Чужая жизнь

ПРОЛОГ

Эльфар был стар. Это было видно по сморщенной посеревшей коже, тусклым глазам и медленным заторможенным движениям. Часто останавливаясь, порой замирая в одной позе на несколько минут, он все же продолжал чертить вязь призыва. Эльфару нужна была душа. Молодая, яркая, готовая жить. У него самого жить уже сил не осталось. Но и уходить эльфар не хотел. Медленно, штрих за штрихом ложилась вязь на каменное основание ритуального круга. Завершающие линии — и он откладывает в сторону чашу и кисть. В последний раз оглядев своё творение, старик удовлетворённо кивает сам себе. — Всё верно. Кто бы мог подумать, даже от жадности людишек может быть польза. Старый эльфар снова застыл неподвижно на несколько минут. После чего тряхнул длинными, до колен, белоснежными волосами и вздохнул: — Совсем времени не остаётся. Некогда ждать, ещё пара недель — и я вовсе не проснусь. Скинув с себя одеяние, он шагнул в центр вязи. Медленно опустился на колени и стал напевать. Сначала в голос, затем тише, ещё тише… Слова древнего языка сами были наполнены силой. Их даже не нужно было складывать в заклинания. Вот только этот язык мало кому знаком. Голос эльфара уже напоминал шелест. Последние слова он буквально прошептал, уткнувшись лбом в камень. Несколько долгих минут ничего не происходило. А потом тело окуталось зелёным свечением и он без сознания завалился на бок.

***

Дорогу я любила. Но не когда ты за рулём целый день. На улице март — самый мерзкий месяц в году. То снег, то дождь, то следом мороз. Если в городе всё-таки как-то борются с гололёдом, то трасса — это сплошной экстрим. За рулём я недавно. Поэтому стараюсь ездить аккуратно. Машину жалко, да и денег на штраф тоже. Как мне хотелось сегодня отсидеться в офисе! Но начальство, чтоб ему икалось, велело собрать отчёты с магазинов до наступления светлого праздника 8 марта. А магазины — по всей области! Девять районных центров. Вот и пнули по направлениям всех, у кого есть транспорт. Так я и попала под раздачу. Сто шестьдесят километров в одну сторону, и столько же обратно. С заездом в три посёлка. И это по мерзкой скользкой дороге. Задание я выполнила и теперь возвращалась в город. Я проехала больше ста километров и уже предвкушала, как поставлю машину на стоянку и ПЕШКОМ неспешно пойду домой. Внезапно машина передо мной резко вильнула влево. Я даже не успела удивиться этому дебилу, как увидела причину такого манёвра — прямо посреди дороги раскорячился трактор. Будь я поопытнее, наверное, успела бы среагировать. А так лишь надавила на тормоз. Машину закрутило и кинуло в сторону. Удар боком, машина юзом, скрежет металла, встречный КАМАЗ. Всё!!!

