Три ключа к счастью.

Перед завтраком Нелли решила как можно скорее и незаметнее проскочить мимо Шевцова, но это оказалось трудной задачей: в школе по-прежнему оставались семнадцать человек, и Володя здоровался с каждым, кто входил в зал. - С добрым утром, - сказал он, стараясь непринужденно реагировать на появление Каминской. Нелли едва заметно кивнула и направилась к столу преподавателей. Женщине до сих пор было стыдно за вчерашний провал. «Володя разозлился и наверняка думает, что это мой обычный метод в решении конфликтов, - размышляла Каминская, уныло ковыряя вилкой омлет. – Любой мужчина сразу бы принял мою игру, но я ошиблась, когда решила, что подобным образом можно повлиять на Володю. Путь к его сердцу точно лежит не через постель... Володя не такой, как все. Он любит меня за что-то другое. Я уверена, что любит. – Нелли подняла голову и посмотрела в сторону повара. К удивлению женщины, Володя тоже наблюдал за ней. – Наверное, презирает меня за вчерашнее, - подумала Нелли и сразу отвела взгляд. – Зачем он смотрит? Хочет сделать еще больнее?» Володя действительно смотрел на Нелли, но он больше не злился, не презирал и уж точно не хотел сделать ей больно. Мужчина чувствовал себя виноватым за грубость и за то, что выгнал Нелли из комнаты, не предоставив ни единого шанса для объяснений. Когда Каминская схватила чашку и стала делать вид, будто не замечает внимание Шевцова, он тоже отвернулся и тяжело вздохнул. В памяти всплыла картина вчерашнего вечера, тусклое освещение комнаты и Нелли, стоящая перед ним почти без одежды. Володя помнил всё в мельчайших подробностях: несколько фраз, которые они сказали друг другу; безграничную уверенность Нелли, ее соблазнительную улыбку, светлую кожу, длинные ноги и стройную фигуру. Теперь, украдкой поглядывая на женщину, Володя мог думать только об ее фигуре и о том, что могло произойти, если бы он не выгнал Нелли из комнаты.

***

После обеда в «Логос» стали съезжаться учителя и ученики. Одни радовались возвращению в родные стены, другие же сетовали, что осенние каникулы пролетели так быстро. - Интересно, у нас в классе будут новенькие? – спросил Рома, сидя с друзьями на диванчике в холле и наблюдая за общей кутерьмой. - Мне все равно, - ответил Максим. - Главное, что Лиза со мной. Ну, и вы тоже, - добавил парень, заметив притворное негодование Андрея и Вики. - Да, - подтвердил Авдеев. - Главное, что мы вместе. Еще бы не были заражены поганым вирусом... - Может, пойдем в комнату? – предложила Лиза. – Здесь много народу и слишком шумно. Едва компания успела подняться на второй этаж, как двери снова открылись, и в холл вошла Юля Самойлова. Несколько секунд девушка стояла на пороге, с замиранием сердца высматривая в толпе знакомые лица. Она очень хотела увидеть друзей, но в то же время боялась. - Виктор Николаевич! – радостно воскликнула девушка. – Здравствуйте! Увидев Юлю с большим чемоданом, директор сразу все понял и подошел к ученице. - Здравствуй, - улыбаясь, сказал он. – Решила вернуться в родные пенаты? - Если вы примите меня обратно, - робко произнесла Юлия. Мужчина рассмеялся. - Сегодня что, день возвращения блудных дочерей? - Что вы имеете в виду? - Пойдем в учительскую. Юля взяла чемодан и, с трудом протиснувшись мимо шумных семиклассников, поспешила за Поляковым. - Входи, - сказал он, распахнув перед девушкой дверь. – Здесь сидит еще одна ученица, которая несколько месяцев назад внезапно уехала, а сегодня также внезапно вернулась. Думаю, вы будете рады видеть друг друга. Я приду через несколько минут, и мы заново оформим все документы. - Дашка! Даша, это, правда, ты?! – Юля поставила чемодан и набросилась на Старкову с объятиями. – Мы думали, ты погибла! А почему... Почему ты в инвалидном кресле? Старкова не понимала, что происходит: она не знала, откуда вернулась Юля и почему вообще уезжала из «Логоса»; не знала, что друзья считают ее погибшей, и самое главное – можно ли доверять Юле? - Я не могу ходить после того случая, - чопорно произнесла девушка. - Какого случая? - В «Ночь Двух Лун» кто-то вытолкнул меня из окна. Теперь я не могу даже шевелить пальцами. Юля шокированно смотрела на изменившуюся Дашу. Старкова изменилась не только внешне, но и внутренне: говорила холодно и осторожно, необоснованно злилась, и даже ее взгляд стал другим – строгим, глубоким, печальным. - Почему ты так говоришь, будто я в чем-то виновата? – спросила Самойлова и присела рядом с Дашей на корточки, чтобы их лица оказались на одном уровне. – Мне страшно представить, что ты пережила и какую вытерпела боль. Клянусь, я не знала этого! Нам сказали, что ты погибла, когда полезла в подземелье. - Что?! – гневно воскликнула Дарья и даже покачнулась в кресле. – В подземелье?! Я туда близко не подходила! Кто вам сказал такую чушь? - Петр Морозов. - И вы поверили? - Поверили все, кроме меня. Мне казалось, что я должна увидеть твой призрак, поэтому... - И Андрей поверил? – перебила Даша. – Неужели никто не пытался разобраться? Вы все виноваты в том, что случилось со мной! - При чем тут мы? - Вспомни, как долго я убеждала вас, что предатель существует! Но никто не верил! Со мной перестали общаться все, кроме Андрея, и когда... – Даша осеклась. Она не исключала Юлю из списка подозреваемых, а значит, нельзя сообщать ничего лишнего. - Прости, - прошептала Юля, и Даше показалось, что в глазах подруги заблестели слезы. – Я ничего не знала! Я уехала в Бостон на следующий день после твоей «гибели»... В Москву вернулась неделю назад. А ты? Где ты была все это время? Даша покачала головой. Она не хотела рассказывать о заточении в доме Тамары Славиной. - Не скажу. Я не верю тебе. Я никому не верю. Юля попыталась возразить, но тут в учительскую вернулся улыбающийся Виктор. - Приступим к процедуре восстановления? Давайте документы. В течение нескольких минут Поляков что-то записывал в папку с личным делом учениц и попутно расспрашивал Юлю о Бостоне. - Конечно, мне понравилось в Бостоне, но я скучала по Москве и друзьям. - Как говорится, в гостях хорошо, а дома лучше. – улыбнулся Виктор и отложил документы. - Что ж, добро пожаловать домой. Даша, ввиду твоего... э-э-э... особого положения, тебе будет выделена спальня с личным душем. Юля, я бы поселил тебя в прежнюю комнату, но, к сожалению, обе кровати заняты девочками, которые пришли к нам в сентябре. Есть свободное место в комнате Светы Тимофеевой и место в комнате десятиклассниц. Выбирай. - А можно я буду жить с Дашей? Виктор кивнул. - Что ж, если Даша не возражает... - Возражаю, - сказала Старкова, к большому удивлению собеседников. - Почему? – Виктор был удивлен. – Ведь вы с Юлей подруги. Я сразу не догадался поселить вас вместе, но теперь это кажется хорошей идеей. - Все изменилось. К тому же Юле будет со мной неудобно, а я не хочу, чтобы меня жалели.