Три ключа к счастью.

Утро следующего дня выдалось пасмурным и холодным. На улице моросил мелкий, неприятный дождь. Максим, в очередной раз поругавшись с Юлей во время завтрака, медленно вышел на крыльцо школы и с тоской осмотрелся по сторонам. Парень был без куртки и шапки, но явно не боялся промокнуть или запачкаться. Ему просто было все равно. Поежившись от холода, Максим быстрым шагом двинулся по направлению к ближайшей скамейке. Вспомнив, как совсем недавно целовался с Юлей, сидя на этой же самой скамейке, Морозов нервно усмехнулся и посмотрел на затянутое серыми тучами небо. Дождь и не думал прекращаться. Поводом для очередной ссоры стал неосторожный вопрос Юли о том, почему Нелли Алексеевна приветливо улыбается Максиму при встрече. Окончательно рассердившись, Максим назвал девушку ревнивой идиоткой и, не дослушав море «комплиментов» в свой адрес, выбежал на улицу. Вновь усмехнувшись, Морозов пошарил в карманах брюк и очень удивился, обнаружив запечатанную пачку дорогих сигарет. Это была та самая пачка, которую ему неделю назад дала Нелли – завалялась в кармане, а он уже и забыл, потому что несколько дней ходил в других штанах. В тот же момент у Максима возникло нестерпимое желание забросить эту пачку куда-нибудь подальше, кинуть в лужу и растоптать. Он уже вскочил на ноги и замахнулся для многообещающего броска, но в следующую секунду передумал. Здраво рассудив, что Нелли Алексеевна и ее маленький подарок тут ни при чем, а во всем виновата Самойлова со своими дурацкими подозрениями, парень убрал сигареты обратно в карман и снова опустился на мокрую скамейку. «Что я, вообще, заморачиваюсь? Я никому ничего должен. И Юле я никогда ничего не обещал. У нас свободные отношения. А если ей что-то не нравится, то пусть ко мне больше не подходит, – размышлял Максим, с каждой минутой только сильнее распаляясь неоправданным гневом. – Можно подумать, у меня других проблем нет! Да чтобы вы знали, у меня проблем больше, чем у всей нашей компании вместе взятой! Не считая Андрея, конечно. У него пропала мать, а у меня... Знать бы, кто она, вообще, моя мать. Как ее зовут? Где живет? Почему продала меня Морозову? Нет, сентиментальности и родственные чувства тут не причем. Просто хочется посмотреть ей в глаза и спросить: почему?» В этот момент скрипнула калитка, и во двор, ежась от холода, вошла промокшая Мария. У женщины сегодня выдалось свободное утро, и она решила прогуляться по лесу, чтобы хоть немного отдохнуть от школьной суеты. Однако неожиданно начавшийся дождь изменил ее планы, и теперь Маша торопилась в кухню, чтобы выпить чашечку крепкого чая и погреться в объятиях любимого мужчины. Заметив неподалеку Максима, одиноко сидящего на мокрой скамейке без куртки и с сигаретой в руках, сердце у женщины болезненно сжалось. Маша быстро и неслышно подбежала к нему. - А ты знаешь, что курить вредно? Максим обернулся и, увидев Марию, с ехидством ответил: - Знаю, мамочка. Всего два слова, произнесенные с сарказмом, раздражением и злостью, но как они подействовали на Вершинину... - Ты назвал меня мамой? - спросила она, чуть не плача от счастья. - Да, - как ни в чем не бывало, откликнулся Макс. – Ты ведь все время ходишь за мной по пятам, как мать-наседка. Когда уже отстанешь? Когда вы все от меня отстанете?! – парень сорвался на крик и, бросив непотушенную сигарету на землю, бегом устремился обратно в школу. На расстроенную Марию он даже не взглянул. Виктор уже довольно долго ходил по коридорам школы и искал Тамару. Мужчина заглядывал в