"Открой уже глаза наконец!"

***

Иногда полезно побыть одному. Раньше одиночество меня пугало. Но сейчас все изменилось. Появилось много свободного времени. Я стал обращать внимание на то, чего раньше не замечал. Возможно даже не придавал значения вещам, которые на самом деле очень важны. Например, ранее мне были чужды простые человеческие эмоции. Сейчас же люблю гулять вечерами после учебы и наблюдать, как общаются люди вокруг: оживленно беседуют, ругаются, с благоговением заглядывают друг другу в глаза, смущенно краснеют, улыбаются, когда поистине счастливы… И еще много-много всего. Порой встречаются и те, чьи эмоции счесть невозможно. Они особенно интересны. Иногда даже хочется подойти и спросить: «Дружище, что у тебя на душе?». Каждый раз одергиваю себя, прекрасно понимая, как нелепо буду выглядеть. Перемены пришли во всем. Теперь приятно слушать музыку и любоваться природой. Неправда, что в городской среде трудно разглядеть нечто действительно прекрасное. Оно есть, стоит только присмотреться. Те же закаты, такие разные, но всегда невероятные по красоте своей. Парки, скверы… Эти вещи так размеренно вошли в мою жизнь, что стали абсолютно естественными, но от того не менее впечатляющими. Как я пришел к этому? Просто. Расстался с девушкой, являвшейся смыслом моей жизни на протяжении долгих трех лет. Точнее, нет. Она ушла от меня. Поначалу было больно. Я топил тоску в алкоголе, перестал ухаживать за собой и даже какое-то время вовсе не выходил из дома. Затем пришла пустота. Я не жил, лишь существовал. Пока однажды некая особа не внеслась в мою жизнь настолько стремительно, что я едва успел что-либо сообразить. Она-то и сказала тогда фразу, перевернувшую все с ног на голову. «Открой уже глаза наконец!» POV Она Самое ужасное, что только могло случиться со мной в тот день — случилось. Сначала проспала, потом, собираясь в университет впопыхах, не заметила дырочки на колготках. Соответственно, полдня позорилась с огромной стрелкой на правой ноге. Никто не сказал. Только тихо посмеивались. Да-да, любимые одногруппники, ничего не поделаешь. Однако, это еще цветочки. Поистине ужасное случилось после, когда во время тестирования я отключилась. И заснула. И ничего не сдала. Вот позорище! На закуску ко всему вышеперечисленному — налетела на какого-то юношу на лестнице. То есть, как налетела… Скорее он едва не сшиб меня. Конечно, как иначе. Если мой рост едва-едва дотягивает до ста пятидесяти сантиметров, то у него точно больше двухсот. Только представьте себе! Идет и даже под ноги не смотрит. Обидно. До чертиков обидно! Не выдержала и сорвалась. Высказала все, что думала. Помню, как парень изумленно замер. Его потухшие грустные глаза на мгновение заискрились любопытством. Отросшие волосы спадали на лицо, но это было красиво. Придавало облику некой таинственности. Засмотревшись на грешного, медленно отступила назад, замешкалась, оступилась и плюхнулась прямо на ступеньку пятой точкой. — Прекрасно, просто прекрасно… — возмущенно бормочу себе под нос, старательно отводя взгляд от незнакомца. Молодой человек приблизился, присел рядом (наверное, чтобы удобнее было общаться) и обеспокоенно взял мою руку. — Прошу прощения. Не ушиблась? — голос низкий, хрипловатый. — Нет, я в порядке. Хотя, наверное, если сегодня мне на голову упадет кирпич, не сильно этому удивлюсь. Вот правда. — вымученно улыбаюсь ему. Надо было срочно ретироваться домой. Хотелось, чтобы день поскорее закончился. — Но ты и правда научись смотреть не только под ноги, но еще и по сторонам. Уверена, откроешь для себя много нового! — отпускаю его руку, поднимаюсь, спешно отряхиваю юбку и, не оборачиваясь, ухожу. Тот день навсегда отложится в моей памяти. Сейчас этот неловкий юноша идет рядом со мной и восхищенно рассказывает очередную историю из жизни. Мы вместе уже около года. Наши отношения нельзя назвать простыми. То он меня чему-то учит, то я его. Как взаимообмен знаниями. С того дня я практически никогда больше не видела, чтобы он грустил. Улыбается постоянно. И улыбка его греет мне душу. Люди говорят, мы странно (а еще «забавно» или «интересно») смотримся вместе. Конечно, он слишком высокий. Долго привыкала к общению по системе эхолокации. Если до него от меня слова долетают — все хорошо, а если нет — приходится уговаривать наклониться. А когда ругаемся смотримся наверняка еще «забавнее». Стоит какая-то коротышка и кричит, задрав голову к небу, на собеседника, ухмыляющегося где-то там, у облаков. Но я счастлива. Действительно счастлива рядом с этим громилой. И безмерно благодарна ему. За терпение, поддержку, заботу и любовь. Мы сели в автобус. Хотели прокатиться до любимого места за городом. Но что-то никак не давало мне покоя. Я прижалась к нему и тяжело вздохнула. Тогда-то наконец снизошло озарение. Смущенно дергаю парня за рукав и он привычно склоняется. Улыбнувшись, заправляю выбившуюся прядь его волос за ухо и шепчу то, чего, наверное, никогда не смогла бы сказать кому-то другому да еще и в голос. Тело пробивает мелкая дрожь и я сама не могу поверить в то, что говорю. Но юноша все понимает. Тянется ко мне и ласково целует. Так нежно и трепетно, что на несколько секунд мы забываемся и полностью отдаемся собственным чувствам, забивая на других пассажиров в автобусе. — Тогда выйдем сейчас и пойдем домой, хорошо? Киваю. Слова тут определенно лишние. И без них все понятно. А позже, дома, случается то, чего мы оба ждали так долго и то, к чему шли. Парень медленно стаскивает с меня одежду и я замечаю, с каким вожделением он осматривает мое тело. Как жадно пробегается взглядом по шее, ключицам, затем опускается ниже и ниже… Руками вытворяет нечто невероятное. Теперь он вновь открывает что-то неизведанное ранее, что-то, что мне еще только предстоит познать рядом с ним. Всю ночь напролет мы занимаемся любовью, даруя друг другу невероятное удовольствие. А следующий день нежимся в постели и не переставая разговариваем-разговариваем-разговариваем обо всем на свете и ни о чем одновременно. О том, что ясно и доступно только нам двоим. Никому больше.