Тихий огонёк его души

Семья Лайви восприняла новость о уходе матери и гостя довольно неоднозначно. Сколько бы ведьма не убеждала Глода, что с ней всё будет хорошо, а Локи уже всё знает и поэтому можно не волноваться за потенциально возможные романтические чувства с его стороны, отец семейства всё равно был против этой затеи. Разумеется, с призывом Лайви на службу он ничего не мог поделать, поэтому всё своё негодование направил на то, что гость хочет влезть в политические интриги совершенно чужого мира. — Отправляйся в свой Йотунхейм подобру-поздорову, мальчишка! Ты и так уже узнал больше, чем смел надеяться, не так ли? — Пап! — возмущалась Айза, которая была искренне рада за брата, но в то же время очень не хотела надолго расставаться с мамой. — Как ты можешь так говорить? Он имеет такое же право находиться в этом мире, как и мы все! И ты же сам знаешь, на что он способен. Неужели нам не нужен такой воин? — Я, конечно, благодарен за гостеприимство вашего дома, — фыркнул Локи, глядя в глаза Глоду, — но единственное, что вы можете мне приказать, это покинуть его. Тяжелый взгляд в ответ Локи перенес спокойно. Он уже привык. Да и после обращения на «вы», которое так раздражало мужчину, другого ожидать не приходилось. Но самое время было расторгать эти условно дружеские отношения окончательно. Они и так были не особо искренними, и оба это прекрасно понимали. Локи был уверен, что, когда рыжее пятно его волос в последний раз скроется за оградой дома, Глод вздохнет с облегчением, а если уж он уйдет один, без Лайви… Нет, такой подарок для этого негодяя обойдется ему слишком дорого. — И я в любом случае пойду к лорду Сурту и предложу ему свои услуги, — продолжил он, убедившись, что хозяин дома всё же не собирается выставлять его за порог прямо сейчас. — Я могу отправиться в путь без Лайви, но там мы всё равно встретимся — если, конечно, великаны не сожгут меня дотла за наглость на месте. Так какая разница, отправляться нам вдвоём или поодиночке? Я бы на вашем месте, Глод, не отпускал жену на другой конец света без сопровождающего, а у меня всё-таки нет повода причинять ей вред, как вам известно. — Разница есть, — холодно ответил Глод. — Если ты пойдешь один, ей хотя бы не доведется увидеть твою смерть. Оба притихли. Айза смотрела на друга круглыми от испуга глазами. А Лайви… неожиданно расхохоталась. — Во имя Сурта, Глод, ну ты точно мидгардец! Только они могут быть такими недальновидными! И за что я только тебя полюбила… Заметив, что не только муж, но и сын удивленно на неё смотрит, она с трудом успокоилась и продолжила: — Во-первых, лорд Сурт с радостью примет самозванца… ой, прости, новобранца в свою армию. Мальчик владеет магией не хуже многих наших ведьм, которых не так много, и для Сурта важен каждый, кто сможет сражаться на его стороне. И если он всё же решит, что я была неправа, обучая иномирянина нашей магии, я в любом случае отправлюсь в Хель вслед за ним — ты же не думаешь, что вычислить, кто именно научил парня, будет сложно? И отправить его домой мы тоже не можем — это уж точно будет предательством. Поэтому у нас нет выбора, Глод. Мы пойдем и попытаемся принести хоть какую-то пользу этому миру, а ты останешься и присмотришь за детьми до моего возвращения, которое — я уверена — состоится. Глод не нашел, что возразить, зато теперь Локи стоял как громом пораженный. Он и не задумывался раньше о том, что подвергает наставницу смертельной опасности. Последние отголоски мыслей о том, чтобы одурачить Сурта и сбежать, если планы повелителя Муспельхейма ему не понравятся, окончательно улетучились. — Я сделаю всё, что потребуется, для того, чтобы лорд Сурт не разочаровался в нас, — твёрдо заявил Локи. — Я в этом и не сомневалась, милый, — солнечно улыбнулась Лаувейя.

