Эвтаназия его души

      Вики сидела на кровати и пыталась составить хоть какой-то план действий. От хорошего настроения не осталось и следа. Такое замечательное утро было безвозвратно испорчено.       Девушка относилась к той категории людей, которые по жизни руководствовались логикой, а не эмоциями. Именно поэтому она смогла быстро погасить зарождающуюся панику. Да и, когда долго работаешь в медицине, хочешь не хочешь, а характер закаляется. Как говорил её любимый профессор: «Истеричкам не место в операционной».       Начать Вики решила с осмотра вещей парня, в тело которого она так неудачно попала. На прикроватной тумбочке лежали несколько пачек странного вида конфет, перья (кто бы мог подумать) и какая-то ветка. Взяв её в руки, девушка поняла, что это деревянная палочка необычной формы: слегка волнистая с утолщением на конце.       Действуя как по наитию, Вики взяла палочку так, чтобы пальцы удобно обхватили рукоятку, и тут произошло ЭТО. Тепло от деревяшки разлилось по её руке, с другого конца палочки посыпались искры — было ощущение абсолютной правильности происходящего.       Девушка нервно хихикнула. Неужели это то, о чём она подумала? Но, чёрт возьми, это невозможно, это место просто не могло существовать! Хотя теперь девушка знала, что ей делать.        Схватив одежду, которая обнаружилась в чемодане под кроватью, Вики поспешила в ванную. Стараясь не смотреть в зеркало, пока переодевалась, она натянула на себя брюки и белую рубашку с жилетом. Прихватив с собой на всякий случай палочку, девушка подошла к дальней от её кровати двери и вышла из комнаты.

***

      В Большом зале обед уже подходил к концу, студенты потихоньку начали стекаться в сторону внутреннего двора. Стояли последние тёплые деньки, и поэтому почти каждый считал чуть ли не своей прямой обязанностью понежиться в лучах солнца. Однако это касалось не всех — представители змеиного факультета не выказывали ни малейшего ажиотажа по этому поводу.       Из-за стола Слизерина поднялся высокий бледный юноша и в сопровождении ещё четырёх сокурсников покинул зал. У всех студентов Хогвартса этот слизеринец вызывал сильные эмоции — кто восхищался, кто хотел стать к нему так же близок, как и те четверо счастливчиков, в окружении которых его постоянно видели, кто испытывал опаску, но абсолютно никто не оставался равнодушен.       Гордая осанка, проницательные, но такие холодные глаза, безупречная репутация и просто ангельская внешность — вот она, причина всеобщего обожания и, в редких случаях, ненависти. Перед ним хотелось склоняться, ему хотелось угождать, за одну улыбку в свою сторону любая девушка готова была на всё. Определённо, юный лорд Волдеморт был крайне харизматичной личностью.       — Том, у нас сегодня будет собрание? Я привёз из дома одну книгу, думаю она тебе понравится.       — О таких вещах не говорят на людях, я должен повторять это? — от тона Риддла могла бы замёрзнуть и лава.       Парень занервничал.       — Прости, просто тут никого рядом не было и я подумал…       — Значит плохо подумал, Гален, но раз уж ты упомянул о собрании, я как раз вспомнил, что для отработки нового проклятья нам нужна будет мишень. Раз ты у нас сегодня такой инициативный, почему бы тебе не взять на себя эту роль?       Эйвери громко сглотнул и уже хотел возразить, но под взглядом холодных синих глаз, только и мог что кивнуть.       — Да, Том, как скажешь.       Риддл на это заявление только хищно улыбнулся: ему нравилось подчинять людей, чувствовать их страх. Это был своего рода наркотик для него, и с каждым разом, как настоящему наркоману, ему было необходимо повышать градус подогреваемого им страха. Он обожал это опьяняющее чувство вседозволенности. После всех тех лет в детдоме, где он был бесправным уродом, не имеющим ничего, чувствовать власть над этими гордыми представителями аристократических семей было одно удовольствие.       Остальные парни с интересом и некой опаской поглядывали на развернувшуюся перед ними сцену. Однако никто и не думал вступаться за Эйвери, тот сам подставился и понесёт заслуженное наказание. Да и с чего бы им его защищать, если они не были друзьями? Эта компания скорее походила на стаю гиен: только дашь слабину и тебя загрызут. Их объединяла жажда власти и новых знаний, голый расчёт и ничего более. На Слизерине не может быть друзей — только союзники, и глуп тот, кто считает иначе.       — Эй, ребята, смотрите, это же собачонка Тома, — насмешливо протянул блондин.       — Гляди-ка, старина Абраксас прав. Интересно, где этот придурок был во время обеда? — подхватил Гален, счастливый, что внимание переключилось на другой объект.       И правда, как уже успели заметить парни, в их сторону брёл юноша с абсолютно отсутствующим видом: его волнистые волосы были сильно растрёпаны на макушке, как будто их владелец долгое время цеплялся за них своими пальцами, а взгляд был стеклянным, казалось, он даже не видит, куда идет. К тому же на нём не было не то что мантии, а даже галстука их факультета.       Том опасно прищурил глаза и обратился к парню:       — Адриан, почему ты так одет? Тебе мало того, что по твоей вине мы теряем баллы почти на каждом занятии, так ты решил ещё и на выходных дать шанс оштрафовать наш факультет?       Парни в компании Риддла насмешливо заухмылялись. Они уже приготовились к шоу, но тут произошло то, чего никто из них никак не ожидал — Адриан просто прошёл мимо. Он. Просто. Прошёл. Мимо.       — Какого Мордреда сейчас было? — в шоке проговорил худощавый шатен.       — Не знаю, Батч, но никогда ещё этот придурок не позволял себе игнорировать Тома, — отреагировал Малфой.       Он был не менее удивлённым, чем остальные. Блондин взглянул на лицо Риддла и понял, что у мелкого явно будут неприятности. Том просто излучал холодную ярость, и Абраксас про себя отметил, что не хотел бы на себе её испытать.       — Через полчаса в Выручай-комнате. И, Эйвери, не думай, что я забыл про тебя, — с этими словами юный лорд повернулся на каблуках и пошёл в сторону библиотеки.

