To Dragons

-Гуки, успокоишь меня? – уже на следующий день, едва получив разрешение вставать с кровати, хитро спрашивает у брюнета Тэхен. По его состоянию, взгляду и действиям Чонгук понимает, что оборотень идёт на поправку и довольно быстро. Это его радует также сильно, как и просьба пепельного, из-за которой сердце пропускает удар, а на лице расцветает глупая улыбка. Только есть одна проблема. -Думаю если я сделаю это сейчас, твоя мама точно меня убьет. Она, итак, к тебе еле подпускает. К тому же рычит, как только ты с объятьями лезешь. Тэхен пару раз хлопает ресницами и в миг становится раздраженным. -Чон Чонгук, ты серьезно? Я что ребенок? Или ты сам вновь в детство вернулся? Забудь о моей маме! С ней я сам все решу, а сейчас мне нужен ты. Иди сюда! И отказать нельзя. Да и, честно, не хочется. Брюнет прерывисто вздыхает и зарывается одной рукой в свои волосы на затылке, больно их оттягивая. На него направлен тяжёлый требовательный взгляд, и в дополнение парень замечает напряженную, но уверенную позу, вновь задаваясь вопросом: «Ну вот каким образом Тэхен не является альфой? Ну вот почему?» Ответ находится быстрее, чем можно было бы представить. Стоит только припасть к любимым губам и уложить руки на чужую талию, как сразу чувствуется лёгкая дрожь омежьего тела. Замечается абсолютное подчинение, длинные дрожащие ресницы и оглушительно приятное сбившееся дыхание. В этот момент демону и становится понятно - «почему» и «каким образом». Поэтому он решает больше не задаваться столь странным вопросами. Это Тэхен – значит, так надо. Демон ласково выцеловывает желанные губы. Нежно кусает и проводит языком по небольшим ранкам от клыков. Оборотень в ответ тихо стонет и цепляется пальцами за накидку демона, боясь, что тот слишком быстро закончит поцелуй. Но Гук даже не думает об этом, наоборот, пользуясь такой податливостью, он смело проникает языком в чужой рот, ласкает небо, стенки, проходится по ряду зубов, а после, наконец, сплетается с чужим языком и пару раз нежно прикусывает его. Как ни странно, но омега отстраняется первым. Глаза не открывает и пытается отдышаться. Гук не торопит, лишь ласково припадает губами к чужим векам, носу, лбу и вновь мимолётно мажет губы. Тэхен поддается вперёд, и они снова прилипают друг к другу в поцелуе. И если Чонгук со своими вопросами уже разобрался, то Ким мучается от непонимания. Он встретил истинного, и тот погиб на его глазах, значит во всем свете не должно быть существа, которое могло бы возбудить парня или вызвать хоть какие-то романтические чувства. Не говоря уже о том, что сам Тэхен должен был умереть, хотя каким-то чудом выжил. Тогда почему от поцелуев, от голоса, от присутствия, от вообще существования Чонгука в этом мире так ведёт? Почему он снова чувствует лёгкое возбуждение и желание держать этого демона вечно рядом? Почему с ним так желанно и хорошо? Парень, окрылённый поцелуем, все никак не может найти ответ, постоянно сбиваясь с мысли, а в тот момент, когда Чон сильнее прижимает его к себе, не оставляя между телами и сантиметра, и вовсе решает оставить это на потом. Негоже думать, когда тебя так охуенно целуют. Сейчас главное получать ласку от младшего, чувствуя небольшую боль, вплетаться в его жестковатые волосы руками и тихо стонать от сладких ощущений. При этом оба парня знают, что мама оборотня их замечает, но ни тот ни другой не смеют друг от друга отвязаться. И прерывает их только закончившийся в лёгких кислород. Оба улыбаются, пытаются отдышаться, и Тэхен, перебирая волосы демона, вдруг выдает: -Давай сделаю зелье? Они мягче будут. Чонгук снова удивлен поведению пепельного после поцелуя, поэтому лишь тихо смеётся, ведь Тэ хотя бы не ржет, как в прошлый раз. -Как скажешь. Они улыбаются и сталкиваются носами, нежно потирая их друг о друга. И сейчас это действие кажется Тэхену безумно приятным. И правильным. Именно так все и должно быть. А с ворчащей на кухне мамой он ещё поговорит.