комнаты, кабинеты, библиотеку, обеденный зал, спрашивал у коллег, но все безрезультатно. - Как сквозь землю провалилась, – пробормотал Поляков, даже не догадываясь, насколько точно сейчас определил местоположение своей возлюбленной – Тамара находилась в подземной лаборатории «Ингрид». Когда Виктор пошел по второму кругу, то решил заглянуть в медицинский кабинет – вдруг, она уже вернулась. Однако в кабинете сейчас находилась только Лариса, которая была занята заполнением амбулаторных карточек. - Лариса Андреевна, вы Тамару случайно не видели? - Нет, - коротко ответила женщина. - Странно. А вы не знаете, куда она могла пойти? - Нет, - повторила Одинцова, упорно не поднимая взгляд и продолжая что-то писать в карточках. От ее холодного тона и односложных ответов Виктор почувствовал себя неуютно и решил поскорее уйти. Он подошел к двери, но у порога снова оглянулся на Ларису, которая так и не отвлеклась от своих отчетов. - Лариса Андреевна, я вас чем-то обидел? - С чего вы взяли? - Просто вы уже целую неделю со мной не разговариваете. Не здороваетесь по утрам, за обедом и ужином намеренно садитесь подальше. Почему вы меня избегаете? Если я вас чем-то обидел, так и скажите. Лариса, наконец, отвлеклась от работы и со злостью взглянула на растерянного мужчину. Потом она взяла чистый лист бумаги и быстро начала что-то писать. - Лариса Андреевна, я вообще-то с вами разговариваю, а не с пустым местом! – рассердившись, Виктор повысил голос. – Я хочу понять, что происходит и чем я вас обидел. Одинцова встала из-за стола, подошла к Виктору и молча протянула ему листок. - Заявление об уходе? – удивленно пробормотал мужчина и непонимающе на нее посмотрел. – Почему? - Потому что я не собираюсь работать на человека, который ставит опыты над детьми! - Какие опыты? О чем вы, вообще, говорите? Да, у меня есть своеобразная методика преподавания, но она одобрена министерством образования и вполне пригодна для обучения. По крайней мере, еще никто не жаловался. - Хотите сказать, что ваше министерство одобряет разработку вирусов и тестирование вредных препаратов на беззащитных детях? И не надо делать вид, будто бы не понимаете, о чем идет речь! - Но я действительно не понимаю, – пробормотал Виктор, испуганно взирая на нее. - Бесполезно отнекиваться, Виктор Николаевич. Я знаю, что вы храните там, – Лариса кивнула в сторону запертого на замок шкафчика, – препараты от фармацевтической компании «Ингрид»! Да-да, я отлично знаю, чем они занимаются! Вот только Сергей уверял меня в том, что на компанию подали в суд, и сейчас их деятельность прекратилась. Ну, с Раевским у нас еще состоится отдельный разговор... - Какие опыты?! – закричал Виктор. – Какой суд?! Я заражен смертельным вирусом, и «Ингрид» разработали для меня антидот, помогающий скрыть основные симптомы заболевания и продлить жизнь! Лекарство, которое хранится в шкафчике, предназначено для меня! Я выпиваю по одной ампуле каждый день! А вы о чем подумали?! - Ой... Лариса испуганно и виновато взглянула на Виктора. А он смотрел на женщину с непониманием, злостью и обреченностью. Ведь только что он рассказал о своей болезни еще одному человеку. Теперь еще один человек будет постоянно жалеть его и при встрече говорить утешительные слова, которые нисколько не ободряют, а лишь унижают и вгоняют в депрессию. - Простите, - почти шепотом ответила женщина. - Я ведь не знала. Думала, что вы... Неважно. Забудьте все, что я сейчас наговорила. - Нет уж, теперь давайте разбираться, - сказал Виктор, решительно выдвигая стул и усаживаясь напротив