***

      Вики брела по коридорам замка, в её голове кружились мириады мыслей. Она всё никак не могла поверить в реальность происходящего. Как почти любой работник медицинской специальности, она крайне скептично относилась ко всяким там сверхъестественным вещам.       Знали бы вы, как много жизней было погублено просто потому, что люди вместо того, чтобы обратиться к врачу и получить нормальное лечение, идут к «целительнице» и отпаивают бедных больных детей заговорённой водичкой, свято веря в то, что это их спасёт. А потом, когда не помогает, идут в больницу, зачастую когда болезнь уже запущена. И врачи должны сражаться с этим, а если, не дай бог, у них не получится, то всё, они все шарлатаны, которые ничего не умеют, и, вообще, чуть ли не убийцы, а тот факт, что люди сами запустили болезнь, вовремя не обратившись за помощью, как-то вылетает из их пустых голов.       Но именно в случае Вики было бы глупо отрицать, что произошло то, что в теории просто не могло произойти! Мало того, что она попала в чужое тело, так ещё и в тело, которое существует только на страницах книги.       Покинув гостиную Слизерина, Вики вышла в подвалы замка. С каждым шагом она всё больше убеждалась в правдивости своей догадки. Тем не менее, её мозг не хотел с этим смиряться, пока не будет неопровержимых доказательств. Просили — получите, распишитесь.       В одном из коридоров девушка обратила внимание на портрет полноватой женщины в старинном платье, точнее не так, её внимание привлёк тот факт, что женщина на изображении явно двигалась. С замирающем сердцем, девушка подошла к портрету и уставилась на него во все глаза. Женщина от такого внимания вся зарделась и, обмахиваясь веером, поинтересовалась:       — Могу я вам чем-то помочь, юноша?       Вики сглотнула и решилась, она просто обязана это спросить.       — Скажите, — девушка поморщилась от того, как низко звучал её голос, и прокашлялась, — скажите, я в Хогвартсе? — и замерла, словно в ожидании смертного приговора.       Дама же на картине перестала мило улыбаться и воззрилась на наглого юношу, нахмурив брови. Да как он смеет шутить над ней!       — Что за глупые вопросы, конечно, в Хогвартсе. Тоже мне, шутник нашёлся, что, думаешь, если ты живой, можно и поиздеваться над портретами?! — возмутилась женщина и, напоследок грозно посмотрев на обомлевшего парня, развернулась и ушла с картины.       Вики стояла как громом поражённая. Нет, она, конечно, догадывалась, но до последнего не хотела верить. Потому что, чёрт возьми, это просто невероятно! Как она могла оказаться в книге?! Как и почти любой ребёнок конца двадцатого века, девушка выросла на истории Гарри Поттера, в детстве она зачитывалась книгами о волшебном мире, всегда мечтая побывать здесь (ну, а какой ребёнок не хотел бы?). И вот она тут, в теле парня, в книге! Из её горла вырвался истерический смешок, и девушка что есть сил вцепилась в свои волосы.       «Этому просто должно быть какое-то логичное обьяснение. Может я его сейчас не вижу, но оно точно должно быть, и я его найду». С этими мыслями она пошла дальше. Она не видела ни студентов, которые брели по коридору, ни сменяющихся декораций вокруг себя.       