***

Как бы сильно парни не хотели оставить Тэ дома до полного восстановления, у них все равно ничего не получилось. Оборотень был слишком упрям и уверял, что в деревне завянет от тоски и грустных воспоминаний, а вот в пути сможет развеяться и быстрее пойдет на поправку. Хосок и Намджун устали с ним по этому поводу спорить и решили-таки отправляться в путь вместе с парнем. Чимин же, который сильно волновался за состояние друга и пару дней не замечал ничего и никого вокруг, наконец-то обратил внимание на свое окружение. И окружение ему очень даже понравилось. А точнее ему понравились оборотни, что уделяли парню повышенное внимание. Это льстило. Очень. Особенно после неприятных инцидентов с Шугой. Поэтому парень решил не лишать себя прекрасного шанса и познакомился с одной милой бетой и весьма привлекательным альфой. В ходе флирта он решил остановиться на втором варианте и уже строил планы на прекрасные отношения, как его резко прервали. И именно в тот момент, когда Пак надеялся получить поцелуй! И вот угадайте, просто, кто! Юнги, честно говоря, сам не знал, что на него нашло. Ведь, вроде бы, они с Чимином уже все решили и даже согласились после стать друзьями. Но стоило увидеть Пака в лёгких объятиях какого-то оборотня и все внутри вскипело. Потому что Юнги не идиот и прекрасно понимал, что Пак был другим. Чимин не был демоном, не был слабаком, не был сволочью (в отличие от самого демона), и действительно, мог бы дать Юнги то, чего ему так не хватало. Парень прекрасно это понимал. Ибо, блять, не маленький. Но подпускать парня все равно к себе не хотел. Ибо, блять, идиот. В первый раз он сдержался и лишь тихо фыркнул на непринужденное поведение Пака. Но когда эта жопа решила, что ему можно целоваться с каким-то левым альфой, при том, что меньше недели назад он целовал Мина, скрываясь за стволами деревьев от посторонних глаз, тормоза не сработали. -Малыш, а ты молодец, - со злой ухмылкой цедит Юнги, подходя ближе и отвлекая внимание пары на себя. - И с одним, и с другим. Сколько же всего у тебя пассий, сладкий? Едко усмехается и просто скрывается из виду. Молодец, блин. Чимин сначала не понимает, что произошло, но, когда его грубо отталкивают и даже не пытаются слушать объяснения, он начинает злиться. Сильно. Ооочень сильно. Он думал, что они с Юнги уже все уладили. Да даже общались после того случая пару раз нормально! Так какая муха эту сволочь укусила?! Парень решает с этим разобраться. На этот раз он не спустит поведение демона ему с рук. А к искусителю слишком поздно приходит осознание того, что он сделал. Демон корит себя за подобную несдержанность и почти впадает в некое отчаяние. Потому что Чимин, пусть и не специально, напомнил ему то, о чем демон желал бы навсегда забыть. Пак находит его в лесу у небольшого ручья. Светловолосый, неестественно сгорбившись, сидел на небольшом камне и смотрел вниз. Лишь от вида этого, наверняка, ничуть не раскаявшегося демона, внутри Пака все клокотало. Хотелось прибить и, наверное, разорвать. Ведь только час назад все было нормально. -Юнги, объясни мне! Что это сейчас было?! Каким чертом ты делаешь это?! Мин понимает, что блондин пришел сюда зря и совсем не вовремя, только сделать с этим он уже ничего не может. "Блять" - проносится в голове старшего, прежде чем он, резко вскочив, грубо толкает парня от себя. -Потому что я трус! Доволен?! Я ебаный трус, и тебе, сука, надо это знать! А ещё то, что я эгоист! Как и многие демоны! И мне абсолютно плевать на то, что ты думаешь и говоришь! Я никогда не позволю тебе быть со мной и тем более ни за что не испытаю этих "нежных" чувств к тебе! -Ты просто долбанный мудак, запутавшийся в себе, - цедит Чимин, наступая на демона, пока тот не упрётся спиной в дерево. Его просто трясет от злости к этой сволочи. - Сам меня постоянно избегаешь и отшиваешь, плюешь на мои чувства и при этом нормальных отношений завести не даешь! Ты что, черт возьми, устроил?! Юнги на это лишь вымученно ухмыляется. Но Пак слишком зол, чтобы заметить какой-то подтекст и цепляется только к его словам. -Он бы все равно тебя кинул. Чимин аж задыхается. -Да ты!.. Да как ты смеешь мне, блять, говорить это?! Ты сам ведешь себя как последний