Ларисы. – Рассказывайте все, что знаете. Нелли уже двадцать минут металась по своей комнате, заглядывая во все шкафы и ящики, переворачивая покрывала и одеяла, перетряхивая всю одежду. Женщина точно знала, что положила большой железный ключ под матрас, но на всякий случай продолжала поиски – мало ли, куда он мог упасть. - Понятно, – зло пробормотала Нелли, пересмотрев в комнате уже все, что можно. – Ну, Шевцов, погоди! Женщина схватила телефон, набрала знакомый номер и быстро заговорила: - Борис Константинович, помните, я недавно рассказывала вам про ключ, который обнаружила на чердаке? - Помню. – раздался в трубке довольный голос Князева. – Есть какие-то новости? Ты открыла дверь в подземелье? - Ключа больше нет. Его украл Володя. Возможно, что сегодня он решит позвонить вам и похвастаться находкой. Поэтому имейте в виду, что... - Нелли, я тебя понял, и ждать звонка от Володи не намерен, – перебил ее Князь. – Мне уже порядком надоели эти игры, поэтому я сейчас сам позвоню Шевцову и назначу ему встречу. Если не хочет по-хорошему, то придется действовать по-плохому. Но сначала мне нужно увидеться с тобой. - Подходить к озеру? - Да. Я постараюсь приехать в течение часа. Нелли, возможно, что тебе придется спускаться в подземелье, поэтому возьми с собой необходимое снаряжение.

* * *

Незадолго до обеда Володя потихоньку вышел из кухни, переоделся в удобную одежду, взял рюкзак с нужными инструментами и быстро спустился в холл. Но выйти из школы незамеченным мужчине так и не удалось – прямо у лестницы стояла Маша, вытаскивая из своей тележки моющие средства. - Володя, ты куда собрался? – удивленно воскликнула Вершинина. – Скоро начнется обед, и ты будешь нужен в зале. Заметив ее беспокойство, мужчина через силу улыбнулся и нарочито бодрым голосом произнес: - Не переживай. Я скоро вернусь. Маша тяжело вздохнула и с беспокойством посмотрела ему вслед. Возникло какое-то нехорошее предчувствие, или же ей просто не хотелось отпускать любимого. Володя пришел к озеру четко в назначенное время. - Здравствуйте, Борис Константинович. - Здравствуй. Есть какие-то новости? Князев старался говорить ровно, но Володя без труда уловил в его голосе нотки скрытой угрозы и заволновался. - Ты сказал, что у тебя есть ключ от одной из дверей подземелья. - Да. – Володя улыбнулся и вытащил его из кармана. – Возьмите. Некоторое время Борис Константинович рассматривал ключ, а потом взглянул на агента и с легкой усмешкой спросил: - Сам нашел? - Конечно, сам. Князь без предупреждения достал пистолет и, направив оружие точно в грудь агента, строгим голосом произнес: - А вот у Нелли на этот счет своя версия. И знаешь, ей я верю больше, чем тебе. - Подождите! – испуганно закричал Володя и поднял вверх руки. – Да, я действительно забрал ключ у Нелли! Но это ужасное недоразумение, я могу все объяснить! - Поздно. Я сыт твоими объяснениями по горло. Князь нажал на курок, и в следующий миг Володя ощутил жгучую боль. Однако в него попала не пуля, а острый дротик. - Что это? – спросил Володя, сразу же ощутив легкое головокружение. - «Пропантерил-14», – спокойно ответил Князь. – Очень редкий препарат, и противоядие от него ты не найдешь ни в одной аптеке. Антидот есть только у меня. И ты получишь его сразу после возвращения картин. - Но у меня нет картин! – с отчаянием воскликнул Володя. – И Нелли прекрасно об этом знает! - Значит, сделай так, чтобы появились. – Князь закатал рукав и легонько постучал по циферблату наручных часов. – В твоем распоряжении двадцать четыре часа. Время пошло.