Мозг пытался переварить информацию, а ноги несли по коридорам замка. В какой-то момент она оказалась у лестницы и уже занесла ногу, собираясь спуститься вниз, как услышала громкий выкрик:       — Глиссео! — лестница под её ногой превратилась в скользкую горку, и девушка закономерно полетела вниз. Скатившись к подножию лестницы, Вики больно ударилась головой о стену, отмечая про себя, что в груди сильно колет — наверняка сломала пару рёбер.       Не в силах подняться, она лежала, стараясь привести дыхание в порядок, когда услышала шаги рядом с собой.       — Отлично смотришься, — хмыкнули сверху, — таким тварям, как ты, самое место у меня в ногах, — бросили ей презрительно и больно пнули носком ботинка в бок.       Вики пискнула от боли, урод попал прямо по сломанным рёбрам. Она подняла взляд вверх, желая рассмотреть обидчика, но тот уже уходил, и кроме спины девушка ничего не могла рассмотреть. Судя по всему, парня, в тело которого она попала, тут сильно не любили. Просто замечательно, ситуация с каждой минутой становится всё лучше и лучше.       Вздохнув, Вики закусила губу и начала медленно подниматься. Было чертовски больно, да ещё и к горлу подступала тошнота, но делать нечего, лежание на холодных камнях ей явно не поможет. Кое-как поднявшись, девушка стала думать, как ей найти лазарет. Ей в голову пришла идея опять спросить у какого-нибудь портрета. За неимением лучшего решения, она направилась к ближайшей картине.       С каждым шагом голова кружилась всё больше, но девушка упрямо шла вперёд. На ближайшем портрете четыре мага играли в карты, бурно о чём-то споря. Заметив, что на них выжидающе глядит юноша, все резко замолчали и вопросительно посмотрели.       — Простите, что отвлекаю, но я, кажется, заблудился. Не подскажите, как мне пройти в лазарет? — делая паузу перед каждым словом, задыхаясь, просипела Вики.       — Что ж, юноша, вам крайне повезло, вам надо всего лишь спуститься ещё на один пролёт вниз и в конце правого коридора вы найдёте Больничное крыло.       — Благодарю, — единственное слово, на которое у девушки хватило сил.       С тоской посмотрев на лестницу, она начала спускаться, останавливаясь почти на каждой ступеньке. С горем пополам она дошла до Больничного крыла. «Её» лицо покрывали бисеринки пота, а по цвету оно могло бы конкурировать в белизне с бумагой. Войдя внутрь, Вики сразу же столкнулась с медсестрой.       — Мерлин, деточка, что с тобой случилось? — воскликнула молодая женщина, видя в каком состоянии к ней пришёл студент.       — Упал. С лестницы, — с трудом выдавила девушка и, пошатываясь, направилась в сторону ближайшей кровати.       Медсестра, не теряя ни секунды, подскочила к ней и начала выводить палочкой что-то, тихо про себя бормоча. Закончив диагностику, она быстрым шагом направилась в комнату, примыкающую к лазарету, и уже через минуту появилась с какими-то склянками.       — Пей и ложись, кости сращивать лучше во сне, — с этими словами медсестра грозно посмотрела на неё, как будто Вики собиралась с ней спорить.       Выпив все зелья, девушка растянулась на кровати и с облегчением погрузилась в спасительный сон.