трус и мешаешь другим! У тебя самого, блять, проблемы! -Да что ты можешь знать?! - кричит Юнги, сильно сжимая кулаки. А в глазах горит страдание. -Я знаю все! - ещё сильнее срывается блондин, наконец заметив, как демон тушуется от его слов и постепенно становится все беспомощнее. - Тебя предали всего один раз! Одна долбанная любовь, а ты ведешь себя как дешёвая истеричка, срывая весь свой гнев на других! И ещё каким-то хером ввязываешь в это меня! Ты прекрасно знаешь, что я чувствую! Ты прекрасно знаешь, что мне плохо! И все равно ведешь себя как свинья! И Чимин прав. Юнги ничего не отвечает. Теперь ему слишком хуево для какой-либо реакции на чужую злость. Он молчит и сильнее выбешивает этим Пака. Тот хватает демона за плечи и грубо встряхивает от чего светлая голова глухо ударяется о ствол. -Прекрати уже издеваться надо мной! - кричат в лицо, а после переходят на яростное шипение. - Я не собираюсь тебя терпеть и не обращать внимания на твои выходки! Юнги, честно говоря, почти плачет. Пак, действительно, пришел сюда совсем не вовремя. Демон смотрит затравленно куда-то в район чужих ключиц и на словах: "ты, блять, вообще слушаешь?", мягко кладет руки на чужие плечи, слегка обвивая шею. -Просто трахни меня уже. Чимин замирает в шоке, но не таком сильном, который мог бы быть, находясь парень в адекватном состоянии. Но он в нем не находится. Совсем. И все из-за Юнги. Из-за придурочного демона, с которого он резкими движениями срывает одежду. Вообще Чимин мягкий человек, привыкший, чтобы одежду срывали с него. Но с Мином, доводящим до белого коления, приходится об этом забыть и больно вгрызаться в светлую кожу шеи, слушая приглушённые стоны боли. И боль здесь, скорее, не физическая, а моральная. Потому что страдает здесь не только Пак. Юнги зарывается пальцами в безумно мягкие волосы парня и откидывает голову назад, предоставляя больше доступа к своей шее и телу в общем. В один момент он остаётся полностью без одежды и закидывает ноги на чужую поясницу, чувствуя, как его приподнимают и больно вдавливают в дерево. А Мин все ещё тонет в своих воспоминаниях, к которым добавляются ещё и нынешние чувства. Нечто похожее уже было с ним раньше. Он страдал, кричал и просил своего демона остановиться, но тот, конечно же его не слушал. Юнги помнит, как хотел тогда его возненавидеть, но не мог, потому что любил. И сейчас он тоже любит, но все ещё не хочет себе в этом признаться, издеваясь и над собой, и над ни в чем не повинным Чимином. Губы сливаются в очередном поцелуе. Грубом и жестоком, заставляющем тихо поскуливать от нетерпения и боли. И в этом поцелуе Чимин умещает большую часть своей обиды и злости, поэтому дальше начинает действовать более мягко. Погружая один палец в демона он уже почти приходит в себя и, отмечая, что обратного пути уже нет, старается сделать все более аккуратно. Юнги тихо скулит, стараясь самостоятельно насадиться на палец, но ему не позволяют этого сделать, добавляя второй и растягивая стенки. Пак не знает, кто из них двоих сейчас сходит с ума. То ли он, то ли демон, так отчаянно цепляющийся за его плечи и выглядящий безумно ничтожным, слабым и сломленным. Но все равно упёртым в своих чувствах. Юнги сдавленно стонет и выгибается, царапая о дерево оголенную спину. И именно сейчас Пак замечает, что парень не в себе. Нет ни той уверенности, ни той хитрости и даже надменность куда-то пропала. Сейчас Юнги было... больно. На физическом и больше, конечно, эмоциональном уровне тому было больно. И Пак не понимал, почему. -Юнги-я, - остановившись, тихо зовёт он демона. А тот словно в бреду. Рвано дышит, смотрит куда-то в непонятную сторону и, кажется вот-вот начнет рыдать, но не начинает. Вместо этого успокаивает свое дыхание и, закрывая глаза, твердо произносит: -Отпусти. Чимин слушается. Когда парень начинает одеваться, тот тянется помочь, но одного взгляда Мина хватает, чтобы отойти в сторону и замереть. -Завтра вы уйдете. Вернётесь с братом в город, - произносит он, когда остаётся полностью одет. - На землях демонов вам делать нечего, - и, чуть помедлив, добавляет. - Прощай. И Чимин осознает, что это их последняя подобная встреча. Завтра пути разойдутся и настанет конец.