***

Они ушли втроём. Айза решила проводить немного мать и друга, а Глод даже не вышел попрощаться. Эльд остался с отцом — за всё время пребывания в доме Локи видел младшего брата Айзы только во время завтраков, и то мальчик всё молчал и только недовольно поглядывал на гостя. А потом маг уходил практиковаться, а когда возвращался, мальчик уже спал. Впрочем, Локи быстро смирился с тем, что местное мужское население его не жалует. Знания, которые ему давала Лайви, и заразительный оптимизм юной подруги стоили того, чтобы это потерпеть. На границе поселения Лайви остановилась и крепко обняла дочь на прощание. — Иди домой, милая. Дальше тебе нельзя. На глазах девочки выступили непрошеные слёзы. Локи осторожно погладил растрёпанные разномастные волосы, пытаясь утешить сестру. — Мы скоро вернемся, и я покажу тебе много новых фокусов с огнём, — подмигнул он. — Я не хочу оставаться с папой. Без вас он меня замучает своими нравоучениями. Туда не ходи, сюда не ходи, — девочка всхлипнула и отвернулась, не желая показывать свою слабость. — Эй, малышка, — Лайви улыбалась, но за этой улыбкой явно чувствовалась грусть, — я вернусь и отомщу за тебя. И папа будет сидеть дома, а ты — гулять по всему поселению, сколько вздумается. Айза хихикнула, представив себе эту картину, и через миг уже смеялись все трое.        На прощание Айза подарила брату кулончик, изображающий язык пламени. «— У нас таких талисманов много, — шепнула на ухо, — а тебе, если отправишься в другой мир, пригодится!» Он благодарно улыбнулся и посетовал, что ему нечего подарить ей на память, на что Айза только легко пнула его в бок. «— Ты мне уже жизнь подарил, с меня хватит!» — И долго нам идти? — поинтересовался Локи, когда они с Лайви остались вдвоём. — За пару часов дойдем до границы. А там посмотришь, каково оно — кататься на драконах. Устать не успеешь, не волнуйся. Вскоре Локи увидел, как вдали взметаются вверх столбы огня. Там были земли огненных великанов, древних жителей этого мира, и именно туда они направлялись. Лайви уверяла, что и этот огонь вполне можно усмирить, чтобы он не причинил вреда, но юный маг всё равно немного побаивался столкновения с необузданной стихией. Стараясь немного отвлечься от печальных мыслей, он тренировался на ходу, разжигая и гася в ладони огонек. Они шли молча — уже здесь жар огненного мира, никем не усмиренный, изматывал путников. Из-под земли то и дело начали пробиваться небольшие огненные всполохи. Один из них чуть не обжег ногу, и теперь они с Лайви ступали осторожнее. Местный огонь был вовсе не таким дружелюбным, как тот, с которым Локи сталкивался раньше — он чувствовал, что эти оранжевые язычки вполне способны причинить ему вред. Возможно, они нападут без особого энтузиазма, но и сожалеть о содеянном не станут. Судя по хмурому лицу Лайви, она тоже не чувствовала себя в безопасности. — Это земли дикого огня, — подтвердила его опасения ведьма. — Междумирье. Это пламя никогда никем не приручалось. Оно тебя не убьёт, но потрепать может, так что постарайся не дразнить его. Очередной огненный гейзер вспыхнул в шаге перед юным магом, и он от испуга рефлекторно попытался его остановить. Пламя, как обычно, спряталось обратно под землю, но комок искр оторвался от него и бросился на Локи, замерев в нескольких сантиметрах от его лица. Искры задрожали и исчезли, а Лайви устало опустила руки. — Ну я же просила. Зачем ты пытаешься его подчинить? — Извини, я, кажется, неправильно тебя понял, — пробормотал маг, приходя в себя. — Ты же сказала не дразнить? Так я и не дразнил, просто защищался. — Ты пытался отдать ему приказ, — вздохнула ведьма, — что может больше взбесить свободолюбивую стихию? — Но ты ведь тоже… — протянул Локи, удивленно глядя на спутницу. — Или ты сильнее, чем кажешься? — Я опытнее, — улыбнулась Лайви, — и знаю, что искры куда слабее огня. Он и не нападал пока что всерьёз, просто предупредил, что ему твоё поведение не нравится. Ещё раз попробуешь его приручить, и месть может быть более жестокой. Постарайся сдерживаться. — Тогда в следующий раз я просто сгорю! — Не думай о здешнем огне как о повелителе или подчиненном. Попробуй воспринять его как друга. Доверься ему и он не причинит тебе большого вреда. А небольшой ожог — не худшая плата за могущество и такой прекрасный опыт, не так ли? — Садистка. — Ну, выбирай — слушаться моих советов или испытать гнев огня на собственной шкуре, — хохотнула Лайви. — Мне казалось, ты достаточно мудр. К счастью, до границы огонь тоже вел себя благоразумно — видимо, решил, что соперничать с этими двумя колдунами себе дороже, и предпочел