Глава 1

Как же всё болит, а! Руки-ноги непослушные, как ватные. Бок болит лежать на твёрдом. В голове будто цистерна с водой переливается от одного виска к другому. Тошнит. Пытаюсь лечь удобнее. С трудом подгребаю к себе руки-ноги, разлепляю глаза. Мамочки, где это я? Лежу на улице, на каком-то камне. Вокруг зелень, солнышко, птички поют. Вот только лежу я голая. Кряхтя, опираюсь на руки и встаю на карачки. Это мои руки?! Это не мои руки! Пергаментная старческая кожа, более длинные, чем мои, пальцы с ухоженными заостренными когтями. Полное отсутствие груди и, опачки, лишняя часть тела! Хм, для женщины лишняя, а для мужчины — ничего так себе. Поднимаю голову и осматриваюсь. В глазах плывет, приходится сморгнуть несколько раз. Вокруг то ли лес, то ли парк. Недалеко от каменного круга валяется светлая тряпка. Надо хоть прикрыться, что ли. Не вставая, ползу на четвереньках. Тряпка оказалась простой хламидой с дыркой для головы и рукавами. Кое-как натягиваю её и приваливаюсь спиной к ближайшему дереву. По ходу, я попала! Причем в прямом и в переносном смысле. Я помнила поездку, помнила аварию. А теперь я здесь — в чужом теле. И сразу возникает два вопроса: где «здесь»? И где прежний хозяин тела? Ты в своём доме. И я тоже здесь. — Это не мой дом. А ты кто? Это мой дом, а теперь и твой, а я, как ты выразился «бывший хозяин». — А ты где? Там же, где и ты. В этом теле. — А зачем ты там? Жить хочу. Хочу, но уже не могу. А ты сможешь. Мы теперь вместе жить будем. И не надо говорить вслух. Я слышу твои мысли. «Все?» Разумеется. У нас с тобой одно тело на две души. «И тебя это не беспокоит?» Я сам призвал тебя. И знал, что так будет. «А зачем призвал?» Чтобы ты жил. А я вместе с тобой. «Жила», — поправила я свою личную шизофрению. Нет, ЖИЛ. Не знаю, кем ты был до своей смерти, но сейчас ты — это я. Начинай думать о себе именно так. Иди в дом, займись собой. Я устал. Шиза исчезла, а вместо неё голову прострелило резкой болью. Я получила пакет информации. О самом доме, расположении комнат и о том, что я здесь живу одна. Тьфу, один. Пошевелив руками и ногами, я поняЛ, что меня всё слушается. ВстаЛ и медленно побреЛ к дому. Дом располагался в дереве. Точнее это была группа деревьев, сросшихся корой. Огромное, высотой с трёхэтажный особняк, жилище отшельника. Вход закрывал «водопад» тонких лиан. Сразу за ними большой холл, дальше — кухня-столовая. Ниже уровня земли, в подвале, купальня. Наверху — тренировочный и оружейный залы, лаборатория, ещё выше — личный кабинет и спальни: хозяйская и гостевые. Начать изучение я решиЛ с купальни. Уж очень хотелось посмотреть на тело, что мне досталось. В том, что я попала, я не усомнилась. В той, прежней жизни, я любила читать фэнтези. И сейчас была в эйфории. Вот только моя эйфория быстро сдулась, стоило мне только увидеть своё отражение. Ну почему у меня не все как у людей! Мне было двадцать четыре года! Я была пусть не красавица, но вполне симпатичная. Веселая, авантюрная. И парни у меня были! А сейчас?! Из зеркала на меня смотрел старик, лет восьмидесяти. Ну и что мне теперь делать? Где прекрасные принцы, что должны влюбиться в попаданку? Ах да, я мужик. Тогда как я буду бороться с мировым злом, будучи стариком? А прекрасные эльфийские принцессы? Неужели они влюбятся в ЭТО? Не смехуйте меня! Тфу, нафиг принцесс. Еще баб мне в постели не хватало. Я нормальная, мне парни нравятся! Ах да, я мужик. Точнее — дед. Какие бабы, какие парни? Если тут уже много лет ничего не работает! И о спасении мира забыть можно. Не похож я на Конана-Варвара. Меня бы кто спас — до третьего этажа дотащил! Супергерой с клюкой! От жалости к себе, я чуть не расплакалась расплакался. Но посидев и подумав, решил, что лучше быть старым и живым, чем молодым и мёртвым. Я поднялся с пола, и ещё раз осмотрел себя в зеркале. Высокий, худощавый, сухая сморщенная кожа, длинные, до колен, абсолютно седые волосы. Симпатичные эльфячьи ушки. «Ой, бля, да я — старый эльф!» — была моя первая мысль. «Или не эльф…» — следом пришла вторая, когда я разглядел во рту клыки. Небольшие, если плотно сомкнуть губы — не видно. Зато улыбка кровожадная. В этом мире я жил уже десять дней. За это время я успел облазить весь дом, перетрясти кладовую, пересмотреть одежду, перепробовать все виды оружия, что висели в тренировочном зале. Обойти окрестности и понять, что прекрасно ориентируюсь в лесу. Найти сокровищницу и перемерять все цацки. А теперь добрался до лаборатории. Раньше исследовать это помещение я опасался. Только заглянул и ушел. А теперь стало скучно, вот и полез сюда. Надеюсь, меня ничем не прибьёт. Посередине стоял большой стол. По периметру комнаты — стеллажи со странными предметами. Каменные заготовки, чаши, сосуды с сыпучими, жидкими, газообразными субстанциями. Их я не открывал, от греха подальше. Драгоценные камни и книги. Кстати, это было единственное место, где я увидел книги. Рискнув прочитать, я понял, что ничего не понял. Нет, язык мне был знаком, но вот понятия… Какой смысл можно извлечь из фразы: «...для получения эмпирии восприятия сиола требуется поверхностное слияние с пространством на уровне миэты…» Это означает, чтобы определить, что за вид демона перед тобой, следует взглянуть на него с первого уровня астрала. «О, шиза проснулась!» Я не шиза. Я твой «шиир» — «носитель», а ты мой «одай» — «подселенный». Но можешь называть меня Даанель. Это имя. «А я — Дарья, но предпочитаю сокращение — Дара.» Нет, ты — это я. Значит, и ты Даанель. «Мы так запутаемся. Ко мне лучше Дара обращайся. Ну или Дар. Слушай, расскажи мне о себе, точнее обо мне. Кто я? Сколько лет, чем занимаюсь? А то я совсем ничего о себе не знаю!» Смотрю, ты уже освоился. Рассказывать долго. Я тебе один блок открою. Осмыслишь — поймёшь. Сядь куда-нибудь. И не в лаборатории. Я вышел в холл и устроился в кресле. Голову снова прострелило краткой болью. И на полчаса я выпал из реальности. Очнувшись, я узнал о себе много нового. Во-первых: я смесок. Моя мать светлая эльфара, а отец — темный. Мать была Хранительницей Леса, отца отдали ей в мужья как откуп. И это было больше пяти тысяч лет назад. Биография вспоминалась урывками. Родился, учился, женился, воевал, стал архимагом, потерял семью, завел супруга (!), был предан, послал всех, жил один, вернулся в политику, разругался с Хранителем (Правителем) Леса, снова всех послал, преподавал в академии, все надоело, ушел жить отшельником, надоело и это, призвал душу, теперь изредка смотрю и питаюсь эмоциями. «Магом? Я маг?» А ты быстро усваиваешь информацию. Не ожидал… Да, можно сказать и так. Знания я тебе открою, но опыт — нет. «Почему?» Опыт — это старость. А я хочу жить долго. ТЫ будешь жить долго. А я — вместе с тобой. «А сам, значит, уже не можешь?» Не могу. Ушли эмоции, ушли переживания. Мне стало неинтересно. Когда эльфар теряет интерес — он стареет. А потом засыпает. Десяток лет мёртвого сна, и душа уходит на перерождение, а тело возвращается к магии. «Это как — возвращается?» При рождении тело эльфара создаёт магия. После перерождения — магия забирает тело. Это Закон. Ничего не берется из ниоткуда… «…и не девается в никуда. Закон сохранения энергии. Это я знаю.» А если знаешь — чего задаешь глупые вопросы? «Но магия! В моём мире магии не было!» В твоём мире? Я что, вытащил душу из другого мира? «Похоже, да. Так что давай, открывай блоки. Я совсем ничего про этот мир не знаю.»