародёры и не отступали. Удобно разместившись подальше от чужих глаз, они решительно вскипятили котел.