обходить их стороной. Огоньки вспыхивали то тут, то там, но все они появлялись на почтительной дистанции от путников. Что бы там ни говорила Лаувейя, когда они подошли к огненной стене, отделявшей обитель муспельхеймских великанов, Локи уже изрядно вымотался. Недружелюбный мир, пытающийся свалить с ног жарой, неугомонные огни и волнения по поводу предстоящего судьбоносного испытания, наверное, свалили бы с ног даже самого Сурта. И он не стал сопротивляться навалившейся усталости, упав прямо на горячую землю. — Подожди немного, Лайви, — почти простонал он. — Поднимайся, слабак, — скривилась ведьма. — Здесь всё ещё владения дикого огня, ты не забыл? А ты даёшь ему такой удобный шанс поджарить твою задницу. Серьёзный аргумент. Пришлось со стоном подняться, снова ворча про садизм наставницы, а Лайви с ехидной улыбкой отвечала что-то про материнский инстинкт. Но Локи подозревал, что если бы его не было рядом, она и сама с удовольствием устроила бы себе привал. Да и он наверняка не счел бы обгоревшие подобия штанов слишком большой платой за необходимый отдых, путешествуя в одиночестве. Прогнав неуместные сожаления о том, что они всё же не прислушались к «мудрому совету» Глода не идти вместе, он поплелся за матерью к вратам местного филиала Хельхейма. Это забавное выражение он услышал от отца — Фарбаути говорил, что так мидгардцы описывают места, которые их пугают. Но… насколько можно теперь доверять его словам, если он солгал о матери? Или это она зачем-то скрывает, что бывала в Асгарде? — Лаувейя, приветствую, — кивнул ведьме стражник. Локи с любопытством его разглядывал — за доспехом почти не было видно тела, но сама по себе броня, опоясанная пылающими цепями, выглядела очень необычно. Интересно, а эти цепи — только украшение, или используются в качестве оружия? — Привет, Хёрс, — кивнула ведьма. — А ты всё ещё здесь служишь? — Да, приходится. Более серьёзные должности мне пока не доверяют, — вздохнул страж. — Что за мальчишка с тобой? Неужели маги теперь тоже нуждаются в оруженосцах? — Это молодой маг из нашего поселения, — спокойно ответила Лаувейя. — Он пришел присягнуть на верность лорду Сурту. Какие-то проблемы? — Покажи, что умеешь. — Хёрс перевел взгляд, моментально ставший пристальным и суровым, на Локи. Тот пожал плечами и привычным усилием воли призвал в ладонь огонек, но тут же отшатнулся — пламя, которое должно было быть небольшим язычком, вымахало высотой чуть ли не с самого призывателя. Хёрс с Лаувейей дружно прыснули. — Горячего мальчика привела, — огласил вердикт стражник. — Проходите. Думаю, Сурт будет доволен. — Я бы тоже на его месте обрадовалась такому зажигательному солдату, — хихикнула Лаувейя, успокаивая огонь, потому что Локи всё ещё находился в легком шоке. — Пойдем уже, статуя. Хватит радоваться собственному всемогуществу — я тут ещё и не так умею. — А я почему-то думал, что здесь колдовать будет сложнее, — пробормотал Локи. — Тренировался, как дурак. — А теперь будешь тренироваться сдерживаться, — Лаувейю, кажется, ничуть не смущало то, что если бы он попытался призвать огонь в другой руке, она вполне могла пострадать. — В землях огненных великанов пламя только радо поиграть — и поэтому учиться новичкам здесь проще всего. Если есть хоть малейшая способность покорять огонь, она тут проявится в разы быстрее. Вот только в чём смысл готовить уже умелых магов к иномирным походам здесь — я не знаю. Никто не может поручиться, что мы сможем повторить то, чему тут научимся, даже в поселениях, про другие миры я вообще молчу. — Лорду Сурту, наверное, виднее. Это ведь не первая война, в которой он принимает участие. — Да, но, насколько мне известно, чаще муспельхеймцам приходилось отражать атаки на свой мир. А потом все враги поняли, что драться с огневиками на их территории глупо, и войны прекратились. Интересно, что теперь задумал Сурт? — Самое время узнать, — улыбнулся Локи. — Кстати, а где драконы, о которых ты говорила? Я сейчас готов прокатиться хоть на тролле, лишь бы отдохнуть немного. — Хёрс, кого посоветуешь? — обратилась ведьма к приятелю. Тот задумчиво поскрёб бороду костяшками пальцев. — А выбора-то и нет. Сейчас у нас много гостей, так что какой дракон первым вернется, с тем и поедете. О, смотри. Въёрн уже приближается. Локи, прищурившись, посмотрел в указанном направлении. По земле между небольшими строениями, занимая своим телом почти всю улицу, ползло какое-то чешуйчатое чудовище. — А он не летает? Я слышал… — Забудь всё, что ты слышал, новичок, — недружелюбно проворчал стражник. — Попробуй сперва на таком удержаться, а потом мечтай о полетах.

***

На самом деле родео оказалось не таким уж бешеным. На широкой спине змея (Локи упорно не хотел именовать это создание драконом) можно было удобно разместиться даже рядом. Конечно, на поворотах был риск соскользнуть, но Лайви пару раз почти невозмутимо его поймала. Сама она держалась на змее с каким-то поистине королевским достоинством, как будто всю жизнь только так и передвигалась. При этом ведьма ещё умудрялась разгонять в стороны пламя, которое всё норовило познакомиться с путешественниками поближе. Даже часть мира, населенную огненными великанами, нельзя было назвать объятой пламенем, но тем не менее было заметно, что огонь здесь чувствует себя как дома, в отличии от поселений. Локи и сам пытался с ним поиграть, когда они ехали прямо — действительно, огонь откликался куда легче, чем обычно. Если бы он говорил с огнём, а не колдовал, можно было бы сказать, что огонь понимает его с полуслова. А так… с полумысли? Полудвижения? Ой! — А ты часто здесь бывала, да? — полюбопытствовал он, когда спасительная рука в очередной раз втащила его на спину необычного транспорта. — Училась, — коротко ответила Лаувейя, не отпуская руку сына. — Да, на драконах ездить — сложнейшее из искусств, которые я изучала. Не волнуйся, мы уже скоро прибудем. Зоркий глаз юного мага уже заметил огромную гору впереди, из которой шел густой дым. Ну хоть тут показания родителей совпадали — именно так они описывали дворец Сурта. — Надеюсь, хоть там я увижу кого-то из местных, — Локи уныло осматривал улицы. — А то такое впечатление, что тут все вымерли. — Сегодня тут собираются маги-иномиряне. А великаны стараются держаться от нас подальше. Не доверяют или презирают — кто их разберет, этих демонов.

***

Но уже у входа во дворец Локи наконец смог удовлетворить своё любопытство. Здесь стражником был настоящий великан. Привыкший к йотунам, он был не очень приятно удивлён. Возможно, почетную должность отдали самому крупному из кандидатов, но размерами стражник превосходил даже старейшину Вафтруднира, причём почти вдвое. Черты его лица легко угадывались — тут они ничем не отличался от представителей других рас, которые встречались парню раньше, но всё остальное его тело было объято огнём. — Заходите по одному, — пророкотал он, хмуро разглядывая гостей. — А это обязательно? Я привела новичка, он даже не был ни разу во дворце! — Лаувейя не хотела оставлять сына одного, да и Локи такая перспектива не очень ободряла. — Распоряжение лорда Сурта. Вместе я вас не пропущу, — суровый взгляд и огромный полыхающий пламенем меч в руке стража не давал и шанса на компромисс. Ведьма обернулась к сыну. В глазах застыл немой вопрос — и тоска. — Иди первой. Я справлюсь. — Конечно, справишься, — кивнула Лайви. — Иначе мне будет за тебя стыдно. Не сказав больше ни слова, и даже не отреагировав на попытку Локи обняться, Лаувейя исчезла за дверью. Рука парня сама собой потянулась к замку, но стражник хладнокровно пресек эту попытку. — Я скажу, когда ты сможешь войти. Жди, гость. Локи покорно опустился на землю и погрузился в размышления. Угомонив свой первый порыв, он понял, что мать, в общем-то, всё правильно сделала — если вдруг что-то пойдет не так, чем меньше свидетелей их близкой связи, тем лучше. Но его всё равно почему-то мучило дурацкое предчувствие, что это нелепое прощание — их последняя встреча. Пытаясь облегчить раздражающее ожидание, он снова начал играть с огнем — теперь ему уже удалось призвать пламя безопасных размеров. Стражник всё молчал и молчал, равнодушно наблюдая за парнем. И, когда Локи показалось, что за прошедшее время уже можно обучиться огненной магии с нуля и до уровня Сурта в местных благоприятных условиях, он наконец объявил: — Можно входить. Чтобы пройти к залу, поверни за статуей налево. Маг с трудом поднялся. Ноги болели ещё сильнее, чем после прогулки — сидение в неудачной позе, оказывается, утомляет не меньше. С благодарностью кивнул стражнику и